Развод в 50. Начать сначала - Александра Багирова

— Чего? Ты совсем, Лех? — Шилов орет так, что даже мне слышно. — Ты меня знаешь. Такая муть не в моих правилах. Что за пацаны?

— Какие пацаны? А ты как бы не в курсе? Документов у них с собой не было. Но я позже тебе скину инфу. Мне пришлось вмешаться и немного их потрепать.

— Про меня не надо… если что… — Федор хрипит, и пальцем по горлу проводит.

Дальше Шилов тон сбавляет и мне снова не слышно.

— Распоряжений не давал? Серьезно? А они с пеной у рта доказывают, что на тебя работают. И девушка также утверждает.

— Какая еще девка? Лех, это маразм. Как ее зовут? — снова доносится голос Шилова. — Ты меня кретином отбитым считаешь?

Мне кажется эмоции Шилова даже до меня через расстояние долетают.

Алексей телефон прикрывает.

— Светочка, фамилия у вас какая?

Мешкаю. Не хотела я вот так говорить. Алексей ведь не представился. Но с Шиловым же надо все выяснить.

— Киреева…

Алексей резко голову в мою сторону поворачивает. Потом снова на дорогу смотрит. Но в окно заднего вида, продолжает на меня поглядывать. Слишком темно, чтобы разобрать, что там кроется за его взглядом.

— Да, Вить, Светлана Киреева.

На том конце до меня свист доносится.

— Не пострадала она, если физически. А морально? Она в машине с мешком на голове ехала. Ее похитили, — в голосе Алексея злость.

Потом он долго слушает Шилова.

— Понял. Окей. Ты пробей со своей стороны. Я со своей. Но что-то дело тухлятиной пахнет.

Мужчина еще немного слушает собеседника и прощается с ним.

— Не думаю, что это Шилов. Слишком много несостыковок.

— А как же люди его? — смотрю на Федю, который начинает стонать громче.

— Тут пробивать надо. Федь, ты сам с Шиловым встречался? Часто вот на такие поручение ездишь? — интересуется у избитого парня.

— Нет. Меня взял его человек на работу. Игнат Панфилов. Я просто водитель был. Привезти, отвезти груз. Людей Шилова возил. Потому, когда вызвали я ничего такого и не подумал.

— Ясно, — Алексей пальцами по рулю барабанит, — А я значит, спас Светлану Кирееву, супругу Тимура, — снова непонятный взгляд на меня, через зеркало заднего вида.

— Вот нечестно, Алексей. Вы мою фамилию выпытали. А я вашу нет. И вы оказывается, Тимура знаете. Не пора ли пролить свет? — поддаюсь вперед.

Не дает мне покоя его личность. Машину у него видавшая виды, одежда простая, но он слишком хорошо осведомлен. Я же ученый, мне надо докопаться, изучить, проанализировать. Интерес зажигается и так просто его не унять.

Как назло, именно в этот момент у него телефон звонит.

— Да, Тихон. Понял. Да. Туда вези. Шилов уверяет, что не при делах.

Дальше он говорит односложными фразами. Суть не уловить.

Заканчивает разговор.

— Светлана, что же вас муж не уберег-то?

— Не думаю, что мне стоит дальше откровенничать с человеком, про которого я ничего не знаю, — вздергиваю подбородок.

— О как, — смеется.

И смех у него добрый такой, располагающий.

— Я вам благодарна за помощь, но в сложившихся обстоятельствах, я обязана быть максимально осторожной, — добавляю, глядя на него через зеркало.

— А вот мы почти приехали. Сейчас, Федь, тебя подлатают, — Алексей сворачивает с дороги.

Мы еще не пересекли черту города. И сейчас едем по ухабистой дороге, с двух сторон окруженной лесом.

— Куда мы едем? — спрашиваю спокойно. Едва заметную тревогу удается спрятать.

— К врачу. Федю же светить нельзя.

— Вы ходите сказать, тут в лесу больница? — выгибаю бровь.

— Нет, конечно, — голос веселей становится. — Сейчас все увидите.

И действительно через пять минут я вижу довольно большой домик, огражденный маленьким забором. И около калитки мужчина стоит, машет рукой.

Алексей въезжает на территорию, останавливает машину.

— Выходите, Светлана, а я нашему раненому помогу.

Не успеваю открыть двери, как Алексей оббегает машину и руку мне подает.

— Знакомьтесь, мой товарищ Иван. Светило медицины. А это моя спутница Светлана, и травмированный Федор.

— Скажешь, Леш, — мужчина внимательно меня рассматривает. — Когда это было. Кто там у вас, — заглядывает внутрь салона.

Вдвоем мужчины вытаскиваю Федора и в дом его отводят. Я следую за ними.

Минуем скромную гостиную. Проходим коридор, и заводим Федю в просторную, но практически пустую комнату.

Кладем на кровать.

— Можете в доме подождать, — говорит Иван. — Я сейчас руки помою, и подлатаю пострадавшего.

— Вам помочь? — смотрю на Федю, который настолько перепуган, что даже через окровавленное лицо видно, как он позеленел.

— Вы врач? Медсестра?

— Она ученый-фармацевт, — отвечает за меня Алексей.

И тут же получает мой недоуменный взгляд.

— О, тогда другое дело. Если понадобится помощь, я вас позову. Но вроде бы сам справлюсь, — Иван проходит в смежную комнату.

Пока нет Ивана, я успокаиваю Федю, что ему ничего тут не грозит.

Когда же врач возвращается, строго смотрю на Алексея:

— А мы подождем в гостиной. Нам надо поговорить.

— Какой взгляд, — качает головой. — Разве я могу сопротивляться! — поднимает руки вверх.

Глава 25

Тимур

— Ты хоть знаешь на кого наезжаешь? Кто ее отец? Кто я? — Тимур ненавидит, когда ему ставят условия.

Он уже давно не тот пацан, который выгрызал зумами свое место под солнцем.

И кто вообще этот гнида? Тимур никогда не слышал название конторы, которая в документах указана.

А Арина чем думала, как можно было подписывать такое? Тут же лажа в каждой букве видна невооруженным глазом!

— Тима, не надо про папу! Он меня убьет, — жалобно скулит будущая жена.

— Видишь, мы и тут на уступки пошли. Бережем жизнь клиента, к тебе пришли, — этот гнида откровенно издевается, находясь в его доме!

Неслыханная наглость.

Но и лезть на рожон, когда в доме куча бандюков, еще и Петя в опасности тоже не лучший вариант.

— Я позвоню, — достает телефон. Косится на мужика.

Тот никак не реагирует.

Тимур набирает номер сына. Гудки!

Да чтоб его! В такой момент! Пишет сообщение:

«Перезвони мне срочно!».

Снова набирает.

Потом Марину.

Нет ответа.

Как можно не выходить на связь, когда проблемы обложили со всех сторон?!

— Тима! — Арина подходит к нему, заглядывает в глаза, губу закусывает, дрожит. — Помоги, прошу… я совершила ошибку. Но папа… если он узнает, нам всем плохо будет. Он тебе обвинит, что ты не досмотрел. Тима, я так тебя люблю, не позволяй этому инциденту помешать нашему счастью. Они же… они могут что-то сделать с Петенькой…

Ее речи прерываются громким сморканием. Мужик вытирает нос платком.

— Какие речи, я прослезился.

— Тебе эти выходки просто так с рук не сойдут, — рычит