Николай Кузнецов. Строптивый ставленник Сталина - Владимир Виленович Шигин

Докладная справка на находящегося в командировке в Испании Н. Г. Кузнецова. 1937 г. Из фондов ЦГА ВМФ. Публикуется впервые

К 20 сентября вся эскадра сосредоточилась в Малаге — самом южном порту республиканцев на Средиземном море. В поход отправлялись линкор «Хайме Первый», крейсера «Либертад» и «Сервантес» и шесть эсминцев, под командованием М. Буиса. При нем на флагманском крейсере «Либертад» находился и Кузнецов. Переход прошел успешно, и эскадра без потерь прибыла в астурийский порт Хихон. С кораблей разгрузили привезенное оружие, боеприпасы и продовольствие. В это время упорные бои с мятежниками шли уже за столицу Астурии Овьедо.

Пользуясь случаем, Кузнецов посетил столицу басков Бильбао, где скопилось много испанских торговых судов, не решающихся выходить в море. В Мадрид он вернулся самолетом, причем лететь пришлось над территорией, занятой мятежниками.

По прибытии в столицу его ждала неприятная новость — под ударами франкистов пал важный промышленный центр Толедо. Тогда же его известили о том, что в ближайшее время из СССР должны прийти транспорты с оружием. Кузнецову вменялось в обязанность организовать их прием в Картахене или другом порту на Средиземном море. Одновременно стало известно, что вскоре обратный переход в Картахену совершит республиканская эскадра, которая в Хихоне сделалась объектом налетов авиации противника. Первые же транспорты начали подвергаться атакам самолетов и кораблей франкистов, поэтому они нуждались в надежном прикрытии. Отныне главной задачей республиканского флота стало именно конвоирование транспортов с военными грузами.

Как будут развиваться дальнейшие события в Испании, теперь в большой степени зависело от доставки республиканцам оружия. Этим Кузнецов и занимался совместно с командиром Картахенской военно-морской базы Антонио Руисом. При этом он постоянно был на телефонной связи с морским министром.

Первая партия советских танков была доставлена из Одессы на транспорте «Комсомол». За ним последовали другие. Кузнецов с коллегами для секретности именовали их между собой «игреками». В конце октября 1936 года в Картахену прибыл большой транспорт «Курск», доставивший истребители, бомбы и бензин. Пришел очень вовремя, так как начинались решительные бои за Мадрид. При разгрузке в порту судно едва не потопили франкистские бомбардировщики, но все обошлось, и вскоре истребители уже участвовали в боях.

Порой Кузнецову приходилось решать и совершенно неожиданные задачи. Суда надо было разгружать как можно быстрее, но анархистский профсоюз с этим совершенно не считался. В самый горячий момент его деятели начинали митинговать, уводили грузчиков, и работа прекращалась. В результате в порту вырастали целые горы из ящиков с боеприпасами, танки и пушки подолгу стояли на причалах. Их даже не охраняли. Не было порядка и на железнодорожной станции. Между тем налеты вражеской авиации усилились. Кузнецову самому порой приходилось уговаривать анархистов прекратить митинговать и продолжать разгрузку.

Положение республиканцев все более осложнялось. К ноябрю завязались жестокие бои под самим Мадридом. На Средиземном море активно действовал крейсер мятежников «Канариас». Теперь транспорты, шедшие из Черного моря, могли прорваться в Картахену лишь при наличии внушительного конвоя. Требовалась максимальная скрытность движения «игреков». Поэтому Кузнецов обращался к командующему флотом Мигелю Буису лишь в самый последний момент, когда надо было уже высылать корабли для встречи транспортов.

Кузнецов вспоминал: «Мое положение как главного морского советника было довольно сложным. Занимаясь разнообразными флотскими делами, я не имел права кем-либо командовать: должен был давать только рекомендации, влиять на командующего флотом, добиваться точного соблюдения совместно разработанных планов».

Кстати, Кузнецов был не единственным военно-морским специалистом, посланным в Испанию. В ноябре 1936 года туда прибыли капитаны 1-го ранга С. С. Рамишвили и В. П. Дрозд. Первый из них стал советником командира Картахенской военно-морской базы, второй — советником командира флотилии эсминцев.

К этому времени республиканская армия благодаря советской помощи оружием и участию интербригад остановила наступление мятежников на Мадрид, а также разгромила итальянский корпус под Гвадалахарой. В Мадриде снова сменилось правительство, которое теперь возглавил Хуан Негрин, более решительный и последовательный. Республиканские войска готовились к контрнаступлению, хотя Германия и Италия посылали мятежникам не только сотни самолетов, танков, но и целые воздушные и армейские соединения.

* * *

Для республиканской армии оружие продолжало поступать преимущественно через Картахену. Встреча «игреков», их разгрузка, отправка вооружения на фронт оставались главной повседневной заботой Кузнецова, с которой он успешно справлялся. Как старший военно-морской специалист, занимался он и «трудоустройством» прибывающих из СССР командиров ВМФ, распределял их по соединениям республиканского флота и кораблям.

Так как республиканское правительство и советское посольство покинули Мадрид, Кузнецову теперь приходилось ездить с отчетами к послу в Валенсию. Помимо этого, он должен был докладывать обстановку и морскому министру И. Прието, встречаться с представителями ЦК Компартии Испании, информировать их о работе советников из СССР. Теснее всего он был, разумеется, связан с главным военным советником. Вначале этот пост занимал Я. А. Берзин, затем его сменил Г. М. Штерн. Тесно взаимодействовал Кузнецов со старшими советниками по родам войск: Д. Г. Павловым (танковые), Н. Н. Вороновым (артиллерия), Я. В. Смушкевичем (авиация), которых интересовали сроки прибытия соответствующей техники.

Случались и неприятные инциденты. 31 мая 1937 года республиканская эскадра вышла встречать лайнер «Магеланес». Операция планировалась при участии Кузнецова. Так как у острова Мальорка были обнаружены крейсера франкистов, республиканцы решили провести отвлекающую операцию — обстрелять порт на острове Ивиса. В это время там стоял немецкий линкор «Дойчланд». Испанские летчики, полагая, что это корабль мятежников, атаковали его и тяжело повредили. Разразился крупный международный скандал. Немцы нанесли удар возмездия по незащищенному испанскому порту Альмерия, где погибло много мирных жителей.

В апреле 1937 года в Бискайском заливе, около Сантандера, подорвался на мине франкистский линкор «Эспания». Кузнецову об этом с гордостью сообщил морской министр Прието. В ответ мятежники начали все чаще и сильнее бомбить Альмерию, а затем их диверсанты взорвали старый республиканский линкор «Хайме Первый». Периодически случались столкновения между эскадрами. Одно из них произошло в ночь на 6 марта 1938 года. Самое активное участие в разработке операции принимал Кузнецов. Столкновение завершилось победой республиканцев — эсминцы «Санчес», «Антекера» и «Лепанто» торпедным залпом потопили флагманский крейсер «Балеарес». После этого противник ретировался. К сожалению, республиканцы не предприняли попыток продолжить ночной бой, чтобы закрепить успех. Тогда же на испанских подводных лодках командирами начали выходить в море на выполнение боевых задач наши капитаны 2-го ранга И. А. Бурмистров и Н. П. Египко.