Российский колокол №5-6 2021 - Коллектив авторов

Когда же дни лучистые,

питаю корни древ;

с лягушками и птицами

гутарю нараспев.

И только редкий, пристальный,

бродящий по лесам

художник скажет: «Истинно!..

Я так живу и сам…»

Легко земли касается

та самая река.

А сказка не кончается,

течёт, журчит слегка.

Севастополь-2020

Зачем была та страшная война?

Чтоб внуки продавали ордена,

штаны ремнём старинным подпирая,

стояли на краю, а не у края,

дедо́в припоминая имена.

– Мой – брал Берлин… За этого Орла

хотя бы пять!..

– Медаль за Севастополь!..

Дед – Марк Михалыч!.. Во война была!..

Мадам, купи!.. Ты зенками не хлопай!

Стою, смотрю, не знаю, что сказать.

Сыны Отчизны!.. Спорят, матерятся,

кто и на что сумел наторговать.

Аллея Славы!.. Стоит ли теряться?!

Идёт за рюмку дедово добро,

на хлеб, а что получше – на квартплату.

Как будто с треском вынули нутро

со дна могил, заброшенных когда-то.

Как будто бы залезли на чердак,

где в детстве, может, даже не бывали.

На барахолку, душу сжав в кулак,

снесли сегодня всё, что отыскали.

Кто на газету, кто и на бетон

кладут медали, фляжки, чашки, блюдца,

почтовый ящик (он из тех времён),

на нём – звезда, а продавцы смеются.

Хохочущим, им даже невдомёк,

как много раньше в нём бывало боли.

Шли похоронки, не жалея ног,

и письма шли о радости и горе.

– Газета «Правда», сорок пятый год.

Пятьсот рублей! Дешевле, мать, не станет!

Стоят сыны Отечества – народ.

Наглы и злы. И память их не ранит.

Я понимаю, если б их спросить:

– За что трофеи дедовы на водку?

Они б тотчас сумели возразить,

что пуст живот и жажда режет глотку,

что без работы всё, что есть, продашь!

А где её сыскать теперь, работу?!

– Ты, барышня, хоть, может, сотку дашь

за орден, что вручён военным флотом?

Стою… смотрю… Что можно им сказать?!

Героев Севастополя потомки

себя самих не в силах обуздать;

грубы, бедны, отчаянны и ломки!

Но слава богу, если с тех небес,

где все, кто за Победу в сорок пятом

шёл на войну, на бойню и на крест,

не видят этих новеньких солдатов.

Чудо

У неё глаза в печали,

сумки две по двум бокам.

Она плакала ночами,

тосковала по рукам,

по губам чужим, ненужным…

Дело было к сорока,

и никто не стал ей мужем

и любимым на века.

На трамвайной остановке

вышло чудо – вышел Он.

Посмотрел… сказал неловко:

– Я, признаться, удивлён:

как же вы баулы эти

сами можете таскать?!

– Надо ж жить на белом свете!

Счастье нечего искать!

Он, схватив её котомки,

до порога проводил,

приобняв, сказал негромко:

– Знайте: я вас полюбил!

– Разве вы один на свете?

– Да!.. Представьте!.. Я один!

– А жена была?.. А дети?..

– Раньше не было причин!

…Улыбнулись, посмеялись!

Вместе счастливо живут.

И ни разу не ругались,

и вина они не пьют.

И работают исправно,

а ещё (важней всего)

он – её любимый главный,

она – милая его.

И семью они создали

так, что миру не разбить.

Они так друг друга ждали,

что лишь вместе смогут быть.

Окно

Одно окно… Одно окно горит…

Моё окно горит и звуки множит.

О чём оно любимым говорит?

О чём оно сказать уже не сможет?

Мне хорошо, когда вокруг молчат:

в молчании и тайны, и приметы…

Бывает только грустно по ночам,

но я теперь не думаю об этом.

Горит окно!.. Горит моё окно!..

На целый мир, казалось бы, едино.

Мой свет горит – пускай вокруг темно,

мой свет горит – легко, неотвратимо.

Отец и сын

Отец болеет, значит, болен сын.

А сын болеет – и отец в несчастье.

И разный путь – а путь у них один;

и оттого не стоит разлучать их.

Отец и сын – кармическая связь!

И разве может в мире быть иначе?!

Один из них пытается упасть —

другой внезапной паникой охвачен.

У них сильнее линия родства,

чем их разлука или разобщенье.

В крови отца и сына есть прощенье,

лишь стоит им увидеться едва.

До этого, отца не помня, сын,

о том не зная, за него болеет.

Отец смеётся – сын смеётся с ним.

Сын влюбится – отец стократ полнее

почувствует и лёгкость, и печаль,

восторг и силы, в день войдёт иначе.

На них одна небесная печать.

И оттого не надо разлучать их.

Отец и сын счастливей и сильней,

когда они друг друга в мире держат.

А женщина?.. А что сказать о ней?..

Она – земля двух океанов между.

«И время не лечит, и солнце не сушит…»

И время не лечит, и солнце не сушит

открытые раны усталой души

(не верит, что будет когда-нибудь лучше,

что снова на свете захочется жить).