Redrum 2016 - Александр Александрович Матюхин

— Ты хочешь есть, Коля? Хочешь борща? Что ж ты ночью-то ползаешь? Пожара нам не хватало…

Оно знает, как меня зовут. Я не знаю, кто проболтался. Больше всего это похоже на Телефон. Он болтает без умолку. Я боюсь, что он разболтает мой главный секрет…

Ходячий поднимает меня с пола и сажает на Табуретку. Табуретка вежливо держит меня, она надежный друг. Передо мной стоит Кастрюля, я опускаю в нее руку и ем Капусту, с которой стекает Красная Вода. Кастрюле щекотно. Я прошу ее потерпеть, я еще не наелся. Ходячий с громким криком отталкивает меня от Кастрюли. Ему не нравится, что я ем. Оно тычет в меня Ложкой и Тарелкой. Они сильно стукаются друг об друга, им больно. Я расстраиваюсь и плачу. Мне уже не до еды. Оно, как всегда, очень жестоко. Я хорошо помню, как оно изрезало на куски красивую Ткань, тыкало в нее Иглами, жгло Утюгом, а потом надело на себя, поверх своей кожи. Ткань корчилась и мучилась. Ножницы не виноваты, они любят резать, а Иглы — протыкать. Их просто заставляет Ходячий. Так опасно быть с ним рядом!

Ходячий берет меня на руки и относит на Кровать. Оно всегда так делает, ему ничуть не жаль бедную Кровать, которой надо отдохнуть.

Я жду, когда Ходячий уснет. Больше нельзя медлить. Оно слишком опасно. Я тихонько встаю, беру Скотч. Он обещал прилипнуть к Ходячему, а не ко мне. Он держит слово, и я приклеиваю Ходячего скотчем к его Кровати, сначала руки и ноги, потом рот. Я делаю это быстро, и оно не может кричать и ходить. Я разогреваю Утюг и приношу Ножницы с Иглами. Кожа Ходячего корчится и мучается так же, как та несчастная Ткань. Только кожа еще и течет Красной Водой, а когда я разглаживаю ее Утюгом, шипит и воняет. Ходячий мычит и воет, но Скотч крепко держит свое слово. Оно никому не сможет рассказать мой главный секрет: я могу притворяться Ходячим.

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Стихи

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Дмитрий Витер

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Об авторе. Родился в 1975 году в Монино Московской области. Кандидат физ-мат наук. Лауреат Всероссийских Пушкинских студенческих конкурсов поэзии (1995–2000). Стихи опубликованы в сборниках «Шестое измерение» (2002) и «Серебряные стихи виртуального века» (2009). Пишет рассказы в жанре фантастики и хоррора. Рассказы Дмитрия Витера вошли в антологии российского хоррора «Самая Страшная Книга 2016» и «Темная сторона дороги».

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Серый цикл

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Человек с фонарём

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Темнота. В темноте пахнет гарью и сном.

По вагону идет человек с фонарем.

Среди спящих людей, полусонных людей

Он невидим никем, он чужой, он ничей.

Не видать его рук, не видать его глаз,

Но я чувствую — смотрит он прямо на нас.

И как холоден этот невидимый взор!

Он идет, как могильщик, как призрак,

как вор.

Как колеса стучат! И как сердце стучит!

Он подходит, на лица бросая лучи.

Тени скачут по стенам, движению в такт,

И к его фонарю устремляется мрак.

Мы молчим в темноте.

Мы не дышим. Мы ждем

Когда к нам подойдет человек с фонарем.

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Серая Плоть

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Воздух. Весна. Что за мир дал Господь?

В воздухе тянется серая плоть.

На высоте девяти этажей

Тянется. Мертвая. Всех нас живей.

Ветром сгибается. Мнутся края.

Серое облако небытия

Медленно движется, липнет к окну.

Я погружаюсь в него. И тону.

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Угрюмый неподвижный человек

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Угрюмый неподвижный человек

Следит за мной, чуть выступив из тени,

Где плоскость света движется вперед.

Вот показались плечи и колени

На фоне тьмы,

Вот кисть руки.

Разжата.

Свисают пальцы.

Вот его лицо — наполовину пустотой объято,

Глаза лежат в озерах темноты

И сжаты губы.

Свет остановился.

И тени замерли.

Вот вздрогнула рука,

И пальцы поползли, в кулак сжимаясь,

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Волна движенья по лицу прошла,

Скривился рот в презрительной ухмылке.

Глаза!

Я вижу!

Вот его глаза — незримые, меня

насквозь пронзают.

Вот он шагнул!

И в белом свете тает…

И нет его.

Но он стоит во тьме.

Невидимый, настойчивый, безумный,

Угрюмый неподвижный человек…

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

Тень

⠀⠀ ⠀⠀ ⠀⠀

В белый город, в белый день,

В белый полдень входит тень.

Заняла свои места

Тень травы, и тень листа.

Тень становится длинней,

Тянется из-под камней,

Наступает — и тотчас

Принимает форму нас.

Держит за ноги, ползет

Вслед за нами — и растет.

Раскрывается зонтом,

Тень собой накрыла дом.

Разметав ломтями свет

Тень свела его на нет.

Сбросив черные крыла

В черный город ночь вошла.

И шагает рядом с ней

Тень из тысячи теней.

Тень заходит в каждый дом,

Что-то шепчет под окном,

Извивается змеей

По земле и под землей.

Тень проходит по стене,

Обрывает