Песнь червоточин - Николай Некрасов

Они знали местность хотя бы примерно и понимали, куда стоит соваться, а куда точно нет. Я же подобными знаниями не обладал, и поэтому от выбора воздержался. Да и, в конце концов, мне было по фигу, куда ехать. Хотелось посмотреть что угодно, лишь бы за границами Школы. Огромный загадочный мир ждал за стеной.

— Тогда сюда, — Ляся ткнула в очередную графу и опять выругалась. — Да они что, озверели там, гады!

Группы забивали задания, обходя Лясю на поворотах.

— Дай сюда, — вырвал у меня из рук планшет Шен и царственно изрёк: — У меня рука лёгкая!

И, закрыв глаза, ткнул наугад в зелёный раздел миссий.

— Оп-па! — расплывшись в улыбке, воскликнул он. — Отличное место, отличный монстр!

Ляся скептически изучила задание и быстро отметила нас, как исполнителей.

— Ну слава Богу! — выдохнула она, возвращая мне планшет. — Застолбили. Не самый приятный раойнчик, но жить можно.

— Чего это? — возмутился Шен. — Вполне похож на тот, где мы с бабулей жили. Тебе понравится, не снобствуй.

Она пожала плечами и спросила:

— Выдвигаемся?

И мы направились к контрольному пункту, чтобы получить новые браслеты, деньги и отметиться у куратора. Счётчик часов обновлялся сразу после того, как вся группа покидала кампус, но не позднее чем через час после первого инструктажа. У нас в запасе имелось почти сорок минут, чтобы всё успеть, прежде чем ворота за нами закроются, и мы выйдем в «большой мир».

Я испытывал лёгкое волнение, как в тот раз, когда впервые ехал на всероссийские соревнования. Большой мир ждал меня, звал и манил, и я не мог ему сопротивляться. Сопровождал меня в тех поездках всегда тренер, а теперь данную функцию выполняли ребята.

От Школы нас везли порядка получаса на отдельной машине до ближайшего населённого пункта, с которого можно было купить билет на автобус или электричку. Ляся составила маршрут с минимумом пересадок, и мы послушно купили необходимые билеты. Сначала наш путь лежал со скромной автобусной станции, с которой мы ехали минут сорок до первого крупного города. Зелёные задачи были рассредоточены по карте в области более дальнего от Школы радиуса. Возможно, именно потому, что Школа действительно являлась средоточием силы, подпитывавшей аномалии. А может, организаторы данного мероприятия так раскидали цели, не внося все случаи в базу.

Конечно, дальность населённых пунктов нужно было как-то контролировать, чтобы сбалансировать время и не дать нам заблудиться в слишком далёких краях. К тому же, те студенты, кто захотел бы сбежать подальше, сразу спалились бы за зоной допустимых значений по своим трекерам.

— О чём задумался? — Ляся сощурилась и пристально уставилась на меня.

Мы сидели в правом ряду автобуса не первых местах, откуда хорошо просматривалась дорога. Водитель то и дело косился на нас в зеркало, но не так часто, чтобы стоило начать переживать за то, как он контролирует дорогу.

— Прикидываю, насколько много различных аномалий проявилось в мире за те два с половиной месяца, что мы отучились в Школе. Так ведь не должно было быть, правда?

— Наверное, — неуверенно произнесла она, рассматривая дорожное полотно, стелящееся тёмной лентой на фоне пожелтевших полей. — В период Первых Героев могло быть иначе. Они долгое время не могли собраться. Но было и ещё одно но. Тогда не было интернета, не было новостей, которые распространялись по миру со скоростью света. Так что если где-то в отдельных деревнях, провинциях или даже на окраинах крупных городов что-то происходило, люди не узнавали об этом молниеносно. А когда в крупных городских центрах что-то происходило, вот тогда, конечно, слухи расползались быстро. Но, как мы знаем, монстры не всегда лезут на рожон. Они не тупые, да и нападают обычно из страха и ради защиты.

— Но не все…

— Не все. И чем больше будет аномалий, тем более искажённые и свирепые чудовища начнут проникать в наш мир. Видимо, те реальности «дальше», поэтому прорываются не сразу.

Я усмехнулся и толкнул девушку плечом.

— А ты ревела и не хотела становиться Героем. Вон какая крутая стала.

Она вся взъерошилась, глаза округлились, губы сложились в гармошку. Мгновение она мешкала, не зная, чем ответить, и в итоге не больно, но обидно ущипнула меня за руку.

— Ай! Вредина! — наигранно возмутился я. — Сейчас как укушу больно!

Она рассмеялась, отбиваясь, и произнесла:

— А не надо говорить, что я ревела! Во-первых, я не ревела, во-вторых, это секрет!

— Так никто же не слышит! — теперь возмутился я.

На утреннем автобусе ехало всего несколько человек: пятеро нас и трое случайных попутчиков, которые сначала фотографировали в открытую или исподтишка, а потом потеряли к нам интерес.

— Всё равно, — не сдавала она, — ребята могут услышать. А я, между прочим, грозная мафиозная дочка, а не рёва-корова.

— Кто услышит? Шен уже протёр взглядом в Агате дырку, ему не до тебя. К тому же они заняли «места для поцелуев» в конце автобуса. А Брендан… вообще дрыхнет. Как ангел, посмотри сама.

— А эти? — она покосилась назад, на остальных попутчиков.

— Им до фонаря.

— Ну ладно, — успокоилась она. — Скажи, как думаешь, что нас там ждёт?

Идей не было никаких. В задаче было указано, что орудует предположительно полтергейст, так как показания очевидцев расходились. Одни говорили, что была какая-то сущность, после которой весь товар на рынке оказывался раскиданным, а через мгновение — всё опять было нормально. Кто-то говорил, что существо выделяет галлюциногенный газ, наводя морок на присутствующих и внося смуту. Кто-то жаловался на грохот и шум.

— Барабашка, может быть.

— Бара… Кто? — не поняла она. — Какое интересное слово. Что это за вид монстра, я не встречала такого в бестиарии?

— О-о-о! Барабашка — это вид монстров, которые описывались в легендах моего региона, — принялся сочинять я. — Оно местное. Ты же знаешь, что после эпохи первых Героев в этом мире могли затеряться некоторые отдельные монстры…

Она покивала.

— Как род оборотней, давших клятву Адану Муну, да?

— Да. Так вот, барабашка остался в нашем регионе. Я его, конечно, никогда не видел, но по легенде он как раз ходит, бродит, шумит, разбрасывает вещи, может пугать людей и всячески безобразничать. Любит воровать второй носок или другую мелочёвку и почти никогда не отдаёт.