Как брать интервью - Евгений Криницын

Как стать хорошим интервьюером

Мальчик спрашивает старого еврея: «Как мне попасть в Карнеги-холл?» Тот отвечает: «Практика, практика, практика».

Ларри Кинг

Мне он очень нравится. Ему интересны собеседники и бытовой уровень общения. Один раз к нему в студию гость принес пингвина. Пингвин ходит по столу, а Кинг говорит гостю: «Ну вылитый сенатор Среднего Запада». Нужно обязательно смотреть программу ВВС Breakfast. У них выдающаяся школа интервьюеров — ироничные, тонкие, едкие. Смотреть на ВВС можно все подряд с самого утра. Там переход от информационной программы к интервью совершенно незаметен. Это прекрасный эффект непринужденного общения. Это то, что говорил Новгородцев у меня на интервью, они все gentle, то есть мягкие. Посмотрите, какие у них там объявления: «Когда будете сжигать листву, пожалуйста, переворошите ее, вдруг там спрятался ежик». Эта интонация у меня постоянно в ушах. Их абсолютная мягкость и в то же время независимость поражают. В них нет подобострастия, обращаясь к собеседнику, они не перечисляют все его звания и регалии. У них все проще. Мне этой школы не хватает. Но я буду стараться.

Журналист, автор спецпроекта информагентства ТАСС «Первые лица»

Один из самых известных печатных журналистов России, 30 лет работает исключительно в жанре интервью. Провел несколько тысяч интервью с ключевыми культурными, спортивными и государственными деятелями страны, в том числе с Владимиром Путиным.

Окончил факультет журналистики Киевского государственного университета имени Т. Г Шевченко.

Одним из первых журналистов отправился освещать аварию на Чернобыльской АЭС. В качестве спецкора «Советского спорта» работал на Олимпийских играх в Пекине, Ванкувере, Лондоне, где взял десятки интервью у российских чемпионов и призеров.

С мая 2005-го по март 2014 г. подготовил более 400 интервью для журнала «Итоги».

Автор спецпроекта информагентства ТАСС «Первые лица», в рамках которого берет интервью у президента России, высших чиновников и губернаторов.

Что такое интервью?

Интервью в себя вмещает много разных поджанров: короткая беседа, экспресс-опрос, лонгрид, как сейчас принято говорить, на 50-60 тысяч знаков, информационное, когда ты разговариваешь конкретно по какому-то поводу и когда ты человека ловишь (на лжи, недосказанности. — Прим. ред.). Бывает интервью как реклама. То есть делаешь журналистский материал (не джинсу) таким образом, чтобы он был интересен и покупателю, и потребителю. Чтобы и заказчик был удовлетворен (тот, кто рекламирует некий товар), и тот, кто будет читать, не увидел в этом заказуху.

Зачастую журналист не виден за вопросами, он обезличен. Но есть, например, беседа как один из жанров интервью, который подразумевает более авторскую историю. В ней должны участвовать две стороны. Хотя я не очень люблю позицию авторского «Я», выражения своих мыслей. Мне больше интересно слушать, чем заявлять о себе. Пример беседы — это Дима Быков, который как раз менее интервьюер, а больше собеседник. Он соучаствует на полную, как равноправный партнер. Я все-таки в интервью как вспомогательная сила.

Юрий Дудь

Юрий Дудь — самый яркий представитель нового поколения, вокруг которого все строится. Он создал бренд, некое СМИ. Есть ТАСС, а есть Дудь. Просто говоришь «Дудь», и уже не надо ничего объяснять. Так же как не надо говорить, что ТАСС — это информационное агентство.

Дудь — шоумен, он много вкладывает в себя. И его роль уж точно не меньше того, кто сидит напротив. А мне все-таки ближе история, когда я не перетягиваю. Мне хочется раскрыть собеседника, а не показать, какой я умный, яркий, остроумный, меткий, схватывающий, подхватывающий, перехватывающий, возводящий, заводящий.

Но Дудь нашел свою нишу. Он смог ее капитализировать. Я его давно знаю как талантливого журналиста со sports.ru и только в последнее время как интервьюера на YouTube.

Мне очень понравилось его интервью с Алексеем Серебряковым, потому что это был человеческий разговор. У него хорошая реакция. Он умеет слушать. Это главное для интервьюера. Если есть зацепочка, он ее не пропускает, он за нее хватается и раскручивает клубок. Дудь хорошо держится. Он сам по себе. То есть ты о его внешности не думаешь. Ты видишь его манеру поведения. Другие пытаются подражать ему, но это всегда будет плохо. Он, безусловно, дал импульс к развитию журналистики на YouTube.

Не нравится у Дудя лишь обилие мата. Когда это происходит нарочито, меня это коробит. Я понимаю, что он этим завоевывает аудиторию. Но это его аудитория.

Профессиональные интервьюеры

Уже даже Олег Меньшиков сделал интервью с Данилой Козловским, Пугачёвой. Стал брать интервью рэ- пер Баста.

Хотя я за профессионализм. Баста пусть поет, а Дудь берет интервью. Ровно так же, как прекрасный актер Олег Меньшиков должен сниматься в кино. Но в журналистику не надо. Если кажется, что все так легко и просто, то это не так. Есть специализация, а есть некие наклонности. Если тебе не дано, то не надо!

Портретное интервью

Сейчас я занимаюсь портретным интервью. Это лон- грид, у меня нет ограничений по объему, так как я готовлю материалы для сайта, а не для печатного СМИ.

После того, как четыре года назад закрылся журнал «Итоги» и поляна печатных СМИ скукожилась донельзя, я перешел на площадку ТАСС, которая существует только в электронном виде. Продолжил писать те же самые интервью — большие, портретные. Они теперь стали называться лонгридами, поскольку висят на сайте, к ним можно вернуться, можно читать не сегодня, а через неделю, так как там, как правило, нет оперативной информации. Значительная их часть — разговор о судьбе, о человеке.

В «Итогах» интервью располагалось в конце журнала, хотя оно было привязано к обложке — интервью, которое иллюстрируется фотографией героя на первой полосе. Спецпроект в ТАСС у меня называется «Первые лица», а там называлось «От первого лица». Но в ТАСС это более узкий сегмент, потому что речь идет в большинстве случаев о чиновниках, руководителях крупных корпораций. Иногда это могут быть какие-то узнаваемые люди, занимающие социально значимую нишу и в политическом истеблишменте. Например, Валерий Гергиев, который, будучи дирижером и руководителем Мариинского театра, является также близким знакомым Владимира Путина.

Переход на «цифру»

От кассетного диктофона, которым я пользовался 20 лет, пришлось отказаться. Я поехал делать интервью в Вену с Дмитрием Хворостовским, к сожалению, сейчас уже покойным. Я прилетел туда на три дня и столкнулся с тем, что мой кассетный диктофон накрылся. И я как ошпаренный бегал по Вене в поисках такого же. На меня смотрели как