Украина против Донбасса. Война идентичностей - Евгений Вадимович Рябинин

Все неукраинцы подлежали насильственной ассимиляции или выселению. В программе ОУН «родственными движениями» назывались «гитлеризм» и итальянский фашизм[101]. Согласно Д. Донцову, «нацией, предназначенной самой природой править, является украинская». Якобы украинский народ – избранный, он «создан из той глины, из которой Господь создает избранные народы». Естественное же состояние русских, заявляет Донцов в своей работе «Московский яд», – «быть рабами настоящей силы». При этом «москали» одержимы дьяволом, и эта одержимость проявляется в стремлении поставить человеческое на место божеского». Он также предлагал «с корнем вырвать конкретные отношения с москалями». Конечной целью Донцов называл уничтожение московских «бешеных волков»: «Или “бешеные волки” утвердят свое господство на нашей земле, или Украина найдёт у себя волкодавов, которые объединят нацию, которые перегрызут горло волкам»[102]. Деятель ОУН М. Колодзинский отмечал, что «мы хотим не только обладать украинскими городами, но и топтать вражеские земли, захватывать вражеские столицы, а на их развалинах отдавать салют украинской империи. Хотим выиграть войну – великую и жестокую войну, которая сделает нас хозяевами Восточной Европы»[103]. В данном высказывании кроется идеология украинского национализма – разрушать и уничтожать.

Как уже было отмечено выше, последующие проблемы, связанные с украинским национализмом, были опосредованно созданы большевиками, которые искусственно создали УССР, введя в нее земли, которые к украинскому сегменту никогда не принадлежали. Последующая политика «коренизации» и оголтелая украинизация 1920-х годов показали свою несостоятельность, но посеяли семена будущих территориальных притязаний современных националистов.

В этот период на Галичине формируется ультранационализм, что выражается в создании в 1929 г. террористической Организации украинских националистов, которая изначально базировалась в Вене, потом в Женеве, Риме, Берлине. Организация использовалась как террористическая и осуществляла заказные убийства против польских политических деятелей. По подсчетам было совершенно 63 террористических акта, и это информация только о самых громких убийствах. Средства на террористическую деятельность перечисляли украинские эмигранты из Канады, США, Чехословакии, Литвы и даже Советского Союза[104].

Террористическая деятельность ОУН-УПА в контексте украинского национализма

Главной целью Организации украинских националистов становится борьба с Польшей и СССР. В основу идеологии ОУН легла философия Н. Михновского, основными лидерами были С. Бандера и Е. Коновалец. В середине 1930-х годов украинские националистические организации, прежде всего ОУН, попали в поле зрения спецслужб Третьего рейха. Они планировали использовать националистов в тайной войне с Польшей и СССР – тем более что те и так ее вели. А после начала Второй мировой войны (начало третьего этапа в развитии украинского национализма) украинские националисты получили возможность не просто выйти из подполья, но и попытаться реализовать свои идеи по созданию независимой Украины. Она, согласно их видению, должна была стать свободной от всех «врагов», прежде всего от русских, поляков и евреев, и существовать в союзе с Великой Германией. Не случайно украинские националисты приняли деятельное участие в уничтожении евреев вместе с немецкими айнзац-командами: это, как они полагали, приближает момент «освобождения страны». Именно в это время в качестве кальки с нацистского приветствия возник и знаменитый лозунг «Слава Украине! Героям слава!». В пользу этого свидетельствует и вся предвоенная пропаганда ОУН, требовавшая кровавого очищения Украины от всех инородцев, а также от несогласных. ОУНовская инструкция, изданная в мае 1941 г., гласила: «Наша власть должна быть страшной для ее противников. Террор для чужаков-врагов и своих предателей». А 30 июня 1941 г. спецбатальон «Нахтигаль» вошел во Львов вместе с немецкими войсками. В городе сразу же начали распространяться листовки с призывом Бандеры: «Народ! Знай! Москва, Польша, Мадьяры, Жидва – это Твои враги. Уничтожай их!» Однако создание независимого украинского государства никак не коррелировалось с нацистской идеологией, и в это время формируется Украинская повстанческая армия (УПА), которая на первых порах пыталась противостоять Германии, однако, не имея никакого военного потенциала, только усилила террористическую деятельность против местного населения, а также солдат Красной Армии. Из рядов ОУН были созданы СС «Галичина», «Нахтигаль», «Роланд». Также формируются полицейские отряды, которые проводят акты геноцида против местного населения, многие становятся полицаями в концлагерях. Так, в Бабьином Яру было всего 300 немцев, остальные 1200 – выходцы из Галичины. Во многих немецких концлагерях надсмотрщиками были украинцы[105]. Еще в апреле 1939 г. ОУН заявила, что «украинцы и немцы – естественные союзники», Украина не имеет во всем мире другого активного союзника в борьбе против всех оккупантов Украины. Абвером перед войной было подготовлено до 4000 агентов для заброски их в Польшу. А за 10 дней до вторжения в СССР ОУН направила Гитлеру подробный план управления Украиной, в котором заявлялось, что Гитлер может надеяться на данную группу как «на единственный противовес» влиянию русских и евреев[106]. О деятельности абвера по подготовке украинского подполья подробно описывается в документах, которые были рассекречены ФСБ, что еще раз доказывает о невозможности боевых действий УПА против немецких солдат, что пытаются доказать некоторые украинские историки и политики в контексте «обеления» и героизации террористов из ОУН и УПА[107].

Таким образом, мы видим, что украинский национализм при определенных условиях приобретал формы террористических организаций, а его идеология трансформировалась из либерализации культурной и политической жизни в физическое уничтожение инакомыслящих. Такая же ситуация наблюдалась и в современной Украине – от разговоров о поддержке украинского языка после Майдана радикалы перешли к физическому уничтожению русского и русскоязычного населения Юго-Востока Украины, и Донбасса, в частности.

Не меньшую заинтересованность в Украине проявляла фашистская Италия. Б. Муссолини считал, что при вероятном распаде СССР невозможно будет закрепиться на Кавказе без распространения влияния Италии на весь Черноморский регион. Как впоследствии стало известно, еще в 1930 г., в ходе подготовки встречи Муссолини и главы МИД Польши Александра Залесского, намечалось обсудить вопросы независимости не только Кавказа, но и Украины. Как указывает немецкий историк Ханс-Адольф Якобсен, здесь проявились и личные амбиции Муссолини, намеревавшегося через Украину и Черное море достичь Кавказа и Центральной Азии, чтобы оттуда грозить британским владениям в Индии. В 1933 г. в Риме, в рамках серии «Мы и Украина», вышла брошюра «Европейский баланс и украинский вопрос». Ее впоследствии дополнил целый ряд изданий с характерными заголовками: «Тарас Шевченко – бард Украины», «Симон Петлюра – герой и мученик Украины», «Гетман Мазепа». В нацистском же руководстве относительно самой концепции Востока и вероятной украинской государственности существовал заметный разброс мнений. Так, руководитель Внешнеполитического управления, партийный идеолог Розенберг допускал существование Украины, тогда как Геббельс был сторонником единой небольшевистской России[108].

Возвращаясь к периоду Великой Отечественной войны, следует отметить, что добровольно вступавшие в нацистские батальоны украинцы имели под этими действиями серьезную идеологическую основу. Так, в 1943 г. во время присяги во Франции украинские солдаты дивизии «Ваффен-СС» клялись в преданности Гитлеру в борьбе с большевизмом. Этот факт можно переложить на сегодняшние реалии, когда через историческую призму современным участникам неонацистских батальонов внушается,