Крах и возрождение - Александр Вайс

— Алекс… мне… страшно, — поёжилась я.

— Мне тоже, девочка, — сказал он не громко. Мы подошли к лежащему на земле, частично осыпавшемуся вингбайку. В отличие от моего, этот куда крупнее, мог высоко летать, был быстрее и имел лучше щиты… и это всё что я могла о нём сказать. Он открыл багажное отделение, покопался в нём, вытащил аварийную сумку и инструменты. С ножом и обычным стальным мультитулом всё в порядке. Аварийный маяк и навигатор также рассыпались, зато «никому не нужный в наше время» компас цел.

Алекс вытащил из тайника под приборкой игломёт, пощёлкал им, но оружие также не отозвалось. А вот полностью магический пистолет запустил небольшой огненный шарик. Хотя толку от него. Только если сами резерв исчерпаем. Его предельная мощность сильно уступала игломёту, запускающему стальные снаряды… чем? Какими-то полями, вроде магнитными.

Уцелел и полностью магический фонарик с управлением не механических кнопках.

— Я бы хотел остаться на здесь и ещё наших поискать, но стоит срочно вернуться в штаб. Не нравится мне это, — сказал Алекс.

— А может… того человека… хотя бы похороним? — нерешительно спросила я. Что нам делать в такой ситуации?

— Там ещё могут остаться враги. Надо понять, что случилось, почему Танис не отзывается. Мы не можем тратить время, — строго сказал он.

Я нерешительно кивнула. Он старше и опытнее. Оставлять того человека в поле не хотелось… но иначе не выйдет. Мы спешно двинулись, кое-как сверяясь с направлением по компасу.

***

Мы с Алексом быстро покидали область с очень высоким фоном маны, которая теперь ещё и стала безжизненной пустошью. Пока неслась сюда на ховере, ища кого-то теперь забытого, не осознавала сколь велики разрушения. Ужасно воняет гарью и какими-то химикатами, но раз Алекс не беспокоится, значит ничего опасного. Пыль, хаотичные завихрения маны. Воздух даже немного мерцал после произошедшего здесь. Но тихо.

Сама по себе высокая плотность маны в воздухе мне может быть слегка опасна. Я ещё слабый маг, душа только начинает усиливаться от постоянного использования магии, но уже далеко не простой человек. Могу в таком месте провести много дней без вреда уже сейчас, но проблем вокруг много… и одна из самый страшных — психологическое давление.

Не знаю, когда в последний раз оказывалась в такой оглушительной тишине, нарушаемой лишь звуков наших шагов и дыханием. Кажется, даже своё сердце слышу. Всегда был шум трассы, рёв двигателей, гудение охлаждения и систем вентиляции, да хотя бы шелест листьев и звуки живой природы, когда в лесах была.

Но эта тишина пробирала до мурашек. Грохот боя оборвали, забрав оружие с такой силой, что, кажется, сломали руки. Кто мог такое сделать?

И это далеко не маленькая область… ох, хотя бы никакие существа сейчас с другого плана не выскочили, будет совсем скверно…

И тот человек, я его точно знала. Даже на каком-то уровне ещё помню, не просто так же слёзы из глаз полились? Разум отказывается понять, почему. Я видела много мертвых чужаков, но никто не вызвал такой реакции.

Мысли продолжали скакать с темы на тему, но всё время возвращались к потере памяти.

Других пробелов в памяти, кроме сложной техники и этого человека, не обнаруживается, как минимум пока. Память за последние годы и правда напоминает… даже не разбитое стекло, а разрозненные осколки, которые смели в сторону.

То есть этот человек был связан с произошедшем? Но как это возможно? Кто может стереть память и мне, и Алексу… Танис. Плавя Воли Танис.

— Алекс, а могла подобное сделать… эм… богиня Танис? — осторожно спросила я её апостола, который торопливо шёл с очень задумчивым видом, нарушая тишину лишь звук трущейся упрочнённой одежды. Очень красивый артефакт тоже пострадал. Бордовая ткань местами разрушилась и расползлась, но целостность вполне сохранялось.

— Стереть память… да. Она известна как одна из наиболее искусных в структурированной магии, — неохотно согласился он. — Но вот уничтожить технику там образом… Она рассыпалась в прах. Счёл бы это последствием силы Митиаса, ведь Госпожа с ним сразилась, но она не проигрывала. Да и слишком тонкое влияние, вообще нет смысла. Одна техника и артефакты сломаны, другие нет. Живые и мёртвые тела нетронуты. Если бы он смог атаковать нас, то, несомненно, убил бы. Но лишать нас транспорта и связи бессмысленно. И, видимо, не только нас.

Алекс начал много говорить. Сам с собой по сути, выплёскивая мысли. Но не стану его прерывать. Я и сама об этом думаю. Выглядит странно.

— Кроме того, Госпожа хоть и жива, но не даёт энергии и не отвечает. Это… волнует. В любом случае пытаемся отступить к ставке командования, если она ещё цела.

— Мы довольно далеко, — осторожно сказал я.

— И что ты предлагаешь, девочка? — вздохнул он. Опять он меня так называет! Я вообще-то уже совершеннолетняя! И не девочка! — Сидеть и ждать эвакуации? Так у нас маяки сдохли, тут опасная область и техника может быть уничтожена не только здесь. Мы сейчас направляемся к последней позиции Императора Юилея. У линкора должна быть высочайшая изоляция от магических воздействий, даже божественных. Ну а если она не помогла… он высоко не поднимался, может найдём там людей или что-то полезное.

— Угу… поняла, — кивнула я. — А как далеко, примерно?

— Около шестидесяти километров. Если постараемся, то за два дня дойдём с магией Жизни.

— Два дня по этой пустыне, — поёжилась я, оглядывая редкие торчащие обгоревшие деревья и высушенные стебли травы. Даже вдоль ручейка, что блестел впереди чуть ниже нас, стекая с едва заметного уклона холма, не было ничего живого. — Расстояния чувствуются иначе.

— Когда ты несёшься полторы с лишним сотни километров в час на ховере, ещё бы, — вздохнул он. — И что самое паршивое: почему я не помню, как он работает? Стирать память очень опасно, можно повредить личность или интеллект, но тут… я тут математические задачки в уме решаю или вычисляю формации и последовательности рун. Мне не повредили интеллект, я уверен.

— Та чёрная магия, — констатировала я. Скорее из интереса, что он ещё скажет и чтобы разговор не стихал. Оставаться в тишине наедине с шагами было… жутко. И ещё так два дня топать. Хорошо ботинки на мне вполне походные. Правда пыль такая, что уже из чёрных стали серо-коричневатыми, как и низ тёмно-синих брюк.

— Да. Всё небо. Я своим глазами не верил. Насколько видит глаз. Во все стороны. Чистые магические цепи, без рун или они были слишком мелкими. Оно было невообразимо сложным. Не представляю,