Жуткие дела в империи - Софья Лямина

Признаться, палящее солнце, морской воздух и милейшие особнячки в пару этажей даже во мне поселили мысль прикупить здесь недвижимость. Возможно, когда я окончательно устану от расследований и тетушки, то махну сюда. Буду загорать, есть персики и навсегда забуду про пыль, путину и заговоры.

- О местном знахаре известно мало, - произнес Игнат, сверяя данные геолокации в выданном ему амулете с тем, что он видел перед собой. – на незаконном пойман не был, налоги платит исправно, а его причастность к повальному облысению местных аристократов не была установлена.

- Повальное облысение аристократов? – потрясенно вопросила я.

- Да был здесь пару месяцев назад неприятный эпизод, - хмыкнул маг. – представители одной из знатных семей взяли да и облысели в один день. И мужчины, и женщины, и даже любимая болонка леди Астотье. Те сразу вспомнили, как накануне младшая дочь выторговала брошь на местном рынке у заморского купца. И на брошь эту положил глаз знахарь, да куда против денег и власти попрешь? Доча их заломила такую цену, что там и сам купец присел. Естественно, отдал брошку девчонке. Ну и сама понимаешь, на кого пали подозрения.

Пока маг рассказывал мне о перипетиях местных аристократов, мы шустро шагали по улочке, привлекая внимание немногочисленных прохожих. Не то их смутили наши бледные лица, выдавшие в нас чужих, не то одежда наша привлекла внимание. Шутка ли, задрапированный во все черное маг из карманов которого поблескивает оружие разных калибров, и торопливо бегущая за ним ведьма.

Однако стоило нам подойти к лавке, расположенной на первом этаже белоснежного домика, заинтересованные взгляды прохожих потухли. Стало понятно, к кому направлялась странная пара незнакомцев.

К слову, у вход в лавку покачивалась на ветру табличка с надписью, выведенная витиеватым почерком. Амулет на моей шее шустро трансформировал незнакомые буквы в понятные для глаз «Травная лавка дядюшки Падонка».

Пока я размышляла над трудностями перевода, маг не преминул прокомментировать:

- Сразу видно, то пришли мы по адресу, - хохотнул Игнатище, чье настроение стремительно улучшалось.

Он же, весело насвистывая, спрятал амулет-проводник и шустро поднялся по ступенькам, толкнув входную дверь. Над нашими головами звякнул колокольчик, который явно не был простым элементом декора. Мой ведьмовской взгляд уловил в нем амулет распознавания расы, который и подсказал дородной женщине за прилавком, что пожаловали маг и ведьма.

К слову, женщина была крайне симпатичной. Круглое загорелое лицо, густые черные брови, пышные ресницы и локоны, подобранные один к одному, придавали ей некую детскую непосредственность. Пышные формы иномирянки, одетой в симпатичное голубенькое платьице, ей невероятно шли.

Она кинула на нас внимательный взгляд, от которого напарник расплылся в широкой улыбке. Походка мага стала неожиданно вальяжной, а к прилавку он не подошел – подтек лужицей. Там же, опустив локти на деревянную поверхность, он, растянув губы в широкой улыбке, произнес:

- О свет очей моих, богиня сердца моего, - начал он с бойного и пафосного, заставив меня растеряно замереть, а женину перевести удивленный взгляд с мага на меня. В газах его застыл немой вопрос, ответов на который я не располагала.

Не то магу голову напекло, не то это был некий коварный ход – не понятно. Однако я решительно сделала вид, что все в порядке, решив подыграть магу.

- Красавица, не соблаговолите ли подсказать мне, пленнику ваших глаз, где мы можем…Хотя чего это я? Кого здесь еще можно искать, если я уже нашел вас? – прервал напарник сам себя, глядя на женщину влюбленными глазами. – Скажите, тартолеточка любви, что вы делаете сегодня вечером?

«Тартолеточка любви» внимательно посмотрела на мага, после чего перевела взгляд на замершую рядом меня и неожиданно грубым басом, на который не каждый мужчина способен, поинтересовалась:

- Он у вас на голову блаженный?

У напарника вытянулось лицо.

- Да вот, понимаете, братца как с того острова вытащили, он так и стал…понимаете, во всех встречных дамах искать кусочек любви. – произнесла я первое, что пришло в голову. Для убедительности еще и покрутила пальцы у виска, чтобы ни у кого не осталось сомнений, что именно произошло с магом на ом острове.

– И понимаете, все бы ничего, да только дамы эти меняются по десять раз на дню. – продолжила я рассказывать женщине, с искренним сочувствием взглянувшей на мага. – И, представляете, девушки от разбитого сердца все как одна его по голове бить продолжают. И я их безусловно понимаю, да только братец мой и без того тугоумный, а так и вовсе до контузии не далеко. Уж будьте так любезны, помогите пожалуйста.

- Да, голубушка, эдак ему туго придется. – вынесла вердикт женщина. – Оно же и по глазам видно, что сумасшедший совсем. Ничего-ничего сейчас мы подберем вам травы, вы их ему заварить будете да пройдет его…тугоумность.

- Вы знаете, - вкрадчиво произнесла я, подавшись к женщине вперед. – мы до вашей лавки уже бывал в некоторых местах, где нам также травы рекомендовали. Да только ни одна не помогла, а уж потом от моей подруженьки, которой однажды помог ваш знахарь, услыхали про это место и сразу же сюда направились. Быть может, вы окажете нам помощь? В долгу мы не останемся.

Женщина нахмурилась, сложила руки на пышной груди и недоверчиво на нас посмотрела. Только я было начала сомневаться в том, каким путем мы поли с Игнатом, как вдруг дама набрала воздуха в могучую грудь и закричала на весь дом:

- ЗАКАРЕНЬКА!

И вот нужно сказать, что у Закареньки стальные нервы должны быть, потому как у меня ноги от такого обращения серьезнейшим образом подогнулись, а у мага нервно дернулся кадык. Впрочем, взгляд его стал уважительным. Так кричать не все умеют. Даже баньши была бы посрамлена.

Закаренька, шуплый старичок неопределенных лет, по винтовой лестнице не спустился – скатился кубарем в считанные секунду после зова своей. Даже не знаю, как охарактеризовать их взаимоотношения. Так вот, скатившись на первый этаж, невысокий мужчина с длинной, жиденькой бородкой пдскочил на шустро подскочил на ноги и метнулся за прилавок, откуда виднелась одна лишь его макушка.

- Что, Боеславенька моя ненаглядная? Что голоском своим нежным зовешь, душеньку мою беспокоишь? Что случилось у радости моей? Кто мою красавицу встревожил? – приняли лепетать Закаренька.

- Вот, душенькая моя, ведьма мага блаженного привела страстолюбца окаянного. Уж помоги несчастному, по наводке от приятельницы твоей пришли. – произнесла женщина удивительно громогласным басом, добавив: