Конфликты и войны после распада СССР - Юрий Васильевич Егоров

Проведенные в инициативном порядке предварительные исследования относительно прогнозирования возможных последствий первой волны расширения НАТО на Восток для Украины с использованием современных методов анализа позволили выделить следующие приоритеты расмотренных факторов [16,17]:

• использование территории Украины в случае вооруженного конфликта (65 % — практическая реализация данного фактора будет означать для Украины национальную катастрофу):

• появление новых группировок войск вблизи границ Украины (15 %). При этом следует заметить, что данный фактор в проекте новой Военной Доктрины Украины выделен в разделе Основные потенциальные внешние военные угрозы в формулировке; «…наращивание близ границ Украины группировок войск и вооружений (в том числе ядерного оружия), которые нарушают сложившееся соотношение сил»;

• усиление радиоэлектронной разведки территории Украины (10 %); сокращение Вооруженных Сил Украины (6 %);

• усиление идеологической пропаганды со стороны Запада (4 %).

В результате проведенного исследования с использованием экспертного оценивания были спрогнозированы возможные отрицательные последствия для обеспечения военной безопасности Украины. Наведем основные из них в порядке уменьшения важности без количественных оценок [16,17]:

1. Потеря суверенитета и территориальной целостности в случае вооруженного конфликта между НАТО и Россией.

2. Потеря национальной самобытности, вытеснение культуры и обычаев украинского народа.

3. Возрастание экологической опасности.

4. Ухудшение демографических характеристик населения Украины.

5. Возрастание силового давления на военно-политическое руководство государства.

Б. Снижение военного и мобилизационного потенциалов государства.

7. Повышение уровня потенциальной военной опасности (до момента принятия Украины в НАТО).

8. — Снижение научно-технического потенциала государства.

9. Снижение эффективности оборонно-промышленного комплекса страны.

Преобладающее количество возможных последствий угроз носят долгосрочный характер, но все они осуществляют деструктивное влияние на обеспечение национальной безопасности государства.

Следует обратить внимание на то, что речь идет о возможных последствиях, но это вовсе не означает, что все они с вероятностью 100 % будут иметь место на практике. Например, если военно-политическая обстановка будет развиваться таким образом, что вооруженный конфликт между НАТО и, скажем, Россией никогда не будет развязан, то фактор использования территории Украины не будет приведен в действие и национальной катастрофы не случится.

Реальным примером такой ситуации может служить вариант размещения аэродрома в границах города. Если предпринять соответствующие меры безопасности, то город может избежать таких возможных последствий, как падение самолетов на дома, экологически опасные объекты и т. д.

Рассматривая проблему обеспечения стабильности в Евроатлантическом регионе, следует, на наш взгляд, ориентироваться на выбор модели «устойчивой стабильности», (рис. 5.6), для чего необходимо создавать соответствующие условия для взаимоотношений в политической, экономической, военной, территориальной, религиозной и других сферах, прежде всего, в данном регионе [4].

Известно, что в практике международных отношений существуют две основные модели стабильности системы международных отношений:

• модель равноправного сотрудничества на основе интересов (рис. 5.6) — устойчивая стабильность:

Рис. 5.6. Модель устойчивой стабильности ситуации (системы S): Fc — стабилизирующая сила; Fd — дестабилизирующая сила; Ret — точка устойчивого состояния

Рис. 5.7. Модель неустойчивой стабильности ситуации в регионе: Fc — стабилизирующая сила; Fd — дестабилизирующая сила; Rst — точка устойчивого состояния; Rn — точка неустойчивого состояния

• модель сотрудничества с позиции силы (рис. 5.7).

Более подробно указанные модели охарактеризованы в [4].

Используя такой подход к обоснованию направлений совершенствования архитектуры системы коллективной безопасности в Европе в начале XXI века на основе существующих международных организаций, можно предложить несколько принципиальных подходов к возможной трансформации ОБСЕ. Учитывая сказанное, конструктивная деятельность ОБСЕ должна иметь два основных направления:

• создание условий для долгодействующего взаимовыгодного сотрудничества на основе учета интересов государств региона (фазовая траектория на рис. 5.7);

• снятие или нейтрализация дестабилизирующых сил (факторов) F, которые нарушают стабильность международных отношений.

Основными источниками дестабилизации международной обстановки могут быть; обострение социально-политической обстановки в отдельных странах, различного рода кризисы и конфликты, обострение межэтнических и межконфессионных противоречий, выдвижение территориальных и других претензий к соседним государствам и тому подобное. Вот почему полномочия ОБСЕ должны быть расширены и сориентированы прежде всего на превентивные мероприятия. Это даст возможность перейти от отягощающих процессов нейтрализации уже действующих сил к процессам нейтрализации угроз возникновения этих сил.

Закономерен вопрос, может ли ОБСЕ использовать военную силу для нейтрализации дестабилизирующых сил (угроз)? На наш взгляд, может, по крайней мере в ближашие 15–20 лет. Но этот вопрос должен быть всесторонне исследован и найти свое решение в рамках полномочий обновленной ОБСЕ. Конечно, что в этом случае ОБСЕ должна иметь собственный военный компонент наподобие объединенных вооруженных сил (еврокорпус быстрого реагирования) или ей должна быть подчинена соответствующим образом трасформированная НАТО. Тогда роль НАТО будет сводиться к нейтрализации угроз (дестабилизирующих сил) нарушения стабильности международных отношений (международной обстановки) в Евроатлантическом регионе под эгидой обновленной ОБСЕ.

Очевидно, что такой подход будет определять реальный приоритет общечеловеческих ценностей и даст возможность избегать больших потерь, и прежде всего гуманитарных катастроф.

Таким образом, процесс трансформации ОБСЕ должен быть направлен на ее состоятельность в самые ближайшие 15–20 лет обеспечивать модель «устойчивой стабильности» международных отношений, главным образом без применения военно-силовых методов.