Шок и тремор. - Сергей Николаевич Зеленин

- Вставайте, Иосиф Виссарионович! Вставайте, это очень важно!

«Опять что ли налёт финской авиации на Полевую Ставку?! Типа решили отомстить за Миккели? Тогда почему меня целый маршал Советского Союза будит, а не кто-нибудь из охраны?».

Не продирая глаз, бурчу:

- Самое важное для меня в данный момент – это хорошенько выспаться.

И переворачиваюсь на другой бок.

- Вставайте, Иосиф Виссарионович! Произошло такое, что…

Начиная злиться:

- В Вас подушкой запустить, Михаилом Дмитриевич, чтоб Вы от меня отстали?

Но тот пристал как ночной кошмар:

- Но хоть одним глазком взгляните и можете продолжать спать.

Поняв, что не отстанет:

- Да чтоб тебя! Ну, разве что «одним глазком»…

Кряхтя по-стариковски поворачиваюсь, слегка приоткрываю левое око… Затем поширше правое… Недоумённо таращусь на подсунутый под самый нос снимок, затем рывком сажусь на железной кровати и скороговорской:

- ОХНУНИХРЕНАСЕБЕ!!! Это где так шандарахнуло?

Сна, в миг как не бывало!

- В Миккели. На Ярмарочной площади близ Кафедрального собора.

- А ежели с подробностями?

- «С подробностями»? Это мы запросто…

Отложив аэрофотоснимок с грибовидным облаком, напоминающим ядерный, Бонч-Бруевич продемонстрировал мне ещё несколько – в хронологической последовательности, по ходу показа комментируя:

- Это за час до взрыва: сапёры стаскивают к Собору неразорвавшиеся – обезвреженные как они думают, авиабомбы… Плотники сколачиваю трибуну… На площади собирается народ… Эта отдельно стоящая у трибуны группа, судя по всему – иностранные журналисты…

- Обратите внимание, Иосиф Виссарионович на эту группу людей человек в тридцать-сорок - что выходит из Ставки финских вооружённых сил и направляются через Ярмарочную площадь к…

Присмотревшись, перебиваю:

- В этой, в последней группе – сам Маннергейм?

- По снимку опознать трудно, но если рассуждать логически…

Снова перебиваю, ибо на подходе какая-то супергениальная идея:

- Погоди ты, Михаил Дмитриевич со своей «логикой»! Так, так, так…

Хватаю снимок с «псевдо-ядерным» грибовидным облаком поднимающемся над городской застройкой - достойный премии HIPA (Hamdan International Photography Award) в миллион долларов, внимательно рассматриваю и, тут меня осеняет:

- …Здесь не «логика» нужна, а сильный пиар-ход! Напечатать листовок с этой картинкой и соответствующей надписью по-фински на обратной стороне и, завтра с утра разбросать над Хельсинки.

Глаза Бонч-Бруевича под «стёклышками», тут же загорелись подобно прожекторам противовоздушной обороны:

- Гениальная идея!

Развожу руками:

- А иных идей, уважаемый Михаил Дмитриевич, у меня просто не бывает. Уж такой я человек!

Буквально за пять минут, в результате «мозгового штурма» была придумана и «соответствующая» надпись:

«Граждане Финляндии, жители Хельсинки!

Против Ставки Маннергейма в городе Миккели советскими ВВС было применено новое сверхоружие. В результате - вашего «Koko Suomen kansan Ledare», возглавляемого им Военного кабинета министров, Ставки командования финской армией и самого города - больше не существует.

Таким образом, единственным законным правительством Финляндии является находящийся в Хельсинки Государственный совет, под председательством Густава Игнациуса.

Исходя из вышеизложенного, к последнему предъявляется

УЛЬТИМАТУМ:

1) Немедленное прекращение огня.

2) Объявление нейтрального статуса государства в европейской войне.

3) Недопущения размещения на территории (или транзита через территорию) страны вооружённых сил третьей стороны.

