Я не прощу - Кира Шарм

Быть может… Конкретно в этой ситуации… Когда время не терпит, а я и правда не могу собраться из-за чувств и эмоций…. Он, может быть, и прав.

— Мое белье тебе не касается, Филатов.

— Не поверишь, Мила. Но и это тоже решать только мне.

Глава 9

— Присядь. И поговорим. Хотя нет. Постой.

Филатов отходит на шаг, придирчиво оценивая меня.

— Ты выглядишь неплохо. Я бы даже сказал, совсем другим человеком. Тебе идет.

— Твоя одежда?

Не могу сдержаться, чтобы не съязвить.

Ну, после его заявлений про одежду и белье, надо быть статуей на самом деле, чтобы промолчать!

— Не понял?

Бровь Руса взлетает вверх. И при этом он еще умудряется и нахмурится.

— Ну… Ты же сказал. Что это твое белье и твоя одежда, — я пожимаю плечами.

Хочется выдавить из себя язвительную усмешку, но губы будто одеревенели. Улыбаться у меня, видно, долго еще не получится. Даже язвительно.

— Твое белье осталось в сохранности, Рус. Но я видела несколько пакетов. Воздушное и кружевное такое…. Боюсь себе представить, как эта одежда и особенно белье на тебе смотрятся. Ну, раз они твои.

— А ты язва. Ничего, я смотрю, не изменилось.

Руслан задирает голову вверх и потирает подбородок, уже покрытый легкой щетиной.

Черт. Некстати вспоминаю, какой она бывает колючей. И как оставляет красные пятна на лице. У Руслана вообще щетина отрастает очень быстро. Ну вот зачем мне сейчас эти никому ненужные воспоминания?

Руслан же, вместо того, чтобы разозлиться, начинает просто смеяться. Весело. Заразительно. По-настоящему.

— Не совсем мой размер, если ты не заметила, Мила. Но давай перейдем наконец все-таки к делу.

Он становится серьезным так же быстро, как эта серьезность вдруг с него слетела.

— Садись. Кофе, пожалуй, уже остыл.

— Не страшно.

Я обхватываю обеими руками чашку с моего края длинного стола.

Даже зажмуриваюсь, вдыхая аромат. Кофе у Руслана хороший, надо отдать ему должное.

— Но думаю, вопрос с одеждой все же не закрыт, Руслан. Наверное, где-то есть и хозяйка этого шкафа. Со всем, что в нем находится. Я бы хотела узнать об этом побольше.

— А вот это, Мила, тебя сейчас совершенно не должно волновать. И вообще. Моя личная жизнь тебя не касается.

— Как скажешь.

Отпиваю небольшой глоток.

Впрочем, Руслан совершенно неправ сейчас, но спорить не время. Будет очень неприятно, если женщина, которая с ним живет, появится и застанет меня в своей одежде, и, что еще намного хуже, в своей постели!

Где-то я чувствую легкий укол ревности.

Кто она, та самая женщина, с которой Рус живет? Ну, раз у нее здесь даже своя спальня есть. И столько вещей!

А еще я думаю, как это нечестно. Мы не на равных. В моей-то личной жизни Руслан покопался до мелочей, учитывая то, что он даже всю переписку прочел в телефоне. Знает все, вплоть до самого грязного белья. А о нем я не знаю совсем ничего.

— Как я сказал, Людмила, Егора как-то очень много.

Филатов возвращается за стол.

Задумчиво смотрит на меня, поигрывая красивой коллекционной ручкой.

Зачем-то думаю о том, что таких было выпущено всего десять экземпляров. Одна из таких осталась на столе моего отца в корпорации. На том столе, за которым я привыкла сидеть. И за которым привыкла видеть Егора в последнее время.

— Он мой муж. Это естественно.

Передергиваю плечами.

Теперь взгляд Руслана буквально сканирует меня, и становится дико, до ужаса неприятно.

В машине, отвернувшись от него и глядя в сторону, рассказывать все было намного легче.

Сейчас же мурашки по коже от ситуации.

Филатов последний человек, которому я призналась бы в том, что мой брак не сложился. Или в том, что у меня в принципе какие-то трудности. С бизнесом или в жизни. И именно ему мне пришлось рассказать грязные подробности о том, как застала мужа с другой… Еще и с сестрой. Это ужасно на самом деле.

— Странно, почему он именно так себя повел. Если ты его застала, то почему он пытается тебя вернуть, мммммм?

— Откуда мне знать?

Снова передергиваю плечами.

На самом деле мне не хочется снова все это проговаривать, да еще и с ним. И вообще. Все, чего хочется, это просто расплакаться. И уползти в какую-нибудь норку. Но явно не получится. Увы. Придется вытерпеть еще и эту пытку.

— Я понятия не имею, что у него в голове. Я совсем его не знала, как оказалось.

Потираю виски.

Скорее, озвучиваю в этот момент свои мысли, а не отвечаю Филатову.

— Как я понял по сообщению твоей матери, твоя сестра беременна. От твоего мужа.

Каждое слово хлестко бьет по мне.

Ужасная правда, которая сейчас звучит до ужаса больно. Я была раздавлена, почти не в себе, когда прилетали все эти сообщения. Мне все еще казалось в моем воспаленном сознании, что это еще может оказаться бредом. Что я очнусь. Но сейчас реальность кошмара накатывает с предельной отрезвляющей ясностью.

— Все сложилось как нельзя лучше для него, ты не находишь? Если он или твоя сестра боялись тебя ранить. То тот факт, что ты их застала прямо выигрыш в лотерею, разве нет? Все открылось. Ты ушла. Можно спокойно делить наследство и вышвырнуть ненужную обузу. Вернее, и вышвыривать никого не пришлось даже. Сама ушла.

Я закусываю губу. Чувствую, как выступают капельки крови.

Обуза. Я. Я, значит, для всех, кто был мне дороги, попросту обуза! Как и для Руслана Филатова на самом деле.

— Ничего лично, Людмила. Не принимай к сердцу. Я просто озвучиваю факты. А они таковы, что ты единственная помеха между ними и деньгами твоего отца. Зачем им пытаться тебя вернуть, мммм? Как ты думаешь?

— Понятия не имею. Рус. Может, давай