Повелитель механического легиона. Том III - Евгений Лисицин

А затем под истошные вопли убийцы вырезал его дар пространственника и оставил себе.

— Монстр… чудовище… ты можешь…

— А, точно, совсем забыл — умри.

Я не дал договорить, воткнул лезвие в его шею. Судя по докладу Сирин, на основе информации из телефона, он убил очень, очень много людей, на которых показали пальцем. Я узнал ещё о нескольких местах баз Кувалды: наверное, некоторые теперь перенесут. Кстати, он был в контактах, потому я напоследок телефон включил и… Сирин отправила ему сердечко. А потом написала: «Четыре магистра, пять — шесть мастеров. Всё ещё хочешь воевать?»

Ещё одного магистра убило мощным взрывом в самом начале: ему не повезло стоять рядом с арсеналом, как и ещё паре мастеров. Я не отслеживал мелочи, в отличие от Сирин.

Ответ пришёл через несколько секунд: «Ты преступил черту, до которой можно было договориться».

Не удержался и ответил: «И скоро дойду до той, где договариваться захочешь ты».

Сирин надёжно заглушила связь и продолжила копаться в телефоне. Я же забрал артефакт защиты души, но пока не копировал его себе. Увы, личный артефактный щит сгорел от перегрузки, зато в кармане нашёлся кошелёк с тремя тысячами рублей. Плюс ещё в дороге я успел стащить из бардачка машины двадцатку аж пятисотрублёвыми купюрами. Видимо, держал там на случай срочного побега. Кстати, нужно проверить тайники: мы теперь знали их расположение.

Но пока надо было что-то делать с другим пленным. Я заменил мешок на голове на шлем, разорвал цепь на руках и после соединил за севшим на мотоцикл ратником. Вроде как человек держится за ездока, а ноги примотал проволокой.

К сожалению, полностью сжечь труп не было времени, да и не видел особого резона. Немного поджарил и выкинул в гору мусора. После мы поехали обратно в Москву окольными путями.

Остановились недалеко от новых кузьминок, всё ещё в лесном массиве, где я наконец освободил и разбудил пленного. В конце концов, должен же я выяснить кто он такой, раз уж вытащил.

Глава 7

После нескольких минут кривого исцеления, мужчина лет двадцати семи, наконец пришёл в себя, и уставился на мой шлем. Само собой он всё ещё был в блокираторах. На пальце красовалось чёрное кольцо, но не из адамантия — дешёвый вариант для глав низших родов: откровенно не статусная вещь. Зато дар у него вполне солидный ранга А. Увы, документов при нём не было, лишь почти пустой кошелёк.

Кареглазый шатен в обычной одежде, немного порванной в последнем бою, зато без ран. Скорее всего, его накрыли чистой духовной энергией.

— Не волнуйся, я тебя спас. Похититель мёртв, а от тебя мне ничего не нужно. Кто ты такой? Почему они тебя схватили?

Я продолжал поддерживать слабое исцеление. Мужчина сморщившись смотрел на меня ещё несколько секунд, видимо оценивая ситуацию и разгоняя туман в голове.

— Барон Николай Кулагин. Глава рода и последний представитель. Они считали, что у меня есть техники родовой магии Кулагиных — атаки по душе при помощи плетений и секреты работы с чужими душами. Но, клянусь, они утрачены. Я не изучал их, а после всё сгорело вместе с родовой библиотекой.

Ах вот почему Эльвин носил настолько специфичный артефакт. Даже минимальную мощь Стикса неплохо заблокировал.

— Очень жаль, но ведь Кувалда не может приставать к каждому роду с интересными техниками. Будь он таким буйным, против него давно бы пустили имперскую армию.

Николай смотрел на меня с опаской и чётко ответил.

— Мы изучали магию души сами, без согласования с Российской Академией Наук. В том числе исследовали манипуляции с даром: надеялись достичь бессмертия путём смены тела, как я потом узнал. Наши учёные зашли в тупик. Вопреки запрету мой дед, глава рода, продолжал исследования. Об этом узнал третий тайный отдел и против нас отправили отряд, многих казнили. Кулагиных не лишили титула только потому, что значительная часть семьи не знала и эксперименты были не очень серьёзными. Мне и вовсе рассказали следователи. Однако… для них использовали людей.

Я тяжело вздохнул, всё понятно. Нужно хорошо скрывать наличие у меня резерва, который я сейчас забрал у Элькина.

— Вы ловили преступников, задели людей Кувалды и он разозлился. А когда род и без того ослаб, он добил остатки и захотел себе наработки.

Я замолчал, мужчина кивнул и ожидал моего решения. Вроде не лжёт, Сирин также была с этим согласна. Хм, забрать его к себе или нет? Люди-то мне не помешают, а этот сам пришёл в руки. Однако вопрос доверия стоит остро, а я сейчас дико занят, надо ещё проверить его историю.

— Какой у тебя дар?

Он слегка замялся. Вопрос неприличный, но не для такой ситуации. Однако причина оказалась иной.

— Путы из тьмы. Как верёвки, разъедающие всё, чего касаются.

Я вскинул брови.

— Как у Воронцова? Который был литым повелителем?

— Я не знаю, связана ли кровная линия моего рода с императором. Мой дар действительно схож с его, что часто вызывает эти предположения. Некоторые его потомки имеют отдельные проявления, так и у нас в наследовании преобладали дары тёмного типа. Но это может быть совпадением.

Точно, один из его детей проявлял признаки наследования одной из граней литого дара. Видимо, процент у потомков низкий, но достаточный для узнавания. И штука весьма полезная, хоть и специфичная.

— Что хочешь делать?

— Боюсь, это не мне решать, — он снова замялся.

— Отчего же? У тебя два варианта — прямо сейчас можешь уйти куда хочешь. Я даже из чистого альтруизма дам тебе денег. Но учитывая, сколько людей Кувалды сегодня полегло, тебе лучше переселиться в глушь подальше от Москвы. Второй вариант — можешь принести мне пожизненную вассальную клятву и служить роду. Не могу гарантировать тебе, что не умрёшь, у нас тоже положение непростое, но я постараюсь этого не допустить. Всё остальное у тебя будет. Но сначала я, разумеется, перепроверю тебя. Можешь подумать. Ключ не нашёл, потому вот, будет немного больно.

Я взялся обеими руками за кандалы и выдал точечные мощные импульсы энергии, сломав артефакты ударами снаружи. К чести Николая, он лишь немного дёрнулся, несмотря на полученный ожог.

Отошёл и расслабился, любуясь засвеченным городскими огнями небом