Королевство. Ведьма для императора - Арина Теплова

— Мы пришли за этой девицей! Она наша!

Непонимающе Катарина уставилась на мужчину в темных дорогих одеждах буржуа, того самого, которого видела позади себя чуть ранее. За ним стояли те же двое монахов в темных сутанах, плащах в пол и капюшонах, скрывающих лица.

Гендерийские монахи, тащившие девушку, быстро остановились и вперили непонимающие взоры в незнакомцев.

— Мы поймали древесную ведьму, она принадлежит святой инквизиции! — тут же заявил брат Педро, сильнее стиснув ладонью запястье девушки. — Уйдите с дороги, сеньоры!

— Эта девица пойдет с нами, — вновь заявил грозно мужчина в черном и поднял голову.

От ледяного угрожающего взора его черных глаз Катарина почувствовала дрожь во всем теле.

— Кто вы такой, сеньор?! — не унимался монах Педро, нервно оправляя свою серую грязную рясу. — С чего это вдруг мы должны отдавать вам девку?

На суровом красивом лице мужчины с четко очерченными скулами появилось жесткое выражение. Он быстро откинул свой длинный плащ, открывая дорогой бархатный дуплет. Все увидели на его груди толстую серебреную цепь, а на ней большой медальон в виде восьмиконечной звезды с крупным закрученным знаком посередине.

— Я Диего де Лотарго. Инквизитор Арагонский, — произнес он свинцовым баритоном.

Окружающая толпа вмиг затихла, с интересом смотря на происходящее и даже забыв о помосте, где догорала сожженная ведьма.

— Инквизитор? — промямлил толстый монах Октавио и невольно отпустил руку девушки.

— Неужели один их великих инквизиторов Арагона пожаловал в наш забытый Богом городок?! — проверещала в благоговейном ужасе одна из торговок, стоящих рядом.

— Мы давно разыскиваем эту девицу, — продолжал чеканить Диего де Лотарго, даже не взглянув на тетку. — Она будет передана на суд святой инквизиции в Арагоне для выяснения ее принадлежности к темным силам. После чего оправдана или подвергнута наказанию, если окажется, что она ведьма. Мы забираем ее.

Понимая, что инквизитор не собирается отступать и явно настроен решительно, монах Педро, будучи посмелее, чем брат Октавио, отрицательно замотал головой и смело заявил:

— Нет, сеньор! — он указал пальцем в медальон на груди инквизитора и выпалил: — Я ни разу не видел католического Ордена с подобным знаком звезды!

Монах боялся того, что если сейчас они отдадут ведьму этим трем, то в их городке не будет выполнено и половины плана по ловле ведьм и ведьмаков за месяц. И маркиз де Трокемадо, наместник города, будет весьма недоволен ими.

— Давно ли ты был в столице королевства, монах? — прогрохотал инквизитор де Лотарго. — Что ты вообще знаешь об Орденах, невежда? Это знак святой инквизиции, которая подчиняется напрямую самому папе Ругрийскому!

— А вы не врете? — не унимался монах Педро.

В следующий миг инквизитор выбросил руку вперед, вытянув из ножен шпагу, висевшую на его бедре. Сделав умелый выпад, он вклинил холодное лезвие в тощую шею неугомонного монаха.

— Грязный червь! — процедил Диего и сильнее надавил острием на кожу на шее Педро. — Я должен оправдываться перед тобой, дохляк? Ты забыл свое место, грешник? Ты лишь презренный слуга инквизиции, а я ее глас и вершитель! Отпусти девицу и ступай прочь, пока я не объявил тебя пособником дьявола!

— Мессир, продырявьте уже этого наглеца, он точно служит тьме! Ишь как защищает ведьму! — грозно поддакнул де Лотарго, один из его монахов. Он распахнул сутану, под которой виднелись штаны и высокие сапоги и положил свою руку на эфес шпаги.

— Пощадите, не убивайте, сеньор! — в страхе пролепетал монах и зло зыркнул на Катарину.

— Продырявьте их обоих, святой инквизитор! — раздался крик из толпы, вызвав злорадное хихиканье вокруг. — У толстяка столько жира, что он даже не почувствует ничего!

Ища злобным взглядом в толпе того, кто это сказал, брат Октавио судорожно сглотнул и затрепыхался:

— Нет, будьте милосердны, не убивайте нас!

Понимая, что с этими сеньорами лучше не спорить, Педро отпустил Катарину и проворчал:

— Забирайте девку, ваше святейшество! — он сам подтолкнул девушку к грозному Диего Арагонскому. — Нам она не очень-то и нужна была, а вы сможете ее как следует разговорить, а то она вон как упирается, не хочет правосудия.

— Я не ведьма, сеньор, тот старик ошибся! — заверещала Катарина, понимая, что эти трое в черном точно не оставят ее в живых.

От их грозных мрачных взглядов она вся тряслась от страха. Она попыталась скрыться в толпе, пока инквизитор убирал свою шпагу, а тощий монах отпустил ее.

— Куда?! — воскликнул один из людей Арагонского и, немедля схватив девушку за длинные волосы, потянул к себе.

Катарина взвизгнула от боли, дернувшись за неумолимой рукой мужчины. Тут же на ее предплечье легла широкая ладонь в перчатке и хриплый голос Диего де Лотарго глухо отчеканил над ее ухом:

— Идем, девка!

Притихшая толпа расступилась, даже не собираясь препятствовать святому правосудию в лице инквизитора, вооруженного шпагой.

Жестко схватив девушку, де Лотарго потащил Катарину за собой. Она упиралась ногами, не желая идти, и отталкивала его руками, но он был так силен, что, даже не замедляя широкого шага, следовал дальше, оттого девушке приходилось бежать за ним.

— Куда вы меня ведете, мессир? Я ни в чем не виновата! — лепетала она.

— Поедем сначала в Картахену, проверим тебя на ведьмовство, — заявил властно Диего.

— Я не ведьма, сеньор. Вам показалось! Этот монах и старик обознались, — стонала Катарина.

— И правда, мессир Диего, смотрите, какие у нее темные волосы, — раздался позади них голос одного из монахов, сопровождавших Арагонского, которые следовали за ними по пятам. — А ведьмы сплошь рыжие.

— Бывают ведьмы и с темными волосами, про то написано в своде законов о ведьмах, — отрезал инквизитор. — Редко, правда. Зато глаза у этой больно яркие, чистой воды смарагд. Только ведьмы такие глаза имеют.

— Не ведьма я, клянусь, — трепыхалась в его жесткой ладони девушка, прекрасно зная, что она самая настоящая потомственная древесная ведьма.

Они уже вышли за пределы многолюдной площади и направилась к привязанным коням.

— Вот проверим тебя на картахенских веретенах, — объяснил Диего, на минуту остановившись и сверху вниз грозно взирая на бледное заплаканное лицо девушки. — Если не ведьма — отпустим.

Де Лотарго чуть помолчал, вновь пробегая взглядом по ее красивому лицу с правильными чертами: округлыми щеками, прямым носом и пухлыми губами.