Мечников. Том 12. Щит мира - Игорь Алмазов

— Погоди-погоди, — оторопел Ярослав. — Ты сейчас шутишь? Мы собираемся вводить инфекцию здоровым людям, чтобы… Для чего⁈ Это же прямая противоположность лекарскому делу!

Типичное заблуждение. Не удивлён, что Ярослав пока что не понял сути. В двадцать первом веке было полно людей, которые не понимали смысла вакцин и активно боролись с ними. Правда, в моём времени было полно некачественных вакцин, но это уже вопрос другой. Сама концепция такого способа борьбы против инфекций работает идеально.

— Ты упустил главное слово, — отметил я. — Мы будем вводить ослабленные микроорганизмы. Либо же их убитые формы. Или даже частички этих вирусов и бактерий. Всё зависит от того, с какой инфекцией мы имеем дело. Послушай, смысл тут следующий… Вакцину вводят здоровому человеку, чтобы его иммунитет научился самостоятельно бороться с введённой ему инфекцией. Например, ты уже слышал про туберкулёз. Помнишь об этой инфекции?

— Конечно, — кивнул Ярослав.

— А теперь представь: мы вводим человеку вакцину от этого заболевания ещё в детстве, и вероятность того, что он заразится этой инфекцией, стремится к нулю, — пояснил я.

— Так… Кажется, я понял, о чём ты говоришь! Это как тренировка, верно? Фехтование. К примеру, если наш брат Кирилл с детства тренируется фехтовать, то в реальном бою он, скорее всего, победит.

— Отличный пример, — согласился я. — Да, так и есть. Только вводить вакцину годами не нужно. С некоторыми инфекциями достаточно одного введения. С остальными же придётся обновлять иммунитет регулярно. Делать прививку, то есть — вводить вакцину — раз в год.

— Я всё понял. Если это действительно будет работать — ты прав. Это — настоящий прорыв! — воодушевился Ярослав.

— Подожди ещё, — рассмеялся я. — Мы ещё не поговорили про сыворотки. Эти препараты тоже очень важны. И их до сих пор никто не производит.

— А это что? Аналог вакцин?

— Нет. Совсем нет. Хотя их будут часто путать, — ответил я.

В моём мире люди очень часто путали эти два понятия. Хотя между ними есть одно фундаментальное различие.

— Вакцину вводят здоровому человеку, чтобы не болел. А сыворотку — больному человеку, чтобы выздоровел, — пояснил я.

— То есть сыворотка — это тот же антибиотик? — нахмурился Ярослав.

— Намного лучше. Но использовать сыворотку налево и направо нельзя. Только для особо опасных инфекций, — продолжил свой рассказ я. — Смотри, мы только что обсудили, что вакцина состоит из ослабленных микроорганизмов. Сыворотка же, наоборот, состоит из продуктов иммунитета. Сейчас опишу тебе очень банальный пример. Представь, что в мой организм попал один конкретный вирус. Я им переболел, затем извлёк из своей крови те части иммунитета, которые образовались, чтобы бороться с этим вирусом. Вот это — сыворотка. И если ты тоже заболеешь, то я могу ввести тебе эту сыворотку, и ты выздоровеешь гораздо быстрее.

— Похоже, даже император не понимает, какой процесс он запустил… — ошарашенно пролепетал Ярослав. — Алексей, если мы действительно сможем это сделать, я вообще не могу представить, как изменится мир.

В этом Ярослав был прав. Но наш проект «Щит мира» я планировал расширить. Если уж мы хотим укрепить здоровье людей — одной работы с иммунитетом недостаточно. Хронические заболевания тоже нужно брать под контроль. Создавать систему диспансеризации, выявлять болеющих, брать их на учёт, следить за динамикой заболеваний.

Нечто похожее я уже создавал на уровне Хопёрска. Пора расширить эту систему на всю Империю!

Мы проболтали с Ярославом ещё несколько часов и разошлись уже ближе к вечеру, когда начало темнеть. Спать мне не хотелось, поэтому я решил заскочить домой, чтобы проведать Доброхота, а уже после этого пойти в орден лекарей и начать разбираться в том бардаке, который устроил Дмитрий Лазарев вместе со своей шайкой.

Доброхот и его команда полностью восстановили повреждённый дом. Сам домовой уже ждал меня в квартире. Довольный, как накормленный кот.

— Мы справились, Алексей, — произнёс он, когда я вошёл в квартиру. — И всё благодаря тебе. Как только Лихой исчез, мы сразу же взяли штурмом подвал, освободили всех домовых, которых он держал в своей темнице. И теперь… Теперь я владею этим зданием.

— Поздравляю тебя, друг, — улыбнулся я. — Ты это заслужил. Я помню, как ты старался, чтобы достичь этого статуса.

— И всё равно без тебя бы ничего не вышло, — помотал головой Доброхот. — Остальные домовые, кстати, тоже хотели тебя поблагодарить, но я их прогнал. Подумал, что ты не захочешь увидеть армию духов у себя в квартире.

— Спасибо, — рассмеялся я. — Можешь быть спокоен, Лихой больше до вас не дотянется. Но… Есть одна проблема. Вернее — вопрос. Через несколько дней у меня будет свадьба. Сразу после этого я перееду в другой дом. Хотел узнать, не хочешь ли ты, Доброхот, стать хозяином в новом жилище? Понимаю, что у тебя наконец-то появилась огромная власть в руках. Но всё же предложить я обязан. Если не согласишься — обижаться не стану. Даю слово.

— Да ты сбрендил, что ли, хозяин? — усмехнулся Доброхот и тут же вскочил со стула. — Я здесь ни на день не задержусь. Отдам власть другим домовым. Война, которую я начал, была делом принципа. Я обязательно перееду в твой новый дом. Более того, у меня есть для тебя подарок. Уверен, ты его оценишь.

Доброхот протянул мне небольшой свёрток. И как только я его развернул, по моему телу пробежала волна мурашек. Не ожидал я, что домовой передаст мне нечто подобное.

А ведь это — именно то, что пригодится мне на предстоящей свадьбе!

Глава 8

Свадебные церемонии в этом мире во многом отличаются от того, как это происходило там, откуда я пришёл. У каждой губернии свои традиции — в зависимости от того, какому богу поклоняются в этих местах.

К примеру, в Санкт-Петербурге главенствующим является Морской бог. И свадьбы, насколько мне известно, принято проводить у воды. Либо на берегу, либо на судне. Дворяне чаще всего склонялись именно ко второму варианту. Снимали целый пароход, на котором и происходило празднество.

Слышал, что существует поверье касаемо погоды, которая сопровождает этот праздник. Если море спокойное, значит, Морской бог