Николай Кузнецов. Строптивый ставленник Сталина - Владимир Виленович Шигин

Президент США Ф. Рузвельт обратился к конгрессу с просьбой срочно выделить 380 миллионов долларов на усиление флота и развитие морской авиации. Узнав об американских контрмерах, японцы официально вышли из Вашингтонского соглашения. В октябре 1934 года на совещании в Лондоне глава японской делегации адмирал Ямамото объявил, что его страна выступает за отмену системы квот и выходит из всех международных соглашений об ограничении ВМС.

На 3-ю международную в Лондоне в декабре 1935 года японцы все же приехали, но только для того, чтобы хлопнуть дверью. Итальянцы же и вовсе ее игнорировали. Они тоже вышли далеко за пределы своих квот, заложив два линкора, новые крейсера и подводные лодки, а также приступили к созданию мощной морской авиации.

Сразу же после провалившейся конференции британское адмиралтейство, в дополнение к уже строящемуся авианосцу «Арк Ройял», потребовало пять новых мощных линейных кораблей и сразу две серии легких крейсеров.

Германия с приходом к власти Гитлера также стала стремительно наращивать свои военно-морские силы. Сначала в их состав вошли три «карманных линкора», а вскоре германские власти уведомили английского посла в Берлине о намерении довести тоннаж своих кригсмарине до 400 тысяч тонн. Это составило бы 4: 5 по отношению к английскому флоту и 2: 1 — к французскому.

Французы, разумеется, в стороне не остались и взялись за строительство четырех супердредноутов и реконструкцию трех старых линкоров.

Это не могло не встревожить американцев, внимательно отслеживавших баланс сил в Юго-Восточной Азии. Их новые линкоры обещали превзойти все существующие корабли этого класса, причем США намеревались закладывать по кораблю ежегодно.

В свою очередь, японцам удалось разработать тип крейсера, намного превосходивший все существующие аналоги. В пяти башнях «Микумы» было установлено пятнадцать 6-дюймовых орудий. И это при водоизмещении всего 8500 тонн! Внушительный вес вооружения не мешал крейсеру развивать скорость хода в 33 узла. Такого же чуда они добились с «экономичными» авианосцами. «Рюдзио», при водоизмещении всего 7600 тонн, был способен нести 50 самолетов. На прежних четырех могло разместиться по 60 самолетов — при втрое большем водоизмещении. А в конструкторских бюро кипела работа по созданию сверхсекретных суперсуперлинкоров типа «Ямато» с главным калибром 460 мм!

В мае 1935 года Лига Наций осудила Японию за разбойничье нападение на Китай. В знак протеста она вышла из Лиги. Для милитаристских устремлений Токио открылся широкий путь. Работа на японских верфях кипела днем и ночью.

Вслед за Японией осенью 1935 года перешла к захватническим действиям Италия. Над Средиземноморьем заклубились грозовые тучи надвигающейся войны. В итальянских портах на военные транспорты спешно грузились войска, отбывающие в африканские владения Италии. Муссолини готовил вторжение в одну из последних независимых стран Африканского континента — Абиссинию (Эфиопию).

Занялись усилением своих флотов и граничившие с СССР лимитрофы — Польша, Румыния и Турция. При этом поляки закупали новые эсминцы во Франции, а румыны и турки — в Италии.

* * *

Начавшаяся кораблестроительная лихорадка ведущих морских держав была плохим известием для советского руководства. На вызов потенциальных противников надо было реагировать, и незамедлительно. Мощный флот — слишком дорогое удовольствие, чтобы создавать его просто так, ради престижа, он строится с единственной целью — для ведения реальных боевых действий. Ну а если этим заняты одновременно все ведущие морские державы, это значило только одно: мир неумолимо скатывается к новой мировой войне.

Едва позволило состояние экономики, Сталин сразу же санкционировал увеличение вложений в военное кораблестроение. В 1933 году они составили уже 19 % от всех военных расходов, в 1934 году — 28 %, в 1935 году — 27 %. Но одно дело — выделить деньги, а совсем другое — обеспечить производство. Судостроительная промышленность только становилась на ноги и смогла реально освоить 67 % ассигнований в 1933 году, все 100 % — в 1934-м и только 63 % — в 1935-м.

В июне 1933 года под руководством нового начальника Морских сил РККА В. М. Орлова были подготовлены «Основные соображения по развитию Военно-Морских Сил РККА на вторую пятилетку (1933–1937 гг.)». В этом важном документе говорилось: «При учете удельного веса трех основных элементов ВМС — флот, авиация и береговая оборона — необходимо в целях реального осуществления… задач исходить из следующего: а) основа программы строительства ВМС — развитие флота (в первую очередь и главным образом — подводного) и тяжелой авиации, обладающих мощными маневренными свойствами…»

«Соображения» были в принципе одобрены Комиссией обороны при Совнаркоме СССР и легли в основу постановления СТО «О программе военно-морского судостроения на 1933–1938 гг.» от 11 июля 1933 года.

В том же месяце было принято постановление Политбюро ЦК ВКП(б) и СТО «О программе военно-морского судостроения на 1933–1938 гг.», корректируемой ежегодными планами. Суть сводилась к следующему:

«1. Одновременное развитие флота не на двух, а на четырех основных театрах для создания прочной морской обороны берегов СССР.

2. Приоритет подводного кораблестроения.

3. Преимущественное пополнение новыми кораблями Балтийского, Черноморского и воссозданного Тихоокеанского флотов, для которых, кроме подводных лодок, эсминцев и торпедных катеров, предполагалось построить также легкие крейсеры нового типа.

4. Строительство подводных лодок и эсминцев для Северного морского театра, где в 1933 году создали Северную военную флотилию.

Главной ударной силой будущих флотов должны были стать подводные лодки, а также морская авиация берегового базирования, которую предполагалось вооружить многомоторными тяжелыми бомбардировщиками. В прибрежных водах в „комбинированном сосредоточенном ударе“ по линейному флоту вероятного противника должны были также принять участие торпедные катера и эсминцы. Крейсеры и устаревающие линкоры считались необходимыми только для „придания боевой устойчивости легким силам“»[15].

Идея, положенная в основу новой программы, была вполне обоснована политическими и оперативно-тактическими факторами, но в ней не были должным образом учтены реальные возможности. В результате даже по подлодкам она оказалась выполненной только на треть.

К этому времени, несмотря на приоритет строительства подводных лодок и авиации, Сталин наметил и дальнюю перспективу. Еще в июле 1931 года на заседании Комиссии обороны при Совнаркоме СССР он заявил: «Начать постройку большого флота надо с малых кораблей. Не исключено, что через пять лет мы будем строить линкоры». Тогда же он одобрил и «Программу строительства военно-морского флота», рассчитанную на все 30-е годы.

Так фактически впервые прозвучало упоминание будущего океанского флота. А пока скорректированная и дополненная программа предусматривала ввод в