Адмирал Ушаков. Письма, записки - Федор Федорович Ушаков

не допустили, а письмом в рассуждении военных ныне обстоятельств обеспокоить также не осмеливался и ныне с великим сожалением моим необходимость уже к тому понудила, дабы объяснясь несколько, получить отраду или определение решительностью судьбы. Милостивейший государь, но сие определение ко мне помощником господина Овцына меня беспокоит, я охотно желаю иметь у себя сходно с законами советника, но оный должен быть по выбору моему такой, который бы в случае мог заступить мое место и исправлять должность флагмана, в чем и все командующие были бы уверены. Что ж принадлежит до меня, я и без того имею на корабле доброго капитана, равно и с прочими командирами, сходно с законами обо всем могу советоваться и поступать по тому, что окажется полезно. А флаг-офицер определяется по выбору ж флагмана, способный, из молодых штаб- или обер-офицеров; я всякой доверенности от его превосходительства лишаюсь. Множество случаев и прискорбностей письмом моим объяснить не отваживаюсь, ибо нанесу тем великое затруднение.

Слышал я заочно, что ваша светлость соизволили некогда удостоить меня милостивым вашим письмом, но я оного не получил. Донесение мое рапортом о недостатках здесь при флоте потребностей, думаю, разными случаями также нанесет мне великий вред, но к защищению моему буду ожидать случая, милости и покровительства вашей светлости.

Федор Ушаков

ПИСЬМО Ф. Ф. УШАКОВА В. С. ПОПОВУ О НЕБЛАГОЖЕЛАТЕЛЬНОМ ОТНОШЕНИИ К НЕМУ М. И. ВОЙНОВИЧА

12 июля 1789 г.

Неблагоприязненные расположения ко мне его превосходительства Марка Ивановича понудили прошением моим прибегнуть к милости и покровительству его светлости; вам, милостивый государь, нельзя быть уже неизвестным о всегдашней великой моей терпеливости против оных, но вижу, что сие терпение мое меня не защитит и что без особой милости и покровительства его светлости, также если оных не удостоен буду и со стороны вашего превосходительства, могу иногда чрез малейшие какие-либо нечаянные случаи потерпеть важное несчастие. Я не нахожу случая во всех между нами обстоятельствах объясниться его светлости, сколько они в нынешнее военное время могут быть вредны, письмом же оных объяснить неможно, ибо нанес бы я оным великое затруднение. Многие наносимые мне терпения, служат иногда ко вреду общей пользы, чего я более жалею, нежели самого себя, таковыя расположения, хотя несколько закрыты видом благопристойности, но всем они довольно явствены, я здесь весьма притесненный командир, многое делается совсем несоответственно в должном. Например, бывшее ныне зимою исправление флота видом одним поручено было мне, но вместо того, во всем уполномочен корабельный мастер Катасанов, человек мнимой о себе надменности, неприлежный в должности, оказывающий себя больше великоречием, нежели сущим делом, который во все время отсутствия Марка Ивановича все свое внимание употребил на несоотвественные военному ныне времени большей частью затейные великолепности экипажей, мебелей и весьма долговременным строением из пильного камня собственного дому, которым и конца не видно. Сими и многими другими затеями отвлекает весьма надобных людей от должности, ибо все адмиралтейские и флотские мастеровые люди поручены в особое его распоряжение. Отчет в них и о прочем по упрямству своему и в надежде оказываемых к нему отличных милостей мне и конторе не дает, требует к тому несколько отменных писарей, каковых здесь найтить невозможно. Во все сие время видел я здесь чрез его великие неустройства, о которых объяснить здесь неприлично, и смело могу сказать, если бы не отменная моя прилежность и усердие в исправлении флота множеством излишних уже от флота служителей, то ему никогда б в свое время настоящим числом людей флота не исправить, а думаю, что пустыми замыслами некоторые корабли мог бы привесть и в несуществование, ежели бы я не предупредил отвращением оных. Я о некоторых неприличностях докладывал Марку Ивановичу, но видел противное тому мнение. Потому, оставляя все на волю, старался только исправить флот и приуготовить возможностями к походу, в котором и успел в свое время.

Флот весь выкилеван вовремя и исправлен безо всяких наемных людей, но всем оным не заслужил я никакого его графского сиятельства внимания. Услышав же я прошение его сиятельства флота господину капитану Пустошкину столовых денег, напомянул прошением моим, что мне по чину контр-адмирала порционных денег уже не следует, и чтоб исходатайствовал какую-либо обыкновенную флагманам милость. Но из ответу его, хотя он и учтив, получить чрез его старание не надеюсь, он соизволил только мне выхвалить заслуги и достоинство ко оным Павла Васильевича. Я весьма от истинного усердия оному рад, но также натурально не желаю оставлен быть при всегдашнем ревностном моем усердии жертвою какому-либо мщению, аттестат всегдашней прилежности моей к службе имею я в петлице орденом Святого Владимира, деньги меня не прельщают. Я при всех излишних моих здесь расходах, получая жалованье, проживу оным безбедно, но не желаю ж без всякой причины почтен быть недостойным и терять против прочих. Засим весьма многое на разные донесения мои его превосходительству вижу от него несоответствие, даже всякая рекомендация и просьба моя остается в пренебрежении со вредом тем, об ком я стараюсь. Ежели донесу о каких недостатках, тотчас вместо за ревность мою заслуживаемой благодарности, находит и пишет какое-нибудь неудовольствие и тем понуждает впредь к молчанию, но также опасаюсь я, что и оно случиться может после к моему же вреду. Простите мне, милостивый государь, великодушно, что я, не будучи еще коротко вам знаком, осмеливаюсь столь много наносить беспокойства. Истинно к сему понудила меня уже последняя крайность в том чаянии, что во время будущего его светлости отсель отдаления претерплю гораздо более и от несносной чувствительности найду себя в великом упадке здоровья, а может быть, и неспособным к службе, чего он весьма желает, но я, не объясня во всех подробностях и не получа на оныя решения, чувствуя милости его светлости, без позволения его службы моей оставить не могу, а особливо в военное и надобное ныне время. Предупреждая оное, покорнейше прошу вас, милостивый государь, не оставить меня в таком случае вашей милостью и исходатайствовать милость и покровительство его светлости…

Федор Ушаков

ПИСЬМО Ф. Ф. УШАКОВА Г. А. ПОТЕМКИНУ О ВЕРОЯТНЫХ НАМЕРЕНИЯХ