Почему Европа? Возвышение Запада в мировой истории, 1500–1850 - Джек Голдстоун

Веротерпимость или ортодоксия: обмен стабильности на рост

Оглядываясь в прошлое, мы ясно видим, что многие общества в разное время играли ведущую роль в области технических инноваций и экономического роста. Ближний Восток при Багдадском халифате, Китай династии Сун, средневековая Испания, Италия Возрождения, Голландия Золотого века, Англия времен промышленной революции – все они прошли этапы исключительной креативности и благосостояния. Есть ли что-то, что помогло бы объяснить наступление и завершение подобных уникальных периодов?

Мы можем выделить как важнейший элемент религию, которая, судя по всему, действительно влияет на подобные периоды. Это не характеристика какой-то определенной религии, а, скорее, сосуществование многих религий в условиях плюрализма и толерантности. И напротив, для завершения подобных периодов расцвета почти всегда свойственно возвращение или навязывание репрессивной официальной религиозной ортодоксальности.

Подъем ислама на Ближнем Востоке в VII в. характеризовался смешением новой религии с более старой иудейской, христианской и зороастрийской традицией Палестины, Египта и Персии. Арабы также открыли философские работы греков в византийских библиотеках и в последующие века стали неутомимыми переводчиками и новаторами в математике, философии и естественных науках, вдохновляясь примером греков. На протяжении семи столетий, в течение которых лидеры ислама управляли на основе принципа веротерпимости народами другой веры, ислам вел мир по пути научного прогресса.

Упадок науки и техники в мусульманском мире, по-видимому, начался в XII в., когда, после завоевания Багдада турками-сельджуками, некоторые мусульманские ученые осудили исследования, продолжавшие традиции светской греческой философии и индуистской науки, и стремились перевести обучение в русло жесткой мусульманской ортодоксальности.

Затем, в XIII–XV вв., на крупнейшие научные центры Месопотамии и Испании обрушился ряд бедствий: в результате вторжения монголов в XIII в. были уничтожены библиотеки, университеты и больницы и опустошены крупнейшие города; после Черной смерти в середине XIV в. регион обезлюдел еще больше; затем в 1400–1402 гг. вторжение Тамерлана вновь опустошило Ирак и Сирию. В XI в. испанский халифат был разрушен гражданскими войнами и христианской Реконкистой. Многие территории так никогда полностью и не оправились от охватившего их политического хаоса. Научный и технический прогресс в мусульманском мире тем не менее продолжался, но в основном в Персии, Сирии и Северной Африке. Бывший центр мусульманского мира в Месопотамии более не обладал уровнем благосостояния, необходимым для поддержки огромных сообществ исследователей и ученых, а консервативные религиозные идеи распространились с приходом всех этих бедствий.

В XV–XVI вв. наиболее динамично развивавшимся обществом на Ближнем Востоке была Османская империя, чья военная технология и организационные навыки позволили расширить свои владения в Юго-Восточ Европе и Северной Африке и установить господство над большей частью Среднего Востока. Однако в XVII в. весь научный прогресс в данных регионах практически остановился, когда религиозные элиты Османской империи отреагировали на ряд внутренних восстаний критикой в адрес османских правителей за отход от чистой практики ислама. По их решению повсеместно распространялась традиционная мусульманская ортодоксальность, а всяческая философская инновация приостанавливалась.

Китай династии Сун, вероятно, стал наиболее развитым и технически прогрессирующим обществом в мире в XII в., вслед за проникновением буддизма из Индии и ислама из Центральной Азии. Даже христианские и иудейские общины (основанные торговцами и миссионерами, достигшими Китая) процветали наряду с конфуцианством, даосизмом и другими верованиями. Динамично развивавшаяся торговля Китая впитала влияния со всей Азии. Династия Мин в XVI–XVII вв. также была свидетелем большого разнообразия идей и технического прогресса. Однако в конце XVII в. маньчжуры завоевали Китай, установив более жесткую конфуцианскую идеологию для поддержки своего правления. Их реставрация конфуцианской философии XII в. в понимании Чжу Си – в качестве официальной ортодоксальной идеологии новой династии Цинь задушила дальнейший прогресс во многих областях и убедила приезжающих европейцев, что Китай оставался неизменным на протяжении многих столетий.

В Индии процветание империи Моголов в XVI–XVII вв. было обусловлено смешением мусульманской культуры, принесенной вторгшимися монгольскими правителями, и богатым индуистским наследием идей и верований, сохраняемых коренным индийским населением. Правитель Акбар (1560–1605), величайший из Моголов, славился своей терпимостью и часто приглашал иезуитов, сикхов, индусов и мусульман для придворных диспутов по предметам веры и практики. Однако на смену ему пришли крайне деспотичные правители, руководившие страной во время упадка и разложения империи Моголов. Последний из великих Моголов, Аурангзеб, сделал из жесткой приверженности к ортодоксальному исламу ключевой элемент своего правления, разрушив множество индуистских храмов и выступив против немусульманского большинства.

Таким образом, во всем мире традиция веротерпимости резко приходит в упадок, начиная с XVII в. В Китае, Индии и на Ближнем Востоке правители относились к религиозному инакомыслию как к угрозе их авторитету и устанавливали все более жесткий ортодоксальный религиозный режим.

По большей части в Европе преобладали те же тенденции. Несмотря на встречавшиеся до XIX в. проявления религиозной терпимости, церковная ортодоксия при поддержке государства обычно побеждала. В средневековой Испании смесь мусульманской и иудейской учености привела к расцвету центров образования в Гранаде и Кордове. Однако эти группы оказывались под все большим давлением во время христианской Реконкисты, и в 1492 г. католическая монархия изгнала евреев и остававшихся мусульман, позволив инквизиции насаждать католическую ортодоксию.

В Италии, вследствие крестовых походов, активная торговля с Ближним Востоком и Северной Африкой привела к смешению латинской, византийской и арабской культур и возрождению образованности в XIII–XIV вв. Это возрождение распространилось по всей Европе, стимулируя рост знаний во многих странах от Англии до Польши. В Польше проводилась политика веротерпимости как для протестантов, так и для католиков в конце XVI в. То есть до того, как католическая церковь, неспособная справиться с давлением протестантской Реформации, начала Контрреформацию по восстановлению католической ортодоксии в Европе.

В течение XVI в., по мере распространения протестантизма, целый ряд правителей смирился с сосуществованием протестантов и католиков на своей территории. Однако по мере того, как конфликты между католиками и протестантами, а также между различными протестантскими сектами становились все более жестокими, веротерпимость шла на убыль. Тридцатилетняя война (1618–1648), начавшаяся с разгрома протестантской элиты в австрийской провинции Богемии, привела к усилению религиозной нетерпимости по всей Европе. Возглавляемая иезуитами католическая церковь стремилась восстановить свою доминирующую роль в качестве единственной христианской веры. Наибольших успехов иезуиты добились, вероятно, в Польше, где к середине XVII в. они настолько изменили принятый в ней ранее официальный курс на религиозную терпимость, что ни одна другая страна в Европе не ассоциировалась так сильно с католическим государством, как Польша. В то же самое время лютеранские, кальвинистские и англиканские государства стремились превратить свои господствующие церкви в официальную ортодоксию, с жесткими ограничениями для других религиозных общин. В 1685 г. король Франции Людовик XIV, самый могущественный правитель Западной Европы, отказался от поддержания принципа веротерпимости