Когда босс - извращенец - Ирина Чарова

Чувствую себя так, будто что-то невероятно притягательное принадлежит мне, а взять это я не могу.

Отрезаю огромный кусок торта, ставлю перед ней и после присаживаюсь на свое место.

Наблюдаю, как ест и, казалось бы, что в этом может быть соблазнительного...

Черта с два.

Языком слизывает крем, который остается на губе, а мне хочется провести по этим губам пальцем, самому слизнуть этот крем, ворваться в её рот, заставить принять, заставить прижиматься, стонать...

Все, понесло меня к чертовой, мать её, матери. Да здравствует ледяной душ.

Чувствую, из-за этой мелкой ведьмы крепкий иммунитет мне теперь обеспечен.

- А вы почему не едите торт?

- Я не ем сладкое - еле как выдавливаю, отрываясь от её губ.

- Вы что, на диете ?

- Нет, просто не люблю. С детства.

Девчонка с минуту смотрит на меня поражённо, как будто не понимает , как это возможно , потом , глядя мне в глаза, как собирающийся нашкодить, но явно не чувствующий своей вины за это ребенок, двигает торт к себе .

А затем втыкает вилку прямо в середину, отмечая свою территорию .

Живая такая, настоящая.

- Простите, но так вкуснее.

Развожу руками. Всё, что угодно.

Когда Аня наелась, то теперь уже брезгливо отодвинула от себя остатки торта.

Переела.

- Сегодня тебе привезут телефон взамен того, что сломался - оповещаю её.

Недовольно хмурит брови.

Надо же, гордая, оказывается.

Насупилась, явно собирая в кулак всю свою храбрость, чтобы выдать мне сейчас какую-нибудь гневную триаду.

- Азамат Рустамович, мне всё вот это вот не нужно, имейте ввиду!

Угадал.

- Спать с вами, чтобы вы знали, я не собираюсь, поэтому подарки ваши мне не нужны. Я сама в состоянии купить себе новый телефон!

Святая монашка.

Подбородок-то как грозно выпятила. Так бы и искусал его. И не только его….

Главное сейчас – смотреть строго в глаза и не проверять, не отвалилась ли пуговица где-нибудь в районе груди.

В глаза смотри, Азамат, в глаза.

На рубашках за сто тысяч ни черта не отваливается.

- Ань, в этом нет ничего такого и, поверь, спать с тобой я тоже не намерен.

Не импотент, слава Богу. Смогу найти занятия поинтереснее сна.

- Я чувствую свою ответственность, это ведь из-за меня твой телефон...

- Спасибо, конечно, но повторю - моей зарплаты хватит, чтобы купить нормальный телефон!

Еще и перебивает.

Это, на удивление, сейчас даже не бесит. Наоборот - забавляет. Совсем осмелела.

- Твоей зарплаты тебе не видать еще неделю, а связываться со своими сотрудниками ментально я пока еще не научился.

- У меня премия есть! И еще аванс остался!

- Значит слезами заработанная премия тебя устраивает, а телефон взамен того, который пострадал при исполнении моего поручения - нет.

Вижу, что её логика в этот момент сломалась.

- Значит не нужна мне ваша премия.

- Поздно, в отделе она уже зафиксирована. Отменять что-то у меня привычки нет и не предвидится. Вопросы?

- Азамат Рус…

- Вопросов нет, возмущения слушать не намерен. Теперь работать.

- Нет, постойте, …- упрямо хочет продолжить разбирательство.

А я не хочу. Хочу подавить протест, зажать её у стенки, впиться в мягкие губы, вынудить ответить на поцелуй.

Пусть жестко, пусть грубо, но сейчас же обозначить то, что принадлежит мне.

Будет принадлежать.

И даже зная, что сегодня мне ни черта не светит, кроме криопроцедур, все равно хочу.

Вслух выругался, когда дверь без стука открылась и на пороге появился мой младший брат. Единственный, кто имеет наглость заходить вот так.

Тимур.

- Эй, братишка…О, я, кажется, не вовремя?

- Очень даже вовремя - испуганно шелестит Аня и хочет выскользнуть за дверь.

- Стоп - командую я.

- Мадмуазель? - тут же вмешивается Тимур. - Я спас вас от этого чудовища?

- Быстро за дверь, герой.

Грубость в голосе скрыть даже не пытаюсь. То, что на неё в таком виде смотрит кто-то кроме меня, вызывает бешенство.

Кажется, моя болезнь начинает прогрессировать.

Тимур беззаботно пожимает плечами.

- Ладно, если что, кричите - говорит он Ане, разворачиваясь. - На помощь я вам всё-таки больше не приду, но хотя бы посочувствую.

Только и умеет, что дурачиться, придурок.

Дверь закрывается.

Беру белый пушистый халат, который принесли вместе с тапочками, подхожу и выставляю его перед Аней.

Огромный, длинный, почти до пола .

Специально мужской попросил. Мало того, что мужской, так еще и последний размер.

- Надевай.

Цокает языком, но послушно продевает руки в рукава.

- Теперь развернись.

Уныло разворачивается, как капризный ребенок, на которого в мае натягивают зимнюю куртку.

Крепко завязал пояс.

Смотрю ей в спину, пока она, намеренно немного переваливаясь, семенит к выходу в тапочках и в огромном белом халате.

Черти что, а не офис.

Ловлю себя на том, что улыбаюсь как идиот.

Всё, Ань, раз уж я влип, то и ты со мной за компанию.

Глава 12

Аня

Чудовище - просто не то слово.

Самый настоящий монстр, а не босс.

Вот иногда вроде нормальный человек, а в следующую секунду уже маньяк.

И как вообще его понимать?

Никак.

У богатых свои причуды.

Сижу в халате, работаю. И черт вообще знает, зачем мне этот халат.

У босса требовать ответа бессмысленно, он лишние вопросы вообще терпеть не может.

К слову, лишний для него любой вопрос кроме того, который не был озвучен.

Даже интересно, как он с людьми вне работы находит общий язык.

Как он вообще с ними разговаривает?

Однако, хоть и бесит, но, стоит отдать ему должное, он меня действительно спас. Еще и не просто спас, а с душой. С шоколадным тортом, с ароматным гелем для душа...

Сижу, вдыхаю запах лаванды и изо всех сил стараюсь погрузиться в работу, чтобы не начать думать о том, что увидела утром.

Гоню от себя эти мысли, понимая, что стоит им поддаться, и я растекусь здесь водопадом.

Даже немного жаль своего босса, вечно он под раздачу соленой воды попадает.

Пытаюсь сосредоточиться, но не дают.

Не прошло и десяти минут, как из кабинета выходит босс со своим братом.

Словила себя на том, что заглядываюсь. Депрессивно, но всё-таки заглядываюсь.

Красивые оба, как ни крути.

Оба высокие, широкоплечие, статные. Братья очень похожи между собой, только вот у Тимура черты гораздо мягче. В целом выглядит он куда более расслабленно.

- А зачем в ресторан, Азамат,