Настоящее чувство - Татьяна Дин

– О чём это вы, Елена Ивановна?

– Нравишься ты ему. А он парень с непростой судьбой.

Эти слова очень удивили Олесю.

– Да ну что вы, уж я-то ему точно не нравлюсь. Он, по-моему, меня вообще на дух не переносит.

Женщина усмехнулась.

– Просто ты его плохо знаешь. Он ведь ни одной доярке здесь не помогал, а тебе воду носил. И порог, думаешь, для кого сделал? А эта драка? Никогда раньше он себя так не вёл.

Олеся не могла в это поверить. Нет. Никогда она не замечала его симпатию к себе.

– Ладно, – вздохнула Елена. – Это конечно твоё дело. Пойду, загоню девчат, а то работа стоит.

Олесе казалось невероятным то, что сказала ей Елена Ивановна. Ей такое и в голову никогда не приходило. Разве так себя ведут, когда кто-то нравится? Разве не стараешься выглядеть лучше перед понравившимся человеком? А она от него в свой адрес только грубости и слышала. Да он вообще её на дух не выносит. А то, что помогал ей тогда воду носить, так это из жалости. И ничего в этом особенного нету.

Олеся себе не признавалась, но слова Елены встревожили её. Раньше она не допускала такой мысли. Но сейчас, думая, что может нравится ему, волновало её. А что, если вся эта грубость с его стороны просто защитная реакция? Может он хочет скрыть от неё свои чувства? С другими девчатами он спокойно общался, но только не с ней. Перед взором Олеси встала сцена, когда он держал её за руки. А этот его взгляд! До сих пор бежали мурашки. Что же ей теперь с этим делать? Почему-то, когда думаешь, что кому-то нравишься, то сразу смотришь и ведёшь себя по-другому. Она и так в его присутствии чувствовала себя не в своей тарелке. А теперь вообще не знала, как быть. Хотя с другой стороны, возможно это были лишь домыслы Елены Ивановны. Лучше всего этому не верить и жить себе спокойно. А драка эта и вовсе не из-за неё. Точнее, из-за того, что у мужиков длинные языки. Убедив себя, что Елена ошибается, она принялась дочищать полы.

Тем временем на улице Галя обработала бровь и губу Сергея. А Люба зашивала порванную рубашку. Вася уже ретировался. Обе девушки были на седьмом небе от счастья. Только каждой хотелось одной ухаживать за ним.

– Серёж, тебе не сильно больно?

– Серёж, я зашила рубашку.

– Серёж, сейчас щипать будет.

– Серёж, рубашка-то вся грязная. Я могу её постирать.

Девушки на перебой предлагали свою помощь. Его жутко раздражала эта их забота.

– Ладно, спасибо вам, но мне пора работать, — вставая с лавочки, произнёс он.

Галя с Любой отошли и встали возле него. Они как будто чего-то ждали. Тут вышла Елена Ивановна.

– По-моему, представление уже давно закончилось! – услышали они позади себя строгий голос.

Девчата хихикнули и побежали на свои рабочие места.

Елена ещё раз оглядела парня. На брови красовался белый пластырь, а брюки с рубашкой были все в грязи. Она недовольно покачала головой и вернулась обратно.

Как же Сергей злился на себя за то, что пошёл на поводу Васьки. Хотя с каким удовольствием он ему врезал. Его не столько задели обидные слова, сколько прельстила возможность дать в рожу тому, кто целовал Олесю.

Распилив доски, он вошёл в коровник. Он тут же взглядом отыскал Олесю. Она снимала с себя рабочий фартук. Повесив его на гвоздь, она остановилась возле Веры, которая заканчивала работу. Как-будто почувствовав, что кто-то на неё смотрит, она неожиданно посмотрела на него. Он резко отвёл глаза. Но она успела перехватить его взгляд.

Всё-таки Олеся ему очень нравится, как бы не хотелось себе в этом признаться. И что теперь делать? Хорошо, что работа в коровнике уже подходила к концу, ещё неделя, полторы и всё будет готово. Только б Саныч не запил. Тогда он больше не будет видеть Олесю каждый день и возможно, все его чувства пройдут. Хорошо бы всё закончить на этой неделе.

На следующий день, Сергей, с решимостью закончить всё за эту неделю, принялся распиливать последнюю партию досок. Распилив одну, вторую, третью, он положил четвертую. И как он отвлёкся, что не успел убрать большой палец?! На стол тут же брызнула кровь. С криком, он резко отдёрнул руку и быстро зажал её другой. Тут же на опилки мелкой струйкой полилась кровь. Саныч застыл в шоке. Доярки услышали крик парня. Олеся сразу поняла, случилось что-то серьёзное. Она, вместе с другими, сломя голову вылетела на улицу. Увидев его руки в крови, девчата вскрикнули и застыли на месте. Олеся же подбежала к Сергею.

– Отрезал?! – воскликнула она.

Он смотрел на неё стеклянными глазами.

– Не знаю.

Олеся тут же крикнула девчатам.

– Срочно, несите сюда аптечку! – а сама побежала мыть руки.

Вера первая отошла от шока и умчалась за аптечкой.

– Вера, сможешь мне помочь? – обратилась она к подруге. – Не упадёшь в обморок?

Вера пожала плечами.

– Аа, где наша не пропадала!

– Тогда возьми перекись и когда я тебе скажу, лей на рану. Лей быстро.

Олеся вновь посмотрела на Сергея. Он всё ещё смотрел на неё невидящим взором.

– Всё будет хорошо, — слегка улыбаясь, старалась она приободрить его. – Когда я тебе скажу, разожмёшь руку. Только не смотри.

Приготовив бинт, она скомандовала.

– Разжимай! – но он по-прежнему сжимал руку.

Олеся встревоженно взглянула на него. В его взгляде читался страх.

– Не бойся, — шёпотом произнесла она и ласково погладила по плечу.

Сергей кивнул и отвернулся.

– Вера, приготовься! – она снова склонилась над руками. – Давай!

Как только он разжал руку, она снизу подложила бинт и скомандовала:

– Вера, лей.

Вера тут же принялась лить перекись на рану. Сергей застонал.

– Потерпи, потерпи дорогой, — ласково произнесла Олеся. Она смогла разглядеть рану.

– Достаточно!

Та тут же убрала бутылёк. Поддерживая его руку снизу, она достала йод и обработала край раны, а потом быстро перевязала бинтом палец.

– Ну всё! – выдохнула Олеся. – Готово. Можешь смотреть.

Сергей медленно повернул голову. Его взгляд тут же остановился на толсто замотанном пальце. Из-за такой толщины бинта он не мог понять, цел ли палец или он его всё-таки отрезал.

– Цел? – еле слышно