Ясновидец - Юли Ко

И они задышали. Варя погрузилась в транс. Тело обволокло теплом, будто кто-то бережно накрыл ее шерстяным одеялом. Она потянулась к этому теплу, раскрылась перед ним, а потом почувствовала легкий удар в грудь. Почти незаметный, но болезненный.

— Не отдаляйся от меня, — раздался в голове приглушенный голос, и в ту же секунду она увидела перед собой лицо путника, исказившееся от боли. По щекам его текла кровь, глаза запали, а рот открылся в немом крике.

Варвара закричала, дернулась и упала на пол, ощутимо ударившись локтями. Ольхана повалилась следом. Так они лежали несколько минут, приходя в себя. Девушка чувствовала себя ужасно. Внутри разливался холод, начало знобить.

— Интересно… Очень интересно, — в шоке пробормотала ведьма, — у вас такая крепкая связь.

— Что?

— У вас с ним связь. С юношей. Прочная и сильная. Я видела нити исходящие от вас.

— Кто этот человек? Что ему нужно?

Ольхана села, скрестив ноги, замялась, подбирая слова.

— Ты же знаешь кто такие Ясновидцы?

— Только в теории. Наяву никогда не встречалась с ними. Это что-то на грани легенд.

— Не легенды это вовсе. Ясновидцев клеймят с детства и обучают в церкви искать ведьмам, чтобы потом отдать правосудию. А правосудие для нас одно-костер.

Варвара побледнела. То что их ненавидят в больших городах она знала. Также догадывалась, что есть специальные отряды для их истребления, но чтобы Ясновидцы… В деревнях люди были проще. Если ведьмы вели себя нормально и не вредили, то радушно принимали их, скрывая от городских отрядов.

— Ясновидцы используют руны, вырезанные на теле, — продолжала между тем Ольхана, — для того, чтобы ВИДЕТЬ. У них есть дар предвидения. Они видят будущее и могут погадать на картах, если попросят. Но их сила удваивается, если руны нанести на тело и окропить кровью. Он идет по твою душу, Варя. Кто-то специально послал его к тебе. Но так как ты поставила блок на сны и очень хорошо заколдовала избу, то он не может в точности понять, где ты находишься.

— Зачем я ему понадобилась?

Ведьма развела руками.

— Кому-то ты успела насолить.

— Я ничего плохого не делала, — она кашлянула, — может, моя мама… Она что-то сделал плохое, я не знаю. Я не помню своих родителей, потому что их убили. А мать сожгли.

— В таком случае, — Ольхана встала, подошла к шкафу и достала от туда пучок трав и бутылочку с синеватой жидкостью, — положи это возле порога.

Варвара кивнула.

— И вот еще что. Не хотела говорить тебе, но… Похоже, это будет важно в дальнейшем. Этот парень… У вас духовная связь.

— Духовная это какая?

— Судьба злодейка, знаешь ли. И сама выбирает нам пары.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Он может быть твоей истинной парой.

Слова прозвучали, как гром среди ясного неба. Почувствовав слабость в ногах, она сглотнула едкий привкус желчи и вышла.

Только на пороге избы она немного пришла в себя. Повертела в руках бутылочку, открыла её и понюхала. Синее содержимое пахло водой и солью. Пожав плечами рассыпала кристаллы перед ступенями и положила пучок трав. Василиса, вышедшая к ней, замерла, удивленно наблюдая за действиями сестры.

— Даже не спрашивай, — вздохнула Варя.

— Все настолько плохо?

— Судя по тому, что я услышала, да. И нам лучше уехать.

— Что? Куда?

— Куда-нибудь подальше от этого места. Желательно на запад. Уверена там есть… Небольшие деревни далеко от городов.

— Но… Мы привыкли здесь! И люди хорошие, не смотря на то…

— Что я ведьма? — горько усмехнулась Варвара, — Вася, на меня ведётся охота. И рано или поздно сюда заявился церковь.

— Да откуда тебе знать?!

— Мне истолковали сны.

Сестра насупилась, порываясь сказать что-то ещё, но Варя вдруг сощурилась.

— Чувствую, ты влюблена, — повела носом, — сладким запахло.

— Да ну тебя! — та демонстративно фыркнула, прошла мимо, легонько толкнула и направилась к соседской избе.

У Варвары тут не было друзей. Хоть жители радушно терпели их соседство, но близко общаться с ведьмой мало кому оказалось по душе. С Василисой дела обстояли куда лучше. С ней дружбу завели сразу три девки, а парни с интересом поглядывали в её сторону, не решаясь первыми заговорить.

Варвара не хотела лишать сестру всего этого, но иного пути не видела. Костёр самая жестокая мера наказания. И прочувствовать на себе огонь не входило в планы. Надо растопить печь и приготовить что-нибудь. Надо, но аппетит так и не приходил. Зато пришли названые гости. Оксинья, живущая напротив. Женщина долбилась в дверь так громко, что Варя поспешила открыть. Дверь-то потом чинить некому.

— Ох, Варя! Беда случилась!

Варвара скрестили руки на груди.

— Моему сыну плохо. Поди сглазил кто! Не посмотришь?

— Отчего же не посмотреть.

— Но денег нету у меня, — увидев, как мрачнеет лицо ведьмы, поспешно добавила, — но мясо есть и молоко. Отдам все, что есть.

Еда это конечно хорошо, но монетами все же получше будет. Вздохнув и отругав себя за доброту душевную, она пошла за Оксиньей. Сын её — парень красивый, жаль будет, если помрет.

— Вот смотри, кашляет и кашляет. Ничего не помогает. Даже отвар из крапивы.

Варвара зашла в комнату и сразу же чуть не отступила назад. Смрад смерти витал везде, облеплял стены и пол и тянулся к новоприбывшим. Парень лежал на узкой кровати поверх одеял и трясся, в лихорадке.

— Утром лучше было, — ахнула та.

— Закрой дверь и оставь меня.

Оксинья исчезла, оставив девушку разбираться с нечистью одной.

Она осторожно подошла ближе, коснулась лба и отдернула руку. Он открыл покрасневшие глаза и невидящим взглядом уставился в потолок. Тяжело задышал.

— Тише, тише, — Варвара села на колени, — кто тебя так? Ты помнишь кто это сделал?

Тот покачал головой. Изо рта тонкой струйкой потекла кровь.

— Вот же ж, — Варе пришлось прокусить палец, чтобы провести кровью по лбу юноши, и зашептала заговор. Кровь, капая на горячую кожу тут же сворачивалась и шипела, как разъяренная кошка.

— Кто тебя проклял…

Заговор не помог даже тогда, когда она начертила знаки на полу. Смерть ощущалась сильней и ближе. Парень затрясся и захрипел. А потом схватил её за запястье и утробно произнёс:

— Я знаю где ты и я приду за тобой.

И затих, блаженно растянувшись в счастливой улыбке.

Глава 2

Оксинья визжала на всю улицу, катаясь по полу и вырывая траву из земли. Варвара сама едва ли понимала, что происходит.

— Святослав, сыночек мой! Сынок! За что тебя! Зачем отобрали, — выла убитая горем мать, а потом вдруг внезапно замолчала и уставилась на ведьму.