Сон в Нефритовом павильоне - Автор Неизвестен

Государь вопросительно взглянул на Яна. Но тот не успел даже слова сказать, как вперед шагнул юноша и заявил:

– Я еще молод, но готов повести за собой войско и вернуться с победой!

Все взоры обратились на юношу: у него белое, как бесценная яшма, лицо, выразительные глаза, тонкие брови, и это – академик Ян Чжан-син!

Пораженный император обратился к князю:

– Князь, ваш сын еще очень молод, но рвется в бой, что вы на это скажете? Известно, никто лучше отца не знает своего сына!

Князь в ответ:

– Да он глупый мальчишка! Ему вскружили голову ваши похвалы, вот он и пытается оправдать их, хотя у самого еще молоко на губах не обсохло! Если ваше величество доверит ему войско, это будет неосмотрительно.

Тут входит вестовой и подает государю пакет.

– От кого? – спрашивает Сын Неба.

– Послание удельной правительницы Города луаней госпожи Хун!

Император оживился:

– Любопытно, что пишет нам госпожа Хун!

Он приказал инспектору Су Гуан-чуню читать. Вот что сообщала Хун:

Удельная правительница Хун почтительно приветствует Ваше Величество и имеет честь заявить, что настало время, когда каждый верный государю подданный обязан положить все силы на разгром варваров, вероломно напавших на нашу страну и ввергнувших ее в пучину бедствий. История сохранила для нас предание о том, как танский Ди Жэнь-цзе и сунский Цао Бинь отправили воевать своих сыновей, и потомки оправдали их, ибо дело касалось судьбы державы. Я, в прошлом недостойная гетера, обласкана Вашими милостями, живу в богатстве и знатности, пользуюсь всеми мирскими благами, и пусть я ничтожна, как муравей или блоха, пусть глупа, как свинья или рыба, а все равно готова умереть на поле брани, чтобы доказать Вам свою преданность. Жаль будет только, если Вы не найдете более достойного человека при дворе: если я вновь поведу войско, чужестранцы станут смеяться и скажут, что в стране Мин перевелись храбрые мужчины! Потому я по примеру древних предлагаю Вашему Величеству доверить войско моему сыну. Его зовут Ян Чжан-син, он отважен, как его отец, осмотрителен, как его мать. Я готова пожертвовать всем, что имею, дабы отплатить Вашему Величеству за безграничные милости. Еще хочу сказать, что сверстник сына по имени Лэй Вэнь-цин, внук славного воина Лэй Тянъ-фэна, обучен мною искусству владения мечом и выстоит перед любым богатырем. Юноши могут сражаться бок о бок и вместе стоят многого!

Письмо Хун порадовало императора, и он приказал:

– Назначить академика Ян Чжан-сина на должность помощника военного министра, возвести его в звание Верховного полководца, вручить ему шелковый халат, золотую кольчугу, жезл с белым султаном и позлащенную секиру и через три дня направить в войско!

Князь Ян почтительно говорит:

– Ваше величество! Вместе с моим сыном государственный экзамен по разряду военных наук готовился держать Хань Би-лянь, юноша храбрый и в военном искусстве сведущий. Позвольте и ему присоединиться к войску!

Император в ответ:

– Мы слышали о достоинствах этого юноши, но дело в том, что его отец Хань Ин-вэнь оказался в свое время в числе заговорщиков, потому мы вычеркнули имя Хань Би-ляня из списков. Но раз вы просите за него, князь, мы готовы уступить вам. Жалуем Хань Би-ляню звание и разрешаем ему идти в поход.

Прием закончился, сановники разошлись. Верховный полководец Чжан-син отправился домой.

Наутро он зашел к Хун проститься.

– Завтра я уезжаю, матушка! Что скажете мне в напутствие?

Хун улыбнулась:

– Зачем спрашиваешь? Теперь ты и сам большой человек, мать тебе не указ!

Сложив ладони, Чжан-син поклонился.

– Я еще глуп, и советы ваши для меня превыше всего!

Хун со смехом обратилась к князю:

– Сегодня луна диво как хороша, не хотите ли, князь, прогуляться с сыном по саду?

Понимающе кивнув, князь взял сына за руку и вышел с ним в сад. Стояла поздняя весна, ясная круглая луна освещала распустившиеся цветы и деревья, отбрасывая на землю их ветвистые тени.

– Принеси мой двойной меч! – приказала Хун служанке.

Та убежала и вскоре вернулась с мечами. Хун взяла их, вышла в сад, сделала, играя мечами в лунном свете, несколько шагов вперед, потом назад – и вдруг без следа исчезла, только белая дымка появилась в воздухе, повеяло холодком да с деревьев попадали листья.

Отец говорит сыну:

– Не разучилась еще твоя мать владеть оружием!

Только он это сказал, как в небе сверкнул Лотосовый меч и со свистом рассек белую дымку – испуганно вспорхнули с ветки два турача и помчались к востоку. В небе появился второй меч – он преградил путь птицам, и те повернули на запад. Но и там их встретил меч – с жалобным криком одна птаха повернула на северо-восток, другая – на юго-запад. А в небе засверкали тысячи мечей, со всех сторон света, и, не зная, куда им деться, бедные турачи подлетели к князю. Улыбнувшись, князь засучил рукава и схватил мечущихся птиц. И тут с неба спустилась на землю Хун и проговорила:

– Из-за этих варваров пришлось напугать бедных птах!

Потом повернулась к сыну:

– Подбери-ка опавшие листья да погляди на них!

Чжан-син взял несколько листьев и на всех увидел отпечатки меча.

Хун пояснила:

– Этот прием называется «Феникс клюет плоды», им пользуются в бою против многотысячного войска, когда нужно уничтожить всех без остатка. Есть и другой прием: «Паук опутывает бабочку» – в этом случае меч настигает врага, даже если он взлетит под облака или зароется в землю. Много лет училась я искусству владения мечом, но никогда своим умением не злоупотребляла и понапрасну крови не проливала, отец твой хорошо знает это. А у тебя еще нет опыта в ратном деле, потому запомни: если ты поддашься злобе или обиде и начнешь убивать людей с ненужной жестокостью, то тебя станут страшиться даже твои собственные воины, а это на руку врагам!

Верховный полководец дважды поклонился матери, благодаря за науку.

На третий день Чжан-син выехал в войско, император проводил его до южных окраин столицы и самолично подтолкнул его экипаж, сказав на прощание:

– Мы вручаем вам судьбу страны, возвращайтесь с победой!

Тем временем чуский князь Шэнь Хуа-цзинь, отправив два послания на высочайшее имя, ожидал подхода войска из столицы, но его все не было и не было. Правитель южных уездов доложил, что минувшей ночью в третью стражу более десяти тысяч варваров перешли рубежи княжества и окружили уездный город, так что положение сложилось крайне опасное. Князь велел немедленно созвать на совет всех приближенных.

– Южные уезды – сердце нашего княжества, –