Избранное - Кира Алиевна Измайлова

— Кто вы, черт побери?! — выдавил тот, сглотнув и попытавшись шевельнуться. Удавка ощутимо впивалась ему в шею.

— Сильно вы его приложили, — сказал Снейп, обращаясь к Марине Николаевне, — если уж он меня не узнает.

— Тебя я где угодно узнаю… — фыркнул Блэк.

— Мое имя Долорес Амбридж, я Генеральный инспектор Хогвартса и преподаватель защиты от Темных искусств, — негромко произнесла Марина Николаевна. — А вы — Сириус Блэк, беглый преступник, приговоренный к поцелую дементора, не так ли? Не дергайтесь, дементоров тут нет. И не будет до тех пор, пока вы станете правдиво отвечать на мои вопросы.

Вместо ответа Блэк грязно выругался.

— Слушайте, Амбридж, — сказал Снейп, — я достаточно хорошо знаю этого типа. Вы можете его пытать, но он все равно ничего не скажет. Или скажет, но это будет слишком долго, грязно и шумно…

— Вы хотите сказать, что у вас есть веритасерум? — поняла она.

— Конечно, как не быть!

— Так чего же мы медлим? — довольно улыбнулась Марина Николаевна.

— Нет… нет, Снейп, ты не посмеешь! — взвыл Блэк, когда тот подошел к нему с небольшим флаконом. — Ты же… ты… предатель! Я всегда твердил — тебе нельзя верить, что бы там Дамблдор ни говорил! Я не буду… я не стану пить!..

Марина Николаевна без лишних разговоров взяла его за длинные волосы, вынудив запрокинуть голову, а свободной рукой зажала ему нос. Блэк продержался полторы минуты, после чего все-таки вынужден был вдохнуть ртом, и тут-то Снейп и влил ему сыворотку правды (трех капель было достаточно), а потом придержал подбородок, не давая выплюнуть зелье.

— Где вы такому научились? — светски осведомился он у Марины Николаевны, вытерев руку об одежду Блэка.

— Когда-то у нас была собака, и лекарство ей можно было дать только таким способом, — пояснила она. — А вы ведь сами сказали, что анимагическая форма Блэка — пёс. Ну что, приступим? Снейп?

— Амбридж, — быстро сказал он, — позвольте, вопросы буду задавать я. Иначе… иначе последствия могут быть непредсказуемыми. Для всех. Я…

— Он знает что-то такое, что знаете и вы тоже, но о чем посторонним слышать не полагается? — попыталась сформулировать Марина Николаевна. — Сперва подумать, а потом поить его зельем вы не могли? А антидота не существует?

— Нет, теперь только ждать, пока закончится действие… — Снейп отошел в сторону и взялся за край стола. Видно было, что он мучится раздумьями. — Ладно. Спрашивайте вы. Вас же интересует Поттер? Вот о нём.

— Может, лучше все-таки подождем, а потом займемся обычными пытками?

— Долго ждать придется…

На лице Блэка не было никакого выражения, глаза смотрели в одну точку.

Марина Николаевна придвинула стул, чтобы сесть напротив пленника и тихо спросила:

— Вы меня слышите?

— Да, — был ответ.

— Скажите, зачем вы сегодня связались с Гарри Поттером через каминную сеть?

— Гарри написал, что у него снова болит шрам, — монотонно заговорил Блэк, — как прошлым летом, когда возрождался Волдеморт… Он чувствует его присутствие, его настроение, а иногда даже может узнать мысли или увидеть его глазами. Так было с самого первого курса…

Марина Николаевна заметила, как Снейп непроизвольно взялся за левое предплечье.

— Что вы посоветовали Гарри Поттеру?

— Немедленно рассказать об этом Дамблдору.

— И что он ответил?

— Что у директора достаточно важных дел, и он не собирается докучать ему такой ерундой. Возможно, ему просто показалось. И что я не должен так рисковать, меня уже заметили в Лондоне, наверно, на вокзале, когда я провожал Гарри… И что я подведу Орден, если стану так себя вести.

— Какой Орден? — насторожилась Марина Николаевна.

— Орден Феникса.

— Что это такое?

Блэк пустился рассказывать, а она взглянула на Снейпа и увидела на его лице странное выражение — страх и обреченность смешивались с непонятным облегчением.

— Об этом не стоило спрашивать? — осторожно поинтересовалась она, стараясь одновременно не упустить ни слова из сказанного Блэком.

— Поздно, вы уже спросили. А я, как обычно, собственными руками дал врагу оружие против себя самого…

— Почему врагу?

— …и пускай Дамблдор твердит, что верит Снейпу, как самому себе, я ему все равно не доверяю, недобитку волдемортовскому, — монотонно говорил Блэк, перечисляя членов Ордена Феникса.

— Вы же работаете на Фаджа.

— Вы сами сказали, что я как-то очень странно работаю на Фаджа, — напомнила Марина Николаевна. — И эти детали вашей биографии мне известны. А Орден…

— Вот-вот.

— Хотите сказать, министр боится, что Дамблдор соберет армию у него под носом, а она уже наготове? Так? — она широко улыбнулась. — И кто же состоит в этой армии? Несколько авроров и сотрудников Министерства, причем тех, кто шагу шагнуть не могут, чтобы не полететь с должностей, плюс отставник Грюм — раз. Многодетное семейство Уизли — два. Беглый преступник Блэк — три. Оборотень Люпин — четыре. Бывший Пожиратель смерти — пять. Какие-то вовсе уж сомнительные люди — шесть. Вы серьезно? Да от одного списка каменная горгулья ухохочется!

— В этом нет ничего смешного, Амбридж, — негромко произнес Снейп.

— А по-моему, это именно что курам на смех! Жареным, вроде этого феникса, — сказала она. — Детский сад какой-то, а не организация. Ну хорошо, МакГонаггал и вы — это серьезная боевая сила. Но остальные… Вы сами-то вдумайтесь: Артур Уизли служит в Министерстве, один неосторожный шаг и… Дети его в школе, четверо, Снейп! Много ли нужно, чтобы надавить на родителей? Одного бы хватило!

— Я не понимаю, что вы хотите сказать, Амбридж.

— Я хочу сказать, что… — Марина Николаевна осеклась. — Слушайте, мне кажется, или Блэк приходит в себя?

— Начинает.

— А вы можете подправить ему память? Так, чтобы ему казалось, что он все-таки вырвался и очнулся у себя дома?

— Без проблем, если вы мне палочку вернете, — ответил Снейп.

— Верну, если вы пообещаете не направлять ее на меня, — серьезно сказала Марина Николаевна. — Не надо пороть горячку, сперва выпроводим Блэка и поговорим спокойно.

— Вы намерены его отпустить?

— Ох… — она взялась за голову. — Ну не дементорам же отдавать! А достучаться до Фаджа я не возьмусь, я же сказала, его любимая позиция — страусиная, а девиз: нет человека — нет проблемы!

— Я думаю, — серьезно сказал Снейп, — огневиски нам сейчас точно не повредит.

— Да, пожалуй, — согласилась Марина Николаевна, выпила залпом и лихо занюхала рукавом мантии. — Ух… Хорошо пошло!

Блэк дернулся в своих путах, и она поспешила усыпить его, пока не наделал шума, а потом спросила:

— Снейп, правильно я понимаю, что Гарри Поттер — тот, кому суждено уничтожить сами-знаете-кого?

— Да.

— И дело тут в каком-то пророчестве?

— Да.

— И Волдеморт сейчас старается добыть это пророчество, чтобы убедиться наверняка — Поттер и есть