Скованные/Manacled - Сен Лин Ю

— Мне... мне так жаль, Драко.

Гермиона убрала ладонь с его рубашки и попробовала подняться с пола. В комнате не хватало воздуха. Она пыталась восстановить дыхание, но ей отчаянно не хватало кислорода.

Она чувствовала, что скоро потеряет сознание.

— Так скажи мне, Грейнджер, что случится с тобой после всего этого? После того, как ты выберешь Орден... — голос Драко заставил ее остановиться.

Она повернулась обратно к нему и озадаченно моргнула:

— Что случится со мной?

— Да. — Он обхватил ее подбородок пальцами и слегка откинул ее голову назад, так что Гермиона теперь смотрела прямо в его холодные серые глаза. Драко изучал ее лицо, прищурив взгляд. — Что будет с тобой?

— Если ты... умрешь?

Он ответил коротким кивком.

Гермиона никогда даже не задумывалась об этом. Все ее мысли крутились вокруг того, как сделать так, чтобы Драко остался в живых. Она даже не думала о том, что будет делать, если у неё ничего не выйдет.

— Я не знаю, — ответила девушка, рассмеявшись. Казалось, она была на грани истерики. Гермиона высвободила свой подбородок из его пальцев. — Меня уже почти заменили в лазарете, — добавила она, пожав плечами. — Быть может, меня просто предложат следующему Пожирателю, который решит стать шпионом Ордена.

— Прекрати шутить. Я хочу услышать серьёзный ответ.

В его голосе слышалась едва сдерживаемая ярость.

Гермиона встретилась с ним взглядом и усмехнулась.

— Я пообещала, что буду принадлежать тебе, Драко. Сейчас и после войны. Я поклялась в этом. Я не строила других планов на свое будущее.

Выражение его лица на мгновенье дрогнуло, а затем его черты снова ожесточились.

— Я думал, ты не хочешь умирать. Уверен, есть что-то стоящее, ради чего ты ждёшь окончания войны.

Она горько улыбнулась.

— У меня... ничего не осталось, Драко. Мне нечего ждать.

Драко молчал. Она сжала губы и приготовилась встать с пола. Ей хотелось уйти. Комната начинала расплываться все сильнее.

— Я дам Непреложный обет, — вдруг сказал он. — Я выполню любое чертово обещание, которое заставит меня дать Грюм. Это будет считаться достаточным доказательством твоего контроля надо мной?

Гермиона резко перевела на него взгляд. Его лицо оставалось холодным, но в глазах горел огонь.

— Ты действительно сделаешь это? — неверяще спросила она.

Он выглядел уставшим, но в нем словно все ещё горел какой-то внутренний огонь, не дававший ему угаснуть окончательно.

— Передай мои слова Грюму. Думаю, он все ещё не будет против того, чтобы стать связующим для клятвы.

Гермиона медленно кивнула, не отводя от него ошеломленного взгляда. Драко вздохнул и потянулся рукой к ее шее, погладив пальцами ее кожу.

Гермиона почувствовала, как у неё сбилось дыхание.

— Зачем тебе это? — спросила она, внимательно всматриваясь в его лицо.

Он усмехнулся и опустил руку.

— Я вдруг понял, что не принял во внимание все обстоятельства. Мне не приходило в голову, что после встреч со мной ты можешь стать настолько... востребованной.

Он отвёл взгляд.

В некоторых отношениях Малфои ближе к тому, чтобы быть драконами, чем волшебниками. Они не делятся своим. Они одержимы тем, что считают своим.

Ей вдруг захотелось рассмеяться. Гермиона с усилием сглотнула.

— Ладно, тогда я... — она чувствовала, что ей нужно сказать ещё что-нибудь. — Я... я поговорю с Грюмом.

Драко молча кивнул.

Он не сказал ни слова, когда она встала и подняла с пола свою сумку. Его рука слегка дернулась вперёд, когда Гермиона повернулась, собираясь уйти. Он так и не поднял на неё взгляда, даже когда она ступила за порог дома. Гермиона взглянула на него, прежде чем закрыть за собой дверь хижины: Драко сидел у стены, уставившись невидящим взглядом в пол, его лицо выглядело смертельно бледным.

Гермиона несколько минут провела на улице под дождем, пытаясь собраться с мыслями. Она сделала судорожный вдох. Казалось, она стояла у края пропасти и не знала, сорвётся ли с нее вниз.

Девушка сделала ещё один глубокий вдох и аппарировала в Паучий тупик. В окнах дома Северуса не горел свет. Гермиона опустилась на одну из ступенек крыльца.

К тому моменту, как дверь позади неё открылась, она успела насквозь промокнуть.

Северус смотрел на неё сверху вниз. Выражение его лица было холодным. Гермиона сильнее сжалась под его взглядом.

— Есть ли какая-то особая причина, объясняющая, почему вы пытаетесь подхватить воспаление легких, сидя на крыльце моего дома?

Гермиона встала и посмотрела на Северуса. Дождь стекал по ее лицу.

— Волшебники невосприимчивы к пневмонии.

Северус в ответ закатил глаза и распахнул дверь пошире.

— Полагаю, дело срочное. Учитывая, что вы пришли без приглашения.

Ступив на порог дома, Гермиона заклинанием высушила одежду и проследовала за Северусом в гостиную. Небрежным взмахом палочки он заставил загореться поленья в камине и, собрав разложенные на диване и креслах книги, принялся расставлять их обратно на полки.

Руки Гермионы болели от холода, и она протянула их к огню. Простояв так несколько секунд, девушка наконец сказала:

— Все это было ради Нарциссы. Она была причиной всех его поступков.

— Неужели? — услышала она сомневающийся голос Северуса где-то позади себя.

— Когда Драко приехал домой на летние каникулы после пятого курса, Том уже держал его мать в клетке. И он не выпускал ее, пока Драко не убил Дамблдора. Это правда, что она чуть не умерла, когда была беременна Драко?

Повисла пауза. Гермиона слышала глухой стук, с которым одна за другой книги опускались на переполненные полки.

— Правда, — наконец ответил Северус. — Это было в разгар первой войны. Люциус думал, что потеряет ее. Даже после рождения Драко он долгое время не был уверен, что Нарцисса оправится.

Гермиона слегка кивнула.

— По словам Драко, Люциус заставил его поклясться, что он будет всегда заботиться о матери. После окончания шестого курса он пытался отправить ее куда-нибудь, где она была бы в безопасности, но Нарцисса не собиралась уезжать без него. Кто-нибудь из Пожирателей Смерти погибал такой же странной смертью, как Гиббон, ещё до того, как в поместье Лестрейнджей случился пожар?

Шум позади неё резко прекратился.

— Теперь, когда вы упомянули об этом, я вспомнил, что было несколько случаев