Как брать интервью - Евгений Криницын

собой недоволен. У меня к себе много вопросов, и в профессиональном смысле тоже. Я пришел в журналистику в 1982 году, интервью стал писать в 1989 году, а сейчас у нас на календаре 2019 год. Это значит, что я пишу интервью 30 лет. Мне очень помог опыт в начале 1990-х — работа в газете «Новый взгляд» у Евгения Додолева, с которым я сейчас вообще не общаюсь. Я ему очень признателен за то, что он помог мне расписаться. То есть я каждую неделю писал интервью формата А2 — это порядка

ЗО ооо знаков. Он меня не лимитировал. Это было самое свободное время. Я наделал тогда кучу ошибок, но мог позволить себе эти ошибки совершать, потому что время было другое. Я мог делать в течение двух недель интервью сначала с Березовским, потом с Чубайсом, которые ненавидели друг друга и не общались. Тогда я почувствовал вкус именно к интервью. 1990-е в профессиональном смысле были несравнимо более интересными. Они не были сильно денежными, но журналистика в принципе не очень денежная. Это сейчас можно зарабатывать: и возможности YouTube, и съемки в рекламе за счет того, что человек медийный. Но тогда был более широк круг спикеров. Вокруг было больше ярких людей. Поскольку я уже давно в профессии, я надеюсь, что на мой век хватит. Каков этот век будет, я не знаю. Мне по-прежнему интересно. Вот про губернаторов: часто это функция, человек без кресла ничего из себя не представляющий. Но бывает, ты что-то в нем находишь, тебе и этого достаточно — просто какие-то человеческие качества. Ну а как? Я ничего другого не умею. Да и не хочу.

Когда вы окажетесь перед Познером, что вы ему скажете?

Я буду задавать вопросы. Я уже много раз оказывался в этом качестве. У меня с десяток интервью с Владимиром Владимировичем на самые разные темы. Мне кажется, я вполне понимаю его мотивы. И я его, безусловно, уважаю. Но с точки зрения профессиональной мне у него нечему учиться. Поэтому вопросов типа «расскажите мне», «научите меня» не будет.

 

 

 

 

Журналист

и общественный деятель

В 2011-2015 гг. ведущая аналитических передач и интервьюер телеканала РБК. В июне 2015 г., после убийства отца Бориса Немцова (организаторы и заказчики не найдены) покинула Россию. С июля 2015 г. работает на Deutsche Welle в качестве репортера, с мая 2016 г. ведущая передачи «Немцова. Интервью». В 2005 г. окончила МГИМО по специальности «мировая экономика». Обучалась в Московской государственной юридической академии (неоконченное высшее). В 2017 г. окончила трехнедельную программу Стэнфордского университета Draper Hills Summer Fellowship Program. Основатель Фонда Бориса Немцова за Свободу (nemtsovfund.org), который ежегодно вручает журналистам и общественным деятелям премию «За отвагу в отстаивании демократических ценностей в России», проводит форум и летнюю школу журналистики.

Цель интервью

Интервью — это разговор с интересными обществу людьми, который призван больше рассказать о них, об их позиции, в идеале — вызвать общественную дискуссию.

У интервью есть определенный жанр и формат, ограниченный хронометраж.

Зачем нужен этот жанр?

В основе всего, за любым делом всегда стоит личность! Будь то кино, политика, экономика, бизнес. И всем, конечно, интересно, узнать, что это за человек, который принимает судьбоносные решения.

Иногда это автор книги «Метро 2033» Дмитрий Глухов- ский или писатель Владимир Каминер.

Жанры интервью

Есть интервью в жанре дружеской беседы, как, например, у Натальи Синдеевой. Много лет назад Оксана Пушкина вела душераздирающие беседы с женами политиков. В частности, брала интервью у нашей семьи.

Формат может быть чисто информационный, когда ты задаешь вопросы по повестке дня, потому что тебе нужны комментарии.

Есть интервью, содержащие элементы дискуссии и конфликта, когда интервьюер выявляет слабые стороны в аргументации своего собеседника, несоответствия, пытается его в чем-то уличить, раскритиковать ту политику, которую тот проводит. Такие интервью-дебаты ты проводишь в основном с политическими деятелями.

И лучше дискутировать вежливо, дипломатично. Слишком жесткая конфронтация очень вредна — это я поняла на своем опыте.

Я стараюсь говорить с людьми, которые принимают решения или влияют на принятие решений в своих странах. Но иногда это могут быть просто интересные ученые, как, например, профессор Европейского университета во Флоренции Александр Эткинд, который занимается культурной памятью, или Фрэнсис Фуку- яма, всемирно известный философ, в настоящее время преподающий в Стэнфорде.

Умение держаться перед камерой и техника речи

У моей мамы есть подруга, ее зовут Нина Зверева[6], она работала собкором программы «Вести» на нижегородском телевидении, а потом на федеральных каналах в Москве.

Она занимается ораторским мастерством. И я попросила Нину, чтобы она со мной позанималась. Она мне давала разные задания: она у меня берет интервью, я у нее беру интервью, я что-то рассказываю — а оператор Михаил Сладков это снимал.

Технику речи на РБК преподавала выдающийся педагог Светлана Корнелиевна Макарова[7]. Она учила очень многих наших известных журналистов, в частности Тину Канделаки.

Мы читали короткие тексты, и она объясняла, где и как делать смысловые ударения — довольно полезная вещь. Я очень много беру интервью на английском, поэтому мне приходится теперь заниматься техникой речи и на другом языке. Еще я использую пословицы, поговорки, скороговорки. Я говорю довольно связно, у меня нет проблем с дикцией. Тем не менее это довольно полезная вещь. Кроме того, я занималась с главным режиссером на РБК Вадимом Лисицыным, который меня обучал поведению перед камерой. Пластикой со мной занималась стилист Вероника Шевченко, у меня не очень хорошо с этим. А потом всё, в холодную воду — и веди прямой эфир!

Начало работы на РБК

Сначала я вела ю-минутные «Рынки» и шоу «Интерактивный выпуск»: 20 минут прямого эфира, куда могли звонить и писать телезрители. Нас было трое ведущих: я, Андрей Карабьянц и Степан Демура. Они должны были отвечать на вопросы из серии: что будет с долларом и рублем, каковы перспективы Газпрома.

Затем мне предложили вести свою программу. Она называлась «Немцова. Взгляд». Туда обычно приглашались два эксперта, которые друг друга сильно не любили. Это самое классное, если у тебя один спикер ненавидит другого и они пытаются дебатировать.

Волнение во время интервью

Я до сих пор волнуюсь перед каждым интервью, потому что, если ты не волнуешься, значит, тебе наплевать. Любой человек волнуется,