4) Арест и отдача под следствие совместной финско-советской комиссии военных преступников.

5) Советский военный контроль над Аландскими островами и финско-норвежской границей до конца войны в Европе.

6) Всеобъемлющее торговое соглашение между Финляндией и СССР.

7) Совместное советско-финское предприятие по добыче никеля в Петсамо.

Если сегодня (14 апреля) до 12.00 по московскому времени Государственный совет Финляндии не согласится на вышеизложенные условия - то во второй половине того же дня сверхоружие будет применено сперва по Хельсинки, затем по другим крупнейшим городам Финляндии. При этом вся ответственность ляжет на Государственный совет в целом и его Председателя Густава Игнациуса персонально.

Верховный Главнокомандующий Вооружёнными Силами СССР, И.В. Сталин».

Чтоб жители финской столицы и главное - Государственный совет Финляндии поверили в серьёзность наших намерений, мы с моим Замом решились на довольно рискованный ход. После того как листовки с изображением «ядерного гриба» и текстом ультиматума будут сброшены, начать вывод войск из Хельсинки. Естественно не по льду: сухопутное шоссе и железная дорога вдоль северного побережья Финского залива уже под нашим контролем, хотя до начала нормального сообщения по ним – ещё сравнительно далеко.

Естественно, какой там сон!

Сперва полночи просидел на командном пункте ночной бомбардировочной авиации – продолжавшей кошмарить финскую железнодорожную логистику, затем вернувшись в свой кабинет, приступил к раздаче «слонов»…

Утверждать списки награждённых, то есть.

По сравнению с Первой финской войной – когда сказать по правде награждать то особенно не за что было (особенно что касаемо товарищей командиров) список представленных к правительственным наградам был сравнительно скуп. Для рядового и сержантско-старшинского состава - три сотни медалей «За отвагу», с полста «Орденов Красной Звезды» и всего три «Ордена славы третьей степени178», один из которых…

Посмертно.

Все три «Славы» - разведчикам «Особой роты погранвойск СССР», захватившим две финские береговые батареи в пригороде Хельсинки. Из всех «Звездочек» - половина тоже им, как и значительная часть медалей.

В отличии от погибшего в первый же день Продолженной войны штурмана 10-го разведывательного авиаполка, командир «Особой роты» лейтенант Дмитрий Шилов - удостоился получить вторым «Персональную благодарность Верховного Главнокомандующего ВС СССР» и остаться при этом живым.

Точнее – полуживым!

Сейчас Дмитрий находится в одном из ленинградских госпиталей и неизвестно выкарабкается, или нет.

Надо будет обязательно съездить и посетить его в госпитале и, не только его.

Две стрелковые дивизии стали гвардейскими: 24-я Самаро-Ульяновская, дважды Краснознаменная Железная дивизия и 316-я стрелковая дивизия.

Слава Марксу, последняя не стала «Панфиловской»!

Иван Васильевич жив, здоров и даже получил следующее звание – генерал-полковник и первым из всех штабных командиров, был награждён «Орденом князя Невского» третьей степени179. Вот думаю после Продолженной войны, двинуть его на 7-ю общевойсковую армию вместо Штерна.

Последний ничего особенным себя не проявил, но за неимением кого-то более достойного - скоро пойдёт на повышение, став Командующим Группы армий «Бессарабия».

Первым же получившим «Орден Красного знамени третьей степени» - награду для полевых командиров за проявленное в бою личное мужество, за умелое руководство подразделением в бою, стал танкист старший лейтенант Аркадий Тверской. Вторым - командир 2-й роты 1073-го Талгарского стрелкового полка 316-й стрелковой дивизии, старший лейтенант…

…Бауыржан Момышулы!

У меня чуть глаз не выпал:

«Тот самый?!».

Наверное, каждый человек моего поколения знает кто это. По книге Александра Бека «Волокаламское шоссе», по книгам самого