Клады великой Сибири - Петр Петрович Дудоров

в море. Лишь только он коснется воды, вы нажимаете вниз этот рычаг. Моментально все крылья складываются и укладываются плотно на верхней поверхности сигарообразного алюминиевого корпуса. Тогда вы повертываете эти рычаги: один на пол-оборота, другой слегка, и благодаря этому начинают действовать винты корпуса. Теперь вы управляете уже не воздушным кораблем, а подводной лодкой. Вот эти винты – их четыре – служат для погружения и поднятия, а также и для управления. Тут – резервуар со сжатым воздухом, тут – мотор. Электрическая энергия добывается сама собою непрерывно на ходу, а силой для этого служит сила сопротивления воды во время хода.

– Дивная идея! – воскликнул незнакомец. – На какую глубину может опуститься лодка?

– Я думаю, на три тысячи футов. На дальнейшей глубине давление воды чересчур велико. В общем, это идея Наутилуса, соединенная с идеей воздушных кораблей. Через боковые и передние окна под водою все видно. Минная пушка стреляет сжатым воздухом, и ее снаряд, начиненный нитроглицерином, имеет огромную разрушительную силу, несмотря на свой малый калибр.

– Я покорю весь мир! – воскликнул незнакомец, сверкая глазами.

– Да, изобретение хорошее! – самодовольно проговорил инженер. – Но теперь я хотел бы ознакомиться с вашими планами, чтобы знать, что я получу за труды. Кстати, не помешает узнать, с кем же я, наконец, имею честь говорить.

Незнакомец нервно встал с места, несколько раз прошелся по комнате и, остановившись прямо перед инженером, пристально посмотрел ему в глаза.

– Поклянитесь мне, что никто не узнает той тайны, которую вы услышите от меня! – сказал он твердым, ледяным голосом.

– Клянусь честью! – воскликнул инженер.

– И моего имени вы не назовете никому?

– Клянусь – никому!

– В таком случае говорю вам, что знаю место, где скрыто многомиллионное богатство! Я владею тайной клада великой Сибири, и с вашей помощью я завладею им! Четвертую часть этого клада я отдам вам, а вы мне поможете отыскать его вашим изобретением и дадите возможность выполнить еще кое-что, про что я вам сейчас пока не скажу.

– Но кто вы такой?

– Вы узнаете это тогда, когда мы поднимемся на воздух.

– А чем докажете вы правдивость ваших слов?

– Для этого я и пришел.

II. Клад великой Сибири

Незнакомец опустился на диван рядом с инженером и заговорил:

– Я много испытал на своем веку, много узнал. Двенадцать лет подряд путешествовал по Азии, изучая главным образом китайский и индийский языки во всех их многочисленных наречиях. Страстный любитель путешествий по диким странам, я ухлопал на них почти все свои скромные средства. С дороги я часто посылал описания в разные русские и заграничные журналы, и гонорар мой клался в указанный мною банк. Признаться, я не рассчитывал на аккуратность издателей, однако когда я возвратился в Европу, то нашел на свое имя в банке около одиннадцати тысяч. Вместе с остатком собственных денег я имею теперь восемнадцать тысяч рублей. Но это между прочим. Два года тому назад я путешествовал по Центральному Китаю. К северу от города Чэн-Ду, в городе Лунь-Ань, провинции Сы-Чуан, лежащей по реке Ян-цзы-Кианг (Ян-цзы-цзян), наша экспедиция натолкнулась на одну из диких сцен Китая. Китаец Чи-Най-Чанг, старик лет шестидесяти, осужденный по проискам местного бонзы (священника), должен был быть распятым на стене судилища. Вы слыхали, конечно, про эту казнь?

– Нет, – ответил инженер, слушавший незнакомца с возрастающим интересом.

– Одна из самых зверских казней. Осужденного раздевают донага и намазывают ему все тело и лицо сладким маслом. Затем высоко в стену ввинчивают два кольца, на которых за кисти раскинутых рук распинают, то есть подвешивают, осужденного. Ужасные москиты, комары и мухи в одну минуту облепляют осужденного, и спустя день все его тело представляет собой сплошную разъеденную массу, не говоря уже о том, что суставы рук вывихиваются, а связки лопаются…

– Проклятый народ! – воскликнул инженер, вздрагивая всем телом.

– Да, они любят помучить людей! – ответил незнакомец. – Так вот, мы подоспели к судилищу как раз в ту минуту, когда старика намазывали маслом. Конечно, мы не имели права вмешиваться в дела китайского правосудия, но сердце не вытерпело. Бедняк был распят в семь часов вечера, а лишь только стемнело и двор судилища опустел, мы связали часового, сняли распятого и вместе с ним удрали из города.

– Браво! – воскликнул инженер. – И вы потом выпустили его в безопасном месте?

– Ничуть не бывало! – весело возразил незнакомец. – В настоящее время Чи-Най-Чанг, целый и невредимый, находится недалеко от вас. Когда он оправился от болезни и небольших вывихов, он кинулся мне в ноги и поклялся разделить со мною тайну, которой он владел пятьдесят лет, но постичь которую вполне не умел, и быть мне верной собакой всю свою жизнь.

– Привязанность дикаря!

– Да. Когда я покинул экспедицию, Чи-Най-Чанг поехал со мною. И вот однажды он позвал меня в ту комнату, где ночевал. Я вошел и увидел его совершенно голым. На мой вопрос: «Что это значит?» – он ответил: «Ты спас мою жизнь, а я дам тебе богатство». Тут он повернулся ко мне боком и поднял ногу. На внутренней стороне левой ляжки я увидел странную татуировку. «Когда мне было десять лет, – сказал Чи-Най-Чанг, – отец призвал меня и сказал: «Боги дали мне знание, и я знаю, где зарыто сокровище великой Сибири. Во всем Китае только я и бонза Да-Ха-То знаем, как открыть его. Это сокровище лежит в земле уже четыреста тридцать лет, но боги запретили его трогать раньше четырехсот восьмидесяти девяти лет, и поэтому ни я, ни мой дед не смели взять его. И вот из рода в род предки двух фамилий, которые знали это, вытатуировывали своим старшим сыновьям эти самые планы. Этим секретом в настоящее время владею я и бонза Да-Ха-То. Поэтому мы оба передаем его нашим старшим сыновьям. Я – тебе, а бонза Да-Ха-То – своему старшему сыну Лиу-Пин-Юнгу. Имей в виду, что планы, нататуированные у обоих нас, не совсем одинаковы. У тебя есть лишняя точка, а у Лиу-Пин-Юнга – лишняя черта. Поэтому один без другого вы не найдете клада. Но и с этими планами вы не достигнете ничего. Вам необходим третий план, достать который нужно в городе Чжан-Ша, в провинции Ху-Нан, славящейся своими шелками и огромными чайными плантациями. Город этот лежит на реке Сиян-Кианг, которая впадает в реку Ян-цзы-Кианг. Когда вы придете в этот город, дождитесь второй луны. В эту ночь войдете в храм Будды, стоящий как раз на берегу Сиян-Кианга. За вторыми воротами стоит дух зла, который охраняет, по приказанию богов, третий план. Но в эту ночь власть его кончится,