Петр I. Материалы для биографии. Том 2, 1697–1699 - Михаил Михайлович Богословский

и отсюда этот вопрос мог заинтересовать смышленого и деловитого дворецкого и побудить его выступить с пришедшим ему в голову проектом введения гербовой бумаги, хотя бы в той странной форме подметного письма, в которой он это сделал, но которая тогда, надо сказать, весьма нередко служила для публицистических выступлений. Может быть, этот проект подсказан был ему каким-либо наблюдением, сделанным за границей. Гербовая бумага, изобретенная в Голландии в 20-х годах XVII в., стала затем вводиться в разных европейских государствах. Проект Курбатова как нельзя более удачно совпал с тогдашними настроениями и исканиями царя, отвечая как раз на занимавший Петра вопрос. Это видно из тех милостей, которые были оказаны Курбатову за его проект. Он был пожалован из дворецких Шереметева прямо в дьяки, в Оружейную палату, и из этого пожалования видно, какое высокое положение Курбатов занимал, будучи дворецким. Само собой разумеется, что этим самым назначением на государственную службу он без всяких особых формальностей из холопов был сделан свободным человеком. Мало того, он был пожалован и значительным имуществом: ему был дан двор в Москве с каменным строением, принадлежавший разрядному дьяку Степану Ступину и отписанный у этого последнего на государя, а равным образом и его деревни. Таким образом, Алексей Александрович Курбатов стал не только крупным чиновником, дьяком Оружейной палаты, но также и московским домовладельцем и помещиком в деревне, владельцем крепостных душ. Как автор проекта о казенной прибыли он стал «прибыльщиком»; с него начали называть так составителей направленных к умножению государственных доходов финансовых проектов. Он был первым из таких прибыльщиков[1037].

Проект его был принят и лег в основу указа о гербовой бумаге, изданного на четвертый день после подметного письма, 23 января 1699 г., в тот самый день, когда начат был январский стрелецкий розыск. В указе ясно определялась главная цель введения гербовой бумаги; царь приказывал завести ее «для пополнения своей, великого государя, казны». Указывалась, правда, рядом с этим назначением и другая цель: «чтоб впредь во всяких крепостных делех между всяких чинов людей споров, а от ябедников и составщиков воровских никаких составов и продаж и волокит никому не было», но споры могли, конечно, возникать и по актам, написанным на гербовой бумаге, как равным образом могли совершаться и подделки таких актов; эти соображения нельзя, следовательно, признать существенными, и вполне ясно, что единственной целью введения «орленой» бумаги был доход казны. Бумага была только формой нового казенного налога. Указом предписывалось во всех приказах в Москве и во всех провинциальных приказных избах держать бумагу под гербом Московского государства и на такой бумаге писать: а) акты всякого рода частных сделок: на имущество, на крепостных людей, заемные обязательства и вообще всякого рода договоры между частными лицами, б) челобитные и разного рода сказки (заявления с показаниями), подаваемые частными лицами в государственные учреждения, в) всякого рода выписи, выдаваемые частным лицам из казенных учреждений по частным (челобитчиковым) делам. Бумага устанавливалась трех разборов: под большим орлом ценой в 10 копеек для актов на сделки от 50 рублей и выше; под орлом величиной в золотой, ценой в 1 копейку для актов на сделки менее чем на 50 рублей и для мировых челобитных, т. е. для челобитных, подававшихся сторонами об окончании судебных тяжб примирением, и, наконец, под орлом величиной в полузолотой, ценой в ½ копейки для всех прочих челобитных и сказок частных лиц, подаваемых в казенные учреждения, и для выписей, выдаваемых из казенных учреждений частным лицам.

Все дело изготовления гербовой бумаги и рассылки ее по присутственным местам было поручено Оружейной палате, во главе которой стоял боярин Ф. А. Головин и куда дьяком был назначен изобретатель бумаги Курбатов. Ввести этот налог предписывалось с 1 марта 1699 г., и все частные сделки, написанные после этого срока на простой бумаге, считать недействительными, а с лиц, их заключивших, взыскивать гербовую пошлину в двойном размере[1038].

Указ вошел в жизнь, и сделки и челобитные в присутственные места стали писаться на «орленой» бумаге. Встречаем даже, например, доношения вновь заведенных тогда бургомистров, подававшиеся в Разрядный приказ, писанные не на простой, а на гербовой бумаге. Орел печатался тогда в верхнем углу на левой стороне на каждом листе в прежнем значении этого слова, т. е. на каждом полулисте по-нашему, на лицевой стороне. Цены бумаги, установленные указом 23 января 1699 г., просуществовали до 1702 г., когда они были значительно повышены. Тогда установлены были разборы в 2 р., 1 р. 40 к., 4 к., 2 к., и эти цены продержались до начала царствования Екатерины II, до 1763 г.

XXXIV. Реформа посадского управления 30 января 1699 г. Обзор литературы

Обратимся теперь к другому, более крупному январскому законодательному акту, к реформе городского самоуправления. Эта реформа до сих пор остается еще недостаточно изученной, хотя и давно стала на очередь в нашей исторической литературе. Страницы, ей посвященные, мы найдем в вышедшей в 1850 г. книге Плошинского «Городское или среднее состояние русского народа в его историческом развитии от начала Руси до новейших времен», где на с. 161–167 под заглавием «Учреждение внутреннего городового управления» дается сжатое, систематическое, очень сухое и конспективное изложение законодательного материала, напечатанного в Полном собрании законов; издание Полного собрания законов и дало толчок к изучению подобного рода историко-юридических вопросов. Это конспективное изложение лишено какой-либо оценки значения реформы. Очерк реформы по тому же законодательному материалу Полного собрания, но с указанием фискального значения реформы, того казенного интереса, во имя которого она предпринималась, дан был в вышедшей в 1868 г. книге Пригары «Опыт истории состояния городских обывателей в восточной России. Часть I. Происхождение состояния городских обывателей в России и организация его при Петре Великом»[1039]. Обе эти книги совершенно устарели с появлением в 1875 г. труда Дитятина «Устройство и управление городов России. Т. I. Введение. Города России в XVIII столетии». Дитятин отчетливо выяснил целый ряд вопросов, касавшихся городской реформы 1699 г. Прежде всего, он верно понял и указал характер русского города XVI–XVII вв. как чисто внешнего соединения взаимно чуждых единиц: гoрода собственно как крепости, затем посада, населенного торгово-промышленными людьми, и отдельных слобод, населенных иногда элементами, обособленными от торгово-промышленного населения посада, например служилыми людьми, ямщиками, казенными ремесленниками и т. д. Все эти отдельные части города не были слиты в единую городскую общину. В соответствии с таким характером города Дитятин указал на значение реформы как нового устройства управления только одной части городского населения — посада, торгово-промышленной. Остальных жителей города, не занятых торгами и промыслами, реформа не касалась. Дитятин установил далее связь городской