Ищу мужа после развода - Арина Вильде

Ломбард.

Тот, которым владеет наш общий с Олегом знакомый. Я уверена, там меня не обманут. Там я смогу сдать дорогие вещи по нормальной цене. Хоть какую-то подушку безопасности получить.

Называю адрес вслух. Демьян вбивает его в навигатор и выезжает со двора.

Глава 15

Демьян паркуется у здания, и я поспешно отстегиваю ремень безопасности.

— Я быстро, — бросаю, даже не смотря в его сторону.

Я почти бегом выскакиваю из машины. Захожу в ломбард. Осматриваюсь, ловлю взгляд работника — мужчина лет сорока. Я чувствую себя так, будто пришла не продать серьги, а собственную душу.

Я достаю коробочку. Аккуратную, чёрную, с бархатной отделкой и документами на изделие внутри. Открываю — мои любимые бриллиантовые серьги. Подарок Олега на прошлую годовщину.

Тогда я еще верила, что у нас всё хорошо. Теперь же это просто камни. Просто ненужная вещь, деньги.

— Оцените, — говорю, и голос дрожит. Ненавижу себя за это.

Он берёт коробочку, аккуратно достаёт серьги, разглядывает под лупой, что-то бормочет себе под нос.

Цена, которую он называет, не идеальна. Но сойдёт. Этого должно хватить, чтобы снять нормальную квартиру. На первое время. Дальше… посмотрим.

Я молча киваю, подписываю документы, беру наличные. Прячу деньги в сумку.

Демьян ещё ждёт в машине. Я резко дергаю дверцу, забираюсь внутрь, захлопываю её за собой. И только тогда замечаю его взгляд.

Он смотрит на меня слишком странно.

— Что? — выдыхаю, не выдерживая.

— Если тебе нужны были деньги, — его голос разрывает тишину, ровный, но слишком жесткий, — могла просто сказать. Я бы одолжил. Зачем этот ломбард?

Вот оно что. Он видела что я заходила в ломбард и в нем проснулся «скрытый мужик, готовый решить проблемы дамы в беде».

— Не волнуйся, — выдыхаю, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Я заложила всего лишь одни серьги. К тому же, — я улыбаюсь, натянуто, сухо, — это было бы… неуместно. Брать деньги у тебя. Мы никто друг другу.

Но кажется, эти слова ему не нравятся. Я вижу, как его пальцы сжимаются на руле. Сильно, до побелевших костяшек. Взгляд темнеет.

— И насколько тебе хватит этих денег, Лена? — раздраженно спрашивает он. Ощущение, словно меня сейчас отчитывают, как девчонку.

Я моргаю.

Что?

— Ты не можешь так жить. Сегодня заложишь серьги, завтра… украшения закончатся. И что дальше?

Я открываю рот, но слова застревают в горле. Смотрю на него в полнейшем недоумении. Почему он это говорит? Почему это его вообще волнует?

— Я справлюсь, — тихо бросаю. Внутри все сжимается, будто от холода.

Он не отвечает. Просто сжимает руль ещё крепче. И это молчание... слишком тяжёлое. Я отвожу взгляд, утыкаюсь в окно. Но его слова впиваются в меня. Словно нож.

И почему, чёрт возьми, они задели?

— Не переживай, — я бросаю взгляд на его сжатые пальцы, пытаясь вернуть разговору легкость. — Этого добра у меня еще полно. К счастью, мой бывший муж был щедрым во время брака.

Его взгляд становится резким, хмурым, но я продолжаю, словно не замечаю.

— За эти серьги мне дали пятьсот тысяч. На месяца два хватит.

Демьян резко закашлялся, словно мои слова ему поперек горла стали.

— Пятьсот тысяч? — Его голос будто срывается, чуть грубее, чем нужно.

Я пожимаю плечами.

— Ну да. Это немного, понимаю. Они стоили как минимум восемьсот. Работа известного ювелирного дома. Но что поделать? Мне теперь их некуда одевать.

И в этих словах — правда, простая и жесткая. Теперь эти украшения для меня как плевок в лицо. Как напоминание о том, кем я была и кого потеряла.

— К тому же, — я чуть улыбаюсь, криво, натянуто, — это был подарок от мужа. Теперь они только мозолят мне глаза. От такого нужно избавляться. И если можно избавиться с пользой — то почему бы не взять из этого выгоду?

Демьян молчит. Взгляд жесткий, холодный. Словно я сказала что-то настолько мерзкое, что он сейчас выкинет меня из машины.

— Лена… Ты не обязана избавляться от всего, что тебе дорого.

— Это не дорого, — отрезаю я, сжимая пальцы на сумке. — Это просто... камни. И воспоминания, которые теперь только жгут.

— Знаешь, — он криво усмехается, но в этой усмешке нет ни капли юмора. — Иногда, избавляясь от прошлого, можно потерять себя.

Я резко отворачиваюсь.

— Я сама знаю, как мне жить.

— Как знаешь.

Он трогается с места.

Молчание в салоне вязкое, тяжелое. Словно воздух пропитан чем-то несказанным, чем-то острым. И я чувствую, как от этого молчания сжимается всё внутри.

Демьян паркуется у подъезда, и я едва не вываливаюсь из машины, стремясь поскорее выбраться. Уже терпеть не могу это тяжёлое, вязкое молчание между нами. Хочется просто исчезнуть, раствориться.

Но как только я распахиваю дверь, резко замираю. У моего автомобиля стоит эвакуатор. Рабочие уже готовятся зацепить машину.

Я хмурюсь, поворачиваюсь к Демьяну.

— Это...

— Я вызвал, — спокойно поясняет он, даже не взглянув на меня. — Пока ты была в ломбарде. Надо же было как-то решить вопрос.

Я прикусываю губу, не зная, что сказать. Во рту пересохло.

— Спасибо... — выдавливаю. — Ты… не обязан был.

Демьян выходит из машины и мы вместе идем к эвакуатор.

— Это же ты замки поменял? — внезапно вспоминаю и оборачиваюсь к нему.

Он кивает.

— Да. Пока ты спала. Оставлять старые — небезопасно, особенно если у кого-то ещё есть ключи.

Я чувствую, как горячая волна смущения накатывает до самых корней волос.

— Я не успел тебе их отдать, — продолжает он. В уголках губ — лёгкая, почти незаметная усмешка.

— Ты слишком быстро сбежала.

Смешинки в его глазах задевают. Я отвожу взгляд.

— Спасибо. Но… это уже лишнее.

Я почти бегом подхожу к эвакуатору. С рабочими разбираемся быстро, машину грузят, обещают вернуть в течение пары дней. Я киваю, почти не слушая.

Когда поворачиваюсь, Демьян уже рядом. В его руке — ключи.

— Вот, — тихо говорит он, вкладывая их мне в ладонь.

От прикосновения наших рук между нами искрит. О, черт! Что вообще происходит?

— Пойдём? — спрашивает он.

Я качаю головой.

— Нет, — выдыхаю. — Я решила пока остановиться в гостинице. Так будет безопасней. Я уже вызвала такси, — добавляю поспешно, пока он не