Заблудившийся звездолёт. Семь дней чудес. - Анатолий Иванович Мошковский

Пока он это говорил, Жора, облачённый в ярко-жёлтый комбинезон, потягивался и разминался: хотелось поскорей выйти наружу; Алька, в ярко-красном комбинезоне, спешно доставал из чемодана чистый альбомчик и краски. И лишь Толя, кое-как натянув на себя самый неброский синий комбинезон, не суетился. Стараясь не показывать волнения, он готовился к встрече с планетой, с первой планетой на их пути… С самой первой! Какие неожиданности ждут их на ней? Какие разумные или неразумные существа обитают там? Удастся ли установить с ними контакт?

Толя прильнул глазом к окуляру.

— Почему они не отвечают? — спросила Леночка. — Давно пора бы отозваться…

— Вода ещё не научилась говорить! — ответил Толя, не отрывая глаза от окуляра. — Пока что вокруг одна вода… Кто хочет взглянуть?

— Я… Я… — откликнулись Леночка с Алькой. Звездолёт пошёл на снижение. Внизу уже очень чётко была видна безбрежная синева воды и остроносая, стремительно летевшая тень их звездолёта.

— Эх, был бы у нас Планетный справочник! — сказал Толя. — Знали бы, в чём дело, что ждёт нас на этой планете…

— Тише! — прервал его Алька. — Я слышу их голос… Передают…

Ребята притихли. Из вмонтированных в стены динамиков донёсся слабый голос:

— Не можем принять… Негде сесть… Мы в глубине океана…

— То есть как это? — спросил Алька.

— Разреши мне. — Толя коснулся Леночкиной руки, и она уступила ему место у окуляра.

И сказала:

— Ничего, ничего, кроме воды и каких-то рыб! Их там очень много, они с розовыми плавниками…

— Но откуда же голос? — спросил Алька.

— Я вижу купола! — весь дрожа, сказал Толя. — Гигантские, прозрачные купола под водой! Наверно, здесь вся цивилизация ушла под воду! Почему? Внезапно опустилась суша или разумные существа этой планеты никогда не знали твёрдой суши?

— Дайте мне… Я тоже хочу посмотреть! — Алька оттащил Толю за руку и увидел сверху, с их медленно летящего корабля, сквозь толщу голубоватых вод сферические, правильной формы купола и внутри них игру серебристых бликов, острые вспышки, частую пульсацию сильного света — и больше ничего…

— Летим дальше! — подал команду Колесников. — Здесь кружить бесполезно, вся планета покрыта водой…

— Ой, постой, Колесников, не улетай! — взмолилась Леночка. — Здесь так красиво! Три минуты покружись над планетой…

— А я хочу запомнить её цвет! Игру её куполов!

Их свеченье! — закричал Алька. — Сейчас я возьму краски и нарисую…

— Обязательно! — поддержал его Толя. — Это ж удивительно: всё ушло под воду… Облетим её во всех направлениях, чтобы лучше…

— А я считаю, на неё жаль тратить топливо! — Колесников резко перевёл рычаг скорости.

Звездолёт дёрнулся. Леночка стукнулась головой о телеэкран, Толя свалился на пол, Алька ударился плечом о стенку, а Жора покатился по коридору.

— Какой же ты! — крикнул Толя Колесникову. — На борту ведь люди!

— Ой, простите, ребята, не рассчитал! — ответил Колесников. — Держитесь покрепче, когда я у штурвала! И не горюйте: далась вам эта мокрая планета!

— Лен, тебе не больно? — спросил Толя.

— Подойди ко мне, — сказал ей Колесников. Леночка подошла. — Где болит? — Леночка показала. Он сунул руку куда-то вниз, под пульт управления, и достал какую-то коробочку. — Сейчас всё пройдёт…

— Не может быть! — сказала Леночка.

— Всё может быть. — Колесников набрал на кончик пальца мази из коробочки и помазал ушибленное место. — Нет ничего невозможного на моём звездолёте.

— Ой, уже прошло! Не болит! — ахнула Леночка. — Ай да мазь!

— На Земле сделана, — буркнул Жора.

— С этого дня, — сказал Колесников, — ты будешь заведовать всеми мазями, пилюлями и порошками… Всей аптечкой звездолёта… Короче говоря, будешь врачом, главврачом нашего корабля! Согласна?

— Что ж мне ещё остаётся делать? — ответила Леночка. — Хоть пилюлями заведовать буду на корабле. Надо же мне чем-то заниматься в космосе…

Все разбрелись по отсекам.

Глава 16

Первая посадка

Жора тоже заперся в своём отсеке. Он был грустен и голодноват. Да, он обещал ребятам и себе не думать больше о еде… Обещал! Легко обещать, но что делать, если на Земле он привык к совсем другому существованию… Жора сунул руку в карман, и пальцы его внезапно нащупали там тюбик. Ура! Видно, кто-то, самый сознательный из ребят, подсунул ему ещё один. Жора быстро достал его, отвинтил крышечку, сунул в рот, сильным рывком нажал на кончик и весь выдавил в рот. И — взвыл. Рот его наполнился чем-то густым, остро пахнущим, шибающим в нос… Ни глотнуть, ни выплюнуть — весь отсек испачкаешь! Швырнув на пол пустой тюбик, Жора с туго надутыми щеками бросился из отсека в туалет, дёрнул дверь — заперта, он ринулся в душевую, тоже дёрнул за ручку — и она на запоре. Как назло!

Жора кинулся назад, к своему отсеку, — никто из ребят не должен ничего заметить! Щёки его страшно жгло, холодило, острая, непонятная жидкость проникла в горло, душила, потекла по губам, и что-то густое, белое, как сметана, закапало на пол…

Жора нырнул в свой отсек и не успел закрыть дверь, как захлебнулся и из его рта хлынул на пол белый поток. Он весь содрогнулся, закашлялся и стал вытирать губы. Случайно он глянул на пол, увидел брошенный им тюбик, поднял и прочитал:

«Специальная паста для чистки зубов».

Проклятье! Неужели нечаянно сунул в карман?

Весь пол его отсека да частично и коридор были залиты, закапаны пастой, и нужно было, пока ребята не обнаружили этого и не подняли его на смех, быстро вытереть тряпкой. Жора достал из кармана носовой платок, озираясь по сторонам, вышел в коридор и вытер, потом вернулся и, тяжко вздыхая и отдуваясь, стал вытирать пол в отсеке. Ну хоть бы одного робота догадались люди посадить в этот звездолёт!

Пока Жора честно трудился в своём отсеке, Толя сидел в своём. До чего жаль было, что эта планета не сумела принять их! Был ли на ней кто-нибудь с Земли? Забирался ли под воду, в сферические купола? Вряд ли. Для этого нужна подводная лодка… Впрочем, кажется, на Земле уже придумали звездолёты, умеющие не только