Начало конца - Ярослав Гивиевич Заболотников

— Я тоже не отказалась бы послушать, — поддержала Джона вампирша.

— Любознательные какие… — ассасин поочерёдно переводил взгляд между спутниками. — Ладно. Будет вам урок виверхэльской жизни, — он потянулся в седле и, небрежно развернув жеребца, подъехал к краю обрыва. — Красные мхи по осени сыплют спорами, не менее жгучими, чем они сами. Хапнете такой пыли и, скорее всего, подохнете от удушья, — убийца развёл руками. — Обычно едкая дрянь лежит на скалах, но паскудные прибрежные грозы успевают дотащить её до некоторых дорог, а иногда и городов прежде, чем дождь прибьёт всё это «счастье» к земле.

Ощутив пронёсшийся по уступу порыв ветра, Лайла невольно поёжилась не то от холода, не то от мысли, что в нём могут летать смертельно опасные споры.

— Да уж. Удивил… — следопыт почесал затылок. — И докуда тянется здешняя «красная» дорога?

Рэксволд указал на стоявшую на далёком холме старую мельницу, которая давно потеряла крылья в неравной борьбе со временем.

— От Савальхата до той башни. Дальше равнина. Но не обольщайся. Сразу за ней начнётся другая «красная» дорога, раз в пять так длиннее, — наблюдая, как вытягивается лицо вампирши, ассасин рассмеялся: — А чего ты хотела? Здесь треть дорог пролегает между скалами. По осени даже особые карты для нерадивых чужестранцев продают, — он ехидно подмигнул. — Прибыльное дело, между прочим. Особенно для портовых городов, где всегда много новых лиц.

— И искать никого не надо, — продолжил мысль Джон. — Любой авантюрист перед тем, как двинуться дальше, обязательно заглянет на рынок… — он вдруг замолчал, вспомнив купца, что показывал ему какой-то листок, после чего следопыта посетило озарение: — Так вот, что мне тот бородатый предлагал…

— Соображаешь, — Рэксволд направил на воина указательный палец. — Хоть и медленно.

— Только он был не сильно-то настойчив… для вопроса жизни и смерти.

— Местные торгаши ленивы. Ты в виверхэльском ни в зуб ногой. За то время, пока он разжуёт тебе мысль, можно три карты продать тем, кто хоть немного знает язык. Ведь каждый первый хочет жить и готов раскошелиться.

— А я подыхай за воротами? — нахохлился Джон.

— Тебе дают шанс проверить своё везение. Задаром, заметь! Что редкость для Савальхата, где бесплатно и палец о палец не ударят.

— Вот уж спасибо…

— Не таким я себе представляла горное королевство… — разочарованно промолвила Лайла и, сомкнув ладони, с упоением воскликнула: — Ах, Эльтарон, сказочный зелёный край, где осень дарит только красоту, а не внезапную смерть, прости, что недостаточно ценила тебя.

— Ах, Эльтарон, — передразнивая её, заговорил ассасин. — Тучи комаров, вонючие болота и бесконечные ливни.

— Неправда, — вампирша насупилась.

— Вас бы обоих в Грондэнарк, — тронув бока лошади пятками, Эрминия поехала к входу в шахту. — Посмотрела бы я, как бы вы скулили от мороза, стонали от раздирающего лицо бурана, мечтая о комарах и красных мхах…

— С тобой — хоть в прорубь, — бодро произнёс Рэксволд, провожая взглядом исчезающую в тёмном тоннеле всадницу.

Глава 5

Оказавшись в мрачном коридоре, воительница первым делом сорвала с себя ненавистный плащ и, скомкав его, отбросила в сторону. За звучным шлепком последовал щелчок огнива — вынутый из седельной сумки факел охватило пламя. Жёлтый свет озарил витавшую в воздухе пыль, медленно плывшую к лежащему в луже плащу, гружённую камнями вагонетку и ржавые, уходящие во мглу рельсы. Некогда богатая железом шахта пребывала в запустении: звон кирок угас полвека назад, когда руда закончилась, и теперь гул ветра, шорох осыпавшегося песка и редкий крысиный писк сплетались в тоскливую, неторопливую музыку подземелья.

