Памяти солёная волна - Станислав Митрофанович Сахончик

Мы ещё дважды в том году заходили в Севастополь за авиационным горючим, однако о нашем участии в той операции там уже никто и не вспоминал. «Владимир Колечицкий» вернулся во Владивосток в марте 1985 года, пробыв в плавании рекордных 16 месяцев.

Операция по разминированию Красного моря вначале была внесена в перечень военных конфликтов СССР, однако потом (как я узнал в военкомате) из этого перечня была тихо исключена. Так, прогулялись себе морячки, воздухом африканским подышали, размялись, – в общем, ничего особенного. Об участии в ней танкера «Владимир Колечицкий» ни в газетах того времени, ни в вездесущем интернете нет ни строчки. Обидно, конечно…

Огненный рейс капитана Киреева

Почти каждый приезжающий поездом во Владивосток, взглянув на гавань, невольно останавливает свой взгляд на красивом белоснежном судне с красными крестами, застывшем в одном ряду с грозными серыми силуэтами боевых кораблей.

Это госпитальное судно 31-й бригады судов обеспечения Тихоокеанского флота «Иртыш», которым командует самый заслуженный капитан ТОФ Геннадий Иванович Киреев. Морскую службу он начал в пятнадцатилетием возрасте, на капитанский мостик кабельного судна КС-7 встал в двадцать семь лет, на его счету множество дальних походов и участие в боевых действиях.

Капитан Геннадий Иванович Киреев (справа) и начальник радиостанции Владимир Николаевич Анищенко. Госпитальное судно «Иртыш», 2009 г.

Капитаном танкера «Алатырь» он участвовал в обеспечении действий советского боевого флота во время эфиопско-сомалийской войны в 1977–1978 годах. Тогда транспортные суда ходили конвоями, соблюдая светомаскировку. Почти всегда под обстрелом они эвакуировали жителей из окружённых эфиопских портов Ассаб и Массауа, маневрируя между разрывами снарядов. Это требовало от капитанов напряжения всех сил, незаурядной воли и мужества. И Киреев всегда справлялся.

Но наиболее драматический из эпизодов службы Геннадия Ивановича связан с танкером «Владимир Колечицкий», капитаном которого он стал в 1985 году.

В ноябре 1985-го танкер вышел из Владивостока на боевую службу в Красное море. 13 января 1986 года судно, в соответствии с приказом, стало «на бочку» [14] на рейде порта Аден, столицы Южного Йемена, с десятью тысячами тонн горючего в танках и тридцатью тоннами бензина в трюме и на верхней палубе. Никто из моряков и в страшном сне не мог увидеть, что случится потом.

А в Адене в это время произошёл военный переворот и развернулись настоящие боевые действия между армией и флотом, стоящими на разных политических позициях. Причиной послужило то, что по приказу генсека Йеменской социалистической партии и президента Южного Йемена Али Насера Мухаммеда его охрана прямо на заседании политбюро убила нескольких своих политических оппонентов.

Танкер «Владимир Колечицкий». Суэцкий залив, 1984 г.

В городе и на подступах к нему шли ожесточённые бои – ракетные катера обстреливали президентский дворец, им отвечали танки и артиллерия, в воздухе носились боевые самолёты, свистели снаряды, рвались ракеты. Город горел, снаряды катеров попадали в здание правительства и башню «Литтл Бен», остановив башенные часы.

В городе и окрестностях действовали две танковые дивизии. Мотопехотные бригады на автомашинах и бронетранспортёрах подходили к городу из разных гарнизонов и с ходу ступали в бой. Этими частями командовал Фаттах Исмаил [15].

Флот и береговые части под командованием Насера Мухаммеда сражались на другой стороне. А йеменский флот в то время представлял немалую силу – 22 корабля, дивизион ракетных катеров, две танковые роты и бригада морской пехоты. Крупнокалиберные береговые батареи, установленные ещё англичанами, развернув башни, били своими тяжёлыми снарядами по танкам. Аэродром Адена, полуразрушенный и горящий, переходил из рук в руки. По низко летящим самолётам били зенитная артиллерия кораблей и передвижные зенитные ракетные комплексы «Стрела», небо было покрыто чёрными шапками разрывов и трассами автоматических пушек. В первый же день было сбито три самолёта.

Стоявший неподалеку от «Колечицкого» йеменский средний десантный корабль с бортовым номером 138 вёл интенсивный огонь по самолётам и подбил один. В ответ этот корабль был атакован штурмовиками Су-7Б и потоплен ракетами.

«Колечицкий», пришвартованный к «бочке» в узкой аденской бухте, попал под перекрёстный огонь с обоих берегов. Правда, обе враждующие стороны опасались попасть в танкер, прекрасно понимая, что его взрыв снёс бы половину аденского порта, а горящее топливо уничтожило бы корабли в бухте и на рейде.

Однако это не мешало танкам стрелять по противнику почти между мачт «Колечицкого». В один из танков попал ответный крупнокалиберный снаряд береговой батареи. В танке взорвался боекомплект, и башня, кувыркаясь, пролетела над мостиком танкера и упала в море. В бухте перекрещивались огненные трассы зенитных «шилок», вставали разрывы реактивных снарядов установок «Град», горели и взрывались суда, совсем рядом с танкером тонул йеменский десантный корабль. На улицах горели десятки танков и бронетранспортёров. Это был настоящий ад.

В бой были вынужденно втянуты даже советские специалисты по ремонту орудий с владивостокского завода «Звезда». Двое рабочих и мичман под обстрелом выкатили из мастерских в районе таможни на прямую наводку противотанковую пушку и подбили шесть танков и четыре бронетранспортёра. Может быть, и не тех, кого надо, подбили, но разбираться было некогда, иначе погибли бы сами – танки и БТР шли и стреляли по ним.

В городе во время переворота, только по официальным данным, погибли двадцать две тысячи человек. Больницы были переполнены ранеными, морги – убитыми. Тысячи людей, бросив всё, уходили из горящего города. Беженцы скопились на таможенном терминале, пытаясь покинуть город на мелких судах – и гибли там от огня. Боевые корабли советской и английской эскадр стояли на дальнем рейде, пока не вмешиваясь в ситуацию. На рейде стояли и советские торговые суда «Павел Антокольский» и «Зоя Космодемьянская». В черноморский ролкер «Смоленск» попал снаряд и ранил второго механика.

Вспоминает С. А. Трунин (Благовещенск):

«Начало переворота застало меня на работе – мы монтировали системы вентиляции в госпитале Адена. В 12 часов мы поехали по домам на обед, а уже в 15 часов, выходя из дома, я увидел идущие по улицам танки и бронетранспортёры с пехотой. Нам объяснили, что в стране происходит военный переворот. А дальше начался кошмар. Моя семья жила в доме на первом этаже. А война у мусульман имеет такую особенность, что если где-то выстрелят – то начинают стрелять все. Метров за сто от нашего дома кумулятивный снаряд пробил броню у танка, и тот взорвался со всем экипажем. Танковый огонь вывел из строя электроснабжение, перестал работать водопровод.