Меж двух миров - Павел Чагин

Услышанное повергло меня в шок. Неприятный холодок прокатился по спине… Меня только что предал самый родной человек. Я выдернул из шеи первый дротик, и тот, что воткнулся следом. Секунда — другая и Лили, сраженная своим же оружием, рухнула на пол. Она попросту не успела принять духовную форму. Три месяца безделья не прошли даром, как и общение с Рин Сан. Я кое чему научился.

— Вот, значит, к чему мы пришли… — констатировал я с сожалением. — За что же ты меня так, Варюша?

Венге, резко поняв, что к чему, бросилась к двери. Не знаю, на что она надеялась. Достать ее будет не сложно. Я стоял на своем месте, глядя в пол, и обтекал, образно выражаясь. Лорена сделала шаг назад и судорожно выкрикнула несколько заклинаний. Латынь она знала отлично. А вот меня, оказывается, совсем не знала. И сознавать это именно сейчас было невыносимо горько. На столько невыносимо, что злость и обида, сковывая рассудок холодом, полезли наружу из самых темных закоулков души. А ведь я, оказывается тоже ее совсем не знаю. Может быть и в прежней жизни она была иной, а я, как влюбленный дурак не замечал этого?

Лорена уже поняла, что совершила критическую ошибку. Проявив истинную сущность, она отрезала себе все пути к отступлению. Я вновь ощутил себя одиноким, брошенным и с дырой в груди. Так было когда меня впервые ранили. Разве что крови сейчас не было… только боль и то мерзкое состояние, когда отчетливо ощущаешь течение жизни. Каждое ее мгновение. Я рано обрадовался и доверился без оглядки той, кого считал роднее всех. Чью смерть в ином мире оплакивал долго и мучительно.

Более подлого предательства я представить себе не мог. Да, мы — это мы. Но действительность и обстоятельства совершенно иные, если не сказать — не реальные. С одной стороны, мы с Варварой неразрывно связаны пережитыми чувствами, и воспоминаниями. А с другой… оба мы уже не те, кем были раньше. Она первая перешла грань, поставив на чашу весов свою гордыню и свои чувства. Гордыня, к сожалению, перевесила.

Сначала Варя попыталась манипулировать мной при помощи Венге, и отчасти это получилось. Потом, поняв, что у меня есть свой взгляд на вещи, отличный от ее собственного, попыталась убрать, как фигуру с шахматной доски. А минуту назад, если вслушаться в заклинания, которыми сыпала королева, она опустилась до банального убийства. Быстро же Варя меня разлюбила…

Орсис возникла за моей спиной, стоило только подумать.

— Наша грозная королева совсем заигралась… Как мне поступить, Орсис? — спросил я в надежде получить готовое решение.

— Прости Торвик, но я не знаю… — Богиня удрученно вздохнула. — Решать тут только тебе.

— Ясно… Скажи, если убрать королеву из контекста… что здесь случится?

— Она ключевое звено. Равновесие будет нарушено, суккубы придут к власти. Анархия, невинная кровь, разврат, деградация… Все в этом духе.

— А если заменить ее на Венге?

— Это не поможет, Торвик. Другие отпрыски королевы тоже не спасут положения. Результат будет один, разве что варианты немного разные.

— А если откатить мир к моменту, когда Варя еще не стала вот такой? Натали, девчонки… все исчезнет?

— Натали останется, но прежней уже не будет. А вот остальные исчезнут безвозвратно. Я могу проследить, чтобы они родились, но личности сформируются заново. Теми, кого ты знаешь сейчас, они не станут. Прости, но здесь я бессильна.

— Что ты задумал…? — ужас и удивление смешались во взгляде Лорены.

— Орсис, ты сможешь переродить ее человеком?

— Это не сложно.

— Как ни жаль, но мир мечты не состоялся. Он давно живет по своим законам. Что ж… люди и демоны вправе сами вершить свои судьбы. Рано или поздно равновесие наступит, наверное. Правда, каким оно будет — большой вопрос.

— Желаете внести изменения? — привычно осведомилась Орсис.

— Придется… — я, наконец, взглянул в лицо Лорены. — Перенести сюда Варю было не лучшим решением. Посмотри, Орсис, что с ней стало…

— Ты это чего задумал?! — королева демонов, не сводя с меня глаз, медленно попятилась к двери, но Орсис заблокировала замки.

— Орсис, прошу, верни все как было.

— Прости, Торвик, но, чтобы королева переродилась, нужно ее умертвить, — напомнила Орсис.

— По другому никак? — голос мой дрогнул.

— К сожалению нет, — Богиня виновато улыбнулась. — Она ведь переродится…

— Да… умом я это понимаю.

— Способ не важен, — беспристрастно заверила Орсис. — Она ничего не вспомнит. Из памяти сотрется все до момента переноса.

— Она изменится?

— Да, но внешность можно исправить!

Решать нужно было сейчас. Охрана рано или поздно придет в себя. А Венге, должно быть, уже сеет панику.

— Прости за все, милая… — проговорил я, готовясь свершить немыслимое. — За Лорену прости, и за все, что пришлось пережить. Поверь, я этого не хотел. Больно не будет. Ты проснешься в прекрасном месте, где растет виноград и делают отличное вино. Всего этого ты не вспомнишь…

Взгляд упал на изящный клинок, подвешенный на стене. Я осторожно взялся за рукоять и обнажил его с легким благородным звоном. Судя по звуку, клинок сей не был праздным украшением. Идеальная кромка его полированного лезвия своей остротой могла бы поспорить с бритвой.

Поняв, что сейчас будет, Лорена зажмурилась. Это единственное, что она могла, ведь заклинание паралича и неприятия боли я уже прочел. Я знал, как все будет. Рин Сан тому доказательство. Сейчас, передо мной не было Варвары. Лорена уже поглотила ее. Но дрожь в руках не унималась.

Я сделал шаг и оступился. В глазах вдруг потемнело и ноги подкосились. Последнее, что я слышал, это звон падающего клинка и глухой удар об пол…

Поняв, что снова может двигаться, Лорена первым делом отпихнула оружие подальше.

— Витя? — она осторожно толкнула тело своим узким копытом. — Ты это чего?

Ей никто не ответил.

— Витя… я все поняла! — дрожащим голосом проговорила она. — Ну пошутили и будет… я же не со зла. Ну поспал бы пару дней, посидел в подвале недельку, подумал над поведением, и все! Вить, ну ты меня тоже пойми.

Снова в ответ тишина.

Присев рядышком, королева осторожно коснулась моей шеи.

— Не — не — не… так не надо!

Она дрожащими руками перевернула тело на спину и попыталась оказать первую помощь. Но только расцарапала грудь своими когтями. Смотрелось нелепо, но я этого уже не видел.

— Он мертв, — сухо констатировала Орсис.

Богиня застыла над ней безмолвно. Взгляд ее