— Надо же. Ещё не развалилась… — Рэксволд остановил коня возле вагонетки, прогнившие борта которой чудом сдерживали высившуюся в ней груду камней. — Давно меня тут не было.

— То есть ты не уверен, что мы не упрёмся в завал? — безрадостно оглянувшись на крепнущий дождь, вздохнул Джон.

— Ерунда, — отмахнулся ассасин. — Шахта пересекается с уймой пещер. Всё можно объехать, — он зажёг факел и приподнял его повыше, отчего по свисающей с потолка паутине побежали крохотные огоньки. — Интересно, тот придавленный валуном скелет ещё крысы не растащили? Он ногами смотрит на юг — удобно ориентироваться, а то в глубинах компас местами чудит… — освещая себе дорогу, убийца неспешно поехал дальше.

Сразу за ним тронулась Эрминия. Она перевесила одни ножны на луку седла, положив свободную руку поближе к клинку.

— Надеюсь, ты пошутил… — деликатно поинтересовалась Лайла, которую совсем не обрадовали речи проводника. Вампирша лёгким движением корпуса направила Фелниеру вперёд.

— Насчёт чего? — отозвался Рэксволд. — Боишься мертвецов, беспокоят обвалы или не хочешь заблудиться?

— Меня не прельщает ни одна из названных тобой перспектив.

— Понимаю, — с сочувствием произнёс ассасин. — Место действительно скверное. Ты ещё не знаешь, сколько рабочих здесь в своё время выкосила холера… Но это даже хорошо, а то после них тут разбойники поселились. Устраивали засады на решивших срезать путь до ущелья. Потом вроде как перестали. Передохли, говорят.

— Не шахта, а корень зла какой-то, — усмехнулся замыкающий цепочку Джон. — Не устал ещё на ходу сочинять? — в очередной раз пригнувшись, он смахнул с лица повисшую на волосах паутину, которая, в силу высокого роста Бамбука, так и норовила покрыть его голову рваной шалью.

— Сочинять? — голос Рэксволда приобрёл загадочный оттенок. — Прям Эльтароном повеяло. Там ты тоже мои сказки за чушь держал, пока мы до пропасти не добрались. Уже забыл?

— Ну, это другое, — моментально возразил следопыт. — В Эльтароне ты легенды друидов пересказывал, а тут страху пытаешься нагнать…

— Оракулы! — неожиданно воскликнула Лайла, вспомнившая, что не только Эльтарон славен своим странным народом.

— И? — удивился убийца. — При чём здесь оракулы?

— Лучше тебе увидеть связь, — от терпеливого голоса Эрминии повеяло морозом. — Сегодняшняя грызня мне порядком надоела. Ещё немного, и я позатыкаю вам рты кляпами. Всем. Без исключения, — она оглянулась на вампиршу, которая только и смогла что растерянно улыбнуться.

— Весомый аргумент, — с усмешкой произнёс ассасин. — Ладно. Дадим Эрми полчаса передышки. Что там с оракулами?

— Хотела бы узнать о них побольше…

— Не то чтобы я о них много знаю… — задумчиво проговорил Рэксволд, наблюдая впереди развилку. — Но кое-что рассказать могу… — доехав до разветвления, он посветил факелом в обе стороны, после чего уверенно свернул налево. — Оракулами называют живущих в горах идолопоклонников. Тоже чтят Духов, но, в отличие от одичавших друидов, они вполне сносные ребята. В поселениях хоть кто-нибудь да знает виверхэльский. Неплохие ремесленники к тому же. За ними по пятам идёт слава прорицателей, а оттого их чудаковатые поделки пользуются бешеным спросом на местных