Полёт Ночных Ястребов - Раймонд Е. Фейст

Паг встал с кровати и подошел к фарфоровой чаше с водой, чтобы намочить кусок ткани.

— Расскажи мне о своем сне, Паг, — предложила Миранда.

Паг принялся вытирать пот с тела.

— Я опять был ребенком. Я тебе уже много раз рассказывал о том случае, когда я едва не утонул на пляже. Меня тогда от кабана спас Мичем, помощник Кулгана.

— Сейчас мне не удалось убежать с побережья. Разыгрался шторм, и появились дасати.

Миранда оперлась на деревянную спинку кровати, которую много лет назад сделал для неё Паг.

— Сон был вполне четким и понятным, — произнесла она. — Ты же кажешься потерянным.

Глава 1

Братья

Мальчики ворвались в дверь.

Куры разбежались: в один момент они мирно клевали землю, выискивая рассыпанные зерна и случайных насекомых, а в другой — протестующе пищали и разбегались во все стороны, когда два мальчика пронеслись мимо и с громким ворчанием приземлились на деревенской улице.

Прохожим они показались шквалом кулаков, локтей и коленей, катающихся по земле, изрытой курами. Их удары были неэффективными, но искренними, поскольку каждый мальчик стремился нанести победный удар, не дав сопернику возможности ответить. В результате это больше походило на бессмысленную схватку, чем на серьёзную драку.

Мальчики были примерно одного роста и возраста — около шестнадцати лет. Темноволосый юноша был одет в бордовую тунику и кожаные штаны. Он был немного ниже, но обладал более широкими плечами и, вероятно, был сильнее. Юноша с темно-русыми волосами был одет в голубую тунику и кожаные штаны. Он был выше и быстрее.

Почти всю жизнь они воспитывались как братья и, как все братья, были склонны к мгновенным конфликтам. Оба были красивы: загорелые, с худощавым телосложением, приобретённым долгими часами тяжёлой работы и скудным питанием. Оба были умны, но в данный момент вели себя не слишком разумно.

Причина их конфликта поспешила за ними, сердито крича:

— Тад! Зейн! Прекратите немедленно, или я не пойду с вами на фестиваль!

Сражающиеся бойцы, казалось, не обратили внимания на её предупреждение, катаясь в пыли.

— Это он начал! — кричал темноволосый мальчик.

— Нет, не я! — возразил другой.

Девочка была их ровесницей. У неё были каштановые волосы, как у Зейна, и зелёные глаза, как у Тада. Она была умнее их обоих вместе взятых и, пожалуй, красивее всех в Звездной Пристани.

Вслед за Элли из дома вышла пожилая женщина с ведром воды и бесцеремонно вылила его на мальчиков.

Вскрикнув от неожиданного обливания, они отпустили друг друга и сели.

— Мама! — закричал светловолосый мальчик. — Зачем ты это сделала? Я весь в грязи.

— Иди и приведи себя в порядок, Тад, — ответила женщина.

Она была высокой и царственно выглядела, несмотря на простое домотканое платье. В её светло-каштановых волосах пробивалась седина, лицо было загорелым и морщинистым, но выражение его оставалось молодым. Посмотрев на смуглого парня, она добавила:

— И ты, Зейн. — Её карие глаза были весёлыми, но выражение лица — строгим. — Калеб скоро придёт, и мы уедем с вами, хулиганами, или без вас.

Мальчики встали, как могли, отряхивая с себя пыль, и тут женщина бросила им большую тряпку.

— Смойте грязь этим, а потом идите к колодцу и ополоснитесь! — напутствовала она. — Это одна из моих хороших кухонных тряпок.

Элли стояла и смотрела на нерешительных драчунов.

— Вы идиоты. Я сказала, что пойду с вами обоими.

— Но ты первой сказала это мне, — возразил Тад. — Это значит, что ты будешь танцевать со мной первой.

— Нет, не значит, — сказал Зейн, готовый возобновить потасовку.

— Прекратите! — крикнула пожилая женщина. — Выйдите и приведите себя в порядок!

Ворча, оба мальчика подчинились.

— Мари, почему они всегда дерутся? — спросила Элли.

— Им просто скучно, — ответила женщина, затем посмотрела на девочку. — Когда ты им расскажешь?

— Рассказать им? — Элли притворилась невежественной.

Мари рассмеялась.

— Тебе лучше рассказать им поскорее, девочка. Это плохо хранимый секрет, и они могут услышать об этом на фестивале.

Девушка нахмурилась и подняла брови, изображая отчаяние.

— Раньше мы были как семья, понимаешь?

— Всё меняется, — Мари оглядела город. — Когда моя семья приехала сюда, Звездная Пристань была ещё маленьким городком. Теперь он вдвое больше. Академия была наполовину закончена, а теперь посмотри на неё.

Элли кивнула, и они обе уставились на далекий остров на другом берегу озера.

— Я вижу его каждый день, Мари. Так же, как и ты.

Массивное здание возвышалось над островом посреди Большого Звёздного озера, как тёмная гора. Деревня, располагавшаяся на окраине Академии, теперь занимала всю северо-восточную часть острова. Там жили только те, кто служил в Академии магов. Город Звездная Пристань вырос вокруг паромной станции — сначала это была простая торговая остановка, а теперь — оживлённый центр торговли в регионе.

— Что ж, если Грэйм Ходовер похож на своего отца, то начнёт болтать, как только выпьет немного эля.

— А Тад и Зейн начнут кидаться кулаками, прежде чем кто-нибудь успеет их образумить, — добавила Элли.

— Так что лучше сделать это раньше, чем позже, — сказала Мари, приглашая Элли войти в дом.

Они шагнули в просторную однокомнатную избу, где было достаточно места для очага, стола и постелей на троих.

Как только они оказались внутри, Мари продолжила:

— Мальчики — твои лучшие друзья, хотя они сейчас это не осознают. Каждый из них считает, что влюблён в тебя, но это скорее соперничество, чем что-то серьёзное, на что стоит обращать внимание.

Элли кивнула.

— Я действительно люблю их, но как братьев. К тому же, даже если бы я захотела выйти замуж за одного из них, мой отец…

— Я знаю. Твой отец — самый богатый грузоотправитель в Звездной Пристани, а отец Грэма — единственный мельник, так что это вполне естественная пара.

— Я люблю Грейма, — сказала Элли. — По крайней мере, настолько, чтобы жить с ним.

— Любовь — это не просто романтика, как её представляют в сказках, — предостерегла Мари. — Отец Тада был достаточно хорошим человеком, но и у нас были свои трудности. Отец Зейна относился к его матери хорошо, хотя и бывал вспыльчив, когда выпивал. Брак — это в основном принятие как хорошего, так и плохого. Мама Зейна любила свою семью, несмотря на все их неприятности, и, поскольку она была моей лучшей подругой, было естественно взять Зейна к себе, когда они погибли. —