Мои турецкие ночи - Диана Ярук

— Давай, лови момент, пихает меня в бок подруга. Вон за тем столиком мужик на тебя давно поглядывает.

— Галь, он женат. В таком возрасте и с такой залысиной это стопроцентная гарантия. — Мужчина за соседним столиком замечает, что мы на него смотрим, подзывает официанта и что-то ему говорит.

— А вдруг разведён? — Галя снова отпивает из бокала. С тех пор как мне исполнилось двадцать девять, подруга сделала своей миссией выдать меня замуж. Перезнакомила со всеми друзьями мужа, с коллегами по работе, даже с инженером, который приходил устанавливать оптоволоконную связь! Каждый раз, отказываясь пойти на повторное свидание с её протеже, я создавала между нами конфликтную ситуацию. В итоге поставила ультиматум — или мы дружим без всякого сводничанья, или я всем рассказываю, как она, сидя подшофе в такси, наблевала в свой берет, а потом забыла и надела! На какое-то время это возымело действие, но сегодня Галя, похоже, взялась за старое.

— Я просто хочу встретить кого-то, кто хотя бы отдалённо был похож на мистера Дарси. Или на Эдварда Феррарса. Желательно в исполнении Дэна Стивенса. Или на Грэма из «Отпуска по обмену». Если бы сюда вошёл Джуд Лоу, я бы бросилась и повисла на нём, как обезьянка!

— Дурочка ты, а не обезьянка! Какой нафиг, Джуд Лоу в нашем Екб! Тебе нужен мужик более-менее обеспеченный, добрый и, желательно, сирота. Это основные правила успеха.

— Галь, мне бы немного романтики в моей жизни не помешало. Пусть чуточку приключений! А потом можно и за сироту.

— Вот тебе и романтика! — Восклицает Галя, когда официант приносит на наш столик бутылку «Вдовы Клико». Она хватает шампанское из ведёрка со льдом и радостно машет мужику с залысиной. Тот непонимающе хмурится. Через секунду ему тоже приносят заказ — графин водки.

— Подожди, я думала, это он нам подогнал, — растерянно хлопает ресницами Галя.

— Девушки, позвольте помочь вам откупорить шампанское? К сожалению, здесь не подают «Кристалл» и пришлось выбрать «Вдову», — раздаётся глубокий бархатный голос.

Я, как обычно, хочу отослать незнакомца вместе с его подношением, но Галка опережает меня и почти кричит «да».

— Извините за такой банальный подкат, — мужчина произносит слова с мягким акцентом. — Я настолько очарован вашей грацией, что совершенно растерялся и это первое, что пришло мне в голову. — Он ловко вскрывает фольгу, развинчивает проволоку, аккуратно вытаскивает пробку, и она издаёт тихое «пкххх», хотя я уже приготовилась зажмуриться.

— Позвольте представиться, меня зовут Хакан Шахин, я директор по логистике «Каан отомотив». — Мужчина отточенным движением разливает искрящуюся жидкость в бокалы, вручает их нам с Галей и поднимает тост:

— За царицу этой ночи и этого сердца! — Он прикладывает правую руку к груди и делает изящный поклон.

Глава вторая

Выпив шампанского, Хакан выдвигает стул и с извинениями присаживается за наш столик.

— Не хочу показаться назойливым, но я просто очарован вашей красотой, — обращается он ко мне. — Я не прощу себя, если не узнаю вашего имени.

— Её зовут Снежана! — быстро встревает Галка. — Но она предпочитает «Снега»! А я — Галина!

— Вам не нравится ваше имя? — поднимает брови Хакан.

Как иностранец, он, наверняка не в курсе интересных подробностей, связанных с тем, как меня зовут. В начале девяностых мама назвала меня "Снежаной", считая, что это изысканно и экзотично. Она и предположить не могла, что вскоре газеты будут полны объявлений с обещанием сладкой сказки от «Анжелы», «Вероники» и «Снежаны». Всё своё детство и подростковые годы я провела в драках с мальчишками, которые неистово дразнили меня из-за ставшего нарицательным имени. В нулевые салоны "Снежана" вроде как позакрывались, зато на телевидении появилась моя тёзка и по имени, и по отчеству, незабвенная Снежана Денисовна. Повезло же как раз тогда устроиться на работу учительницей ИЗО в начальной школе. Даже директор не мог удержаться от шуточки во время каждого педсовета.

Так что, если не хотите испортить со мной отношения, никогда, никогда не называйте меня полным именем.

— Снег — это так поэтично, — мечтательно говорит Хакан. — В те редкие случаи, когда в Стамбуле начинается снегопад, мы стараемся всё время проводить на улице, чтобы не упустить ни минуты этого чуда. А знаете, о чём я думаю, когда заглядываю в ваши глаза, Снега? О водах Босфора. В них самый красивый синий цвет, который успокаивает мятущихся и воодушевляет павших духом. Я никогда не упускаю возможности прокатиться на пароме по его волнам, если мне выпадает необходимость перебираться с азиатской части города на европейскую. Сажусь на открытой палубе и каждый раз восхищаюсь этой насыщенной синевой.

Хакан мечтательно улыбается, рассказывая нам о Стамбуле, а я искоса разглядываю его. Наверное, старше меня, скорее, ближе к сорока, чем к тридцати. Одет в дорогой, отлично сидящий на его ладной фигуре костюм. Рубашка белоснежная, а на ровно на два сантиметра выглядывающих рукавах поблёскивают золотые запонки. Кольца на безымянном пальце нет ни на правой, ни на левой руке. Нет и часто выдающей изменщиков белой полоски на коже. Чёрные волосы аккуратно уложены в стильную причёску. Трёхдневная щетина на подбородке оформлена в эспаньолку. Я не поклонница мужчин с бородками, но на Хакане она смотрится очень сексуально. Карие глаза обрамляют густые тёмные ресницы. Брови явно прошли обработку у специалиста — форма идеальная, лишние волоски аккуратно подщипаны. В целом, это очень ухоженный мужчина. Мне, уже давно вертящейся в сфере услуг красоты сразу видно, что уход за собой обходится ему в копеечку.

— Откуда вы так хорошо знаете русский язык? — наконец, решаюсь спросить я.

— Оо, я всегда был влюблён в русскую культуру, — улыбается мужчина. — Когда пришло время поступать в университет, я решил отправиться в далёкую и загадочную Россию, чтобы изучать литературу. Правда, отец категорически запретил идти в филологи и пришлось выбрать более прозаичную специальность. Я учился на финансиста в Уральском государственном университете путей сообщения. Влюбился в город, в людей, нашёл работу, чтобы бывать здесь почаще и вот, наконец, встретил вас, чтобы понять окончательно: Екатеринбург — самый прекрасный город на Земле. Нууу, после Стамбула, конечно, — подмигнув, говорит он.

— Это так мило! — расчувствовавшись, прижимает руки к груди Галка. — А мы живём здесь и не знаем, как тут, оказывается, хорошо!

— Оо, всё познаётся в сравнении, — ухмыляется Хакан. — По работе мне часто приходится бывать и в других городах мира. Если бы я ставил флажки на карте, отмечая страны, где я прожил хотя бы день, все более-менее крупные