Великая княгиня Елисавета Феодоровна и император Николай II. Документы и материалы, 1884–1909 гг. - Коллектив авторов -- Биографии и мемуары

Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу

24 октября. Ливадия — Париж

Очень благодарен, наслаждаемся летней погодой и спокойствием. Желаю вам счастливого путешествия. Думаем пробыть здесь до 6 декабря. Обнимаю всех.

Ники.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. S3. Л. 262.)

Имп. Александра Феодоровна, Николай II —

вел. кн. Сергею Александровичу, вел. кн. Елисавете Феодоровне

24 октября. Ливадия — Париж

Надеюсь, вы хорошо проводите время. Буду безмерно благодарна, если вы найдете мне что-нибудь для подарка Н<ики>. Оставляю выбор за вами. Всем нежные приветы.

Аликс

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. ГД. 83. Л. 263. — на англ. яз.)

Вел. кн. Сергей Александрович, вел. кн. Елисавета Феодоровна — Николаю II 3/15 ноября. Винздор — Ливадия

Сердечно поздравляем <с> дорогой Ольгой[1310]. Приятно проводим время, туман, холодно. Обнимаем крепко.

Сергей, Элла. (гарф. ф. 601. Оп. 1.Д. 1418. а. зп.)

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

18 ноября. Дармштадт

Дорогой Ники,

Перед отъездом из Дармштадта хочется мне сообщить о нашей поездке за границу.

Мы из Москвы прибыли прямо в Вольфсгартен, где наслаждались погодой и прожили около недели, поехали все вместе в Мюнхен дня на три посмотреть на картинную выставку и побегать по разным студиям художников, оттуда прибыли прямо в Дармштадт, прожили 10 дней.

Погода стояла дивная, и мы пикниковали по окрестностям и копали курганы с большим успехом. Борис[1311] и Андрей[1312] были тут. Подбив Ernie и Ducky, поехали вместе в Париж и форменно забавлялись! Ducky была первый раз и страшно наслаждалась. По всем театрам ездили — по лавкам — были в Versailles (Версаль — фр.) и наслаждались дружно. Часто виделись с братьями и Михен. У La-lique выбрал для тебя (по-моему) прелестную вещь: цепочка — между жемчуги и подвески две, с прелестными женскими фигурами, которых трудно объяснить!! За сим у Kisller разные новинки и тоже вазы нового образца. Надеюсь, ты останешься доволен.

После недели парижской суеты переправились мы в Виндзор, где были приняты самым радушным образом. Queen (королева — англ.) свежести поразительной, хотя видит плохо. Aunt Vicky[1313] там была и «ангажировала» меня; был с нею в Hampton Court[1314], что весьма меня интересовало. С женой удалось раз побывать в Лондоне. В Sandrigham[1315] нас вовсе не пустили. К счастью, Alix[1316] с Викторией[1317]провели два дня в Виндзоре, и мы ими наслаждались. Мы должны были гораздо дольше остаться в Англии, но Ernie совсем сюрпризом для нас назначил открытие памятника[1318] здесь на 13 н<оября>. Таким образом, мы, прожив всего 12 дней, приехали сюда…

Обратный переход морем был ужасный — дул форменный шторм, и мы насилу могли выйти в море не из Дувра[1319], а из Folkestone[1320]. Качало немилосердно, и к довершению бед две лопасти в колесе сломались, и мы ползли два с половиной часа. Элла была в ужасном состоянии, когда мы пришли в Calais[1321], и здесь она оправлялась два дня, бедная.

Открытие памятника было очень трогательное — так не доставало Аликс[1322]и Irene! Очень было мило, когда проходили перед памятником депутации со всего Гессена: и крест<ьяне> и крестьянки в своих костюмах. Длилось долго, и под самый конец немножко накрапывал дождь. В общем, статуя вышла очень удачно и главное — просто. В замке состоялся большой обед для всех — Ernie отлично говорил. Вечером спектакль полу-«гала» — мы в мундирах, но не сидели в большой ложе. Почти всех прибывших крестьян рассадили по ложам.

За сим зажили мы очень мирно, очень симпатично. На жену и на меня Ernie и Ducky производят положительно хорошее впечатление; мы много наблюдали. Ducky натурально весела, никаких сцен не делала, не нервничает и, мне кажется, есть надежда, что с Божьей помощью все пойдет на лад. Теперь то же впечатление имеет Виктория; только бы им не мешали и не изводили.

Завтра утром мы с сожалением уезжаем отсюда и едем прямо в Москву.

Как будет приятно вас обоих снова повидать. Вот тебе, дорогой Ники, подробная реляция всех наших заграничных похождений. Храни тебя Господь — нежно обнимаем вас обоих.

До свидания.

Твой Сергей.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1.Д. 1340. Л. 190–194.)

Дневник вел. кн. Сергея Александровича

22 ноября. Москва. В ½ 10 ч. прибыли — все и вся нас встречали — масса дам — любезничали. Прямо к Иверской… Господи благослови! Аминь.

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 34. Л. 166.)

Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II

29 ноября. Москва

Дорогой Ники,

Хотя ты получишь письмо не до твоих именин — все же мне хочется от сердца поздравить тебя и сказать тебе: «Да хранит и поможет тебе Господь!» В то же время мы посылаем тебе наше скромное приношение, привезенное из Англии. Как я рад, что ты, наконец, получил мое письмо из Дарм<штадта>, и что Lalique тебе понравился.

Мы ровно неделю, как вернулись сюда, Слава Богу, нашел здесь все благополучным и принялся со свежими силами за работу.

Но что за погода — для Москвы небывалая — 5–7° тепла, теплота и дожди, и это в конце ноября.

Послал тебе официальный доклад насчет трещины в пьедестале памятника; ты увидишь из него, что памятнику не грозит никакая опасность, по словам техников-специалистов. С гранитом никогда нельзя быть уверенным, что он не треснет. Таким образом, первый пьедестал дал трещину еще в мастерской, на фабрике. Конечно, это очень досадно и неприятно, но винить никого нельзя, ибо трещина происходит от внутреннего недостатка гранита — снаружи ничего не бывает видно.

Теперь надеюсь, мы скоро увидимся. Храни вас Господь — нежно вас обнимаем — до свидания.

Твой Сергей.

(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1340. Л. 194–195 об.)

Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу

6 декабря. Ливадия — Москва

От всей души благодарю тебя и дорогую Эллу за поздравления, у нас тоже зима, сожалею, что решительно не имею времени отвечать на письмо.

Ники

(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 83. Л. 278.)

Весь ноябрь и первую половину декабря государь посвятил работе, формулирующей российские предложения о всеобщем сокращении и ограничении вооружений для обеспечения прочного мира. Был поднят вопрос о создании международного «третейского суда» для предотвращения военных столкновений между государствами — прообраз современной Организации Объединенных Наций. Предложения российского правительства были изложены в ноте от 30 декабря 1898 года и легли в основу программы работы Гаагской мирной конференции,