Интернет-журнал "Домашняя лаборатория", 2008 №2 - Журнал «Домашняя лаборатория»

Тангейт утверждает, что стал офицером сразу же после окончания средней школы и, проучившись год в Военном институте штата Виржиния, осваивал профессию летчика. Брэндон позвонил в этот институт, чтобы проверить, посещал ли Тангейг его. Отдел кадров ответил, что никто с такой фамилией никогда не обучался в институте, начиная с 1949 года. Секретарь отдела кадров даже «лично пролистал списки, чтобы установить, был ли кто-либо с такой фамилией отчислен из института, и его ответ был отрицательным».

Кроме того, Тангейт утверждал, что поступил в ВВС в 1951 году и стал офицером в двадцать лет. Люди, с которыми связался Брэндон, сообщили ему, что в соответствии с федеральным законодательством, никому в ВВС не давали офицерского звания до достижения двадцати одного года.

Как говорилось раньше, Тангейт утверждал, что ему дали так рано офицерское звание, потому что он обладал фотографической памятью и блестяще выдержал тесты. Брэндон сам посещал военный институт штата Виргиния в 1951 году. Этот институт расположен в Лексингтоне, его территория примыкает к университету Вашингтона Ли. Курсант должен пройти по территории университета, чтобы выйти в город. Решив, что стоит проверить «фотографическую память» Тангейта, о которой тот столько говорит, Брэндон задал ему несколько вопросов относительно географии института. Тангейт не смог вспомнить ни названия города, ни местонахождения университета Вашингтона и Ли. Не знал он и фамилии начальника военного института, который, как он уверял, посещал".

Когда Брэндон стал ему описывать вымышленного начальника института, то Тангейт стал утверждать, что он выглядел именно так. (Когда я придумал вымышленного офицера, который якобы был участником событий в Росуэлле, Тангейт, выступая перед телекамерой, согласился, что такой человек существовал.)

После происшествия в Росуэлле, военная карьера Тангейта, по его словам, была из ряда вон выходящей. Он говорил, что в 1952 году, когда он был пилотом во время Корейской войны, его сбили над территорией Северной Кореи. Он оказался в лагере для военнопленных, километрах в двадцати от китайской границы. Там он подружился с китайским офицером, который позволил ему руководить военнопленными и разрешал ему ходить, куда вздумается. Он сумел раздобыть достаточно много взрывчатки и взорвал казарму, в которой находилась охрана. Он повредил себе спину и шею, но 26 мая 1953 года чудесным образом сумел сбежать и дойти пешком до Сингапура. Там он сел на норвежский грузовой корабль и добрался до Сан-Франциско 16 (или 18) июня того же года. Кроме него, никто не сумел сбежать! (Комментарий: «Зачем комментировать? Читатель так же хорошо знает географию, как и я! Здесь мы с полковником от души повеселились!»)

Тангейт рассказал Брэндону о том, что среди служащих ВВС США он, возможно, имеет больше всех наград и, несмотря на его тяжелые ранения, продолжал летать самолетами ЦРУ в Юго-Восточную Азию, а самолетами «Эйр Америка» — во Вьетнам. (Комментарий Брэндона: «Он что — смеется!»)

В Корее и Вьетнаме Тангейт, по его словам, оказывал «наземную поддержку» морской пехоте. (Комментарий Брэндона: «Не дай Бог, если бы так и было!»)

Правильный термин, употребляемый в ВВС, — «поддержка с воздуха»; словосочетания «наземная поддержка» в военном лексиконе нет. (Комментарий Брэндона: «Интересно, что бы Тангейт сказал, если бы я ему заявил, что он никогда не служил в армии».)

К этому времени Брэндон пришел к выводу, что Тангейт — закоренелый врун. Он закончил свой доклад словами: «Есть и много всего другого. Это — тяжелый случай, но, по крайней мере, он никогда не сидел и не задерживался полицией. Нет свидетельств того, что за ним когда-нибудь велась слежка; видимо, полагали, что в этом не было никакого смысла. Судя по всему, Рик Тангейт был уверен, что он меня ловко обвел вокруг пальца. Кажется, что он безвреден, но малость не в себе. Поэтому дальнейшее расследование вряд ли имеет смысл, если только нет каких-то других обстоятельств, требующих дополнительной проверки».

Можно считать, что в настоящее время Тангейт избежал встречи с членами зловещей и мстительной организации, именуемой любителями НЛО «Люди в Черном». Считается, что эта полувоенная организация связана со сверхсекретным государственным учреждением правительства США. Теоретики НЛО убеждены, что это элитное подразделение создано для того, чтобы сберегать ревностно хранимые американским правительством сокровенные тайны о внеземном разуме. Мрачные фигуры, из которых состоит эта организация, появлялись не раз в показаниях очевидцев о наблюдениях НЛО и «близких контактах» с пришельцами. Они всегда появляются таинственным образом, обычно в машинах без номеров, для того, чтобы запугивать очевидцев и держать их под неусыпным наблюдением. Их отличительными особенностями являются устрашающее поведение; они всегда угрожают и запугивают, а их черные вертолеты без опознавательных знаков кружат вблизи от места посадки НЛО.

То обстоятельство, что Тангейт не смог представить какие-нибудь доказательства, подтверждающие его рассказ о случае в Росуэлле или его собственную деятельность, позволяет вычеркнуть его из списка надежных свидетелей. И все же удивительно то, что люди, встречавшиеся с ним, считали, что он — искренен и заслуживает доверия, а я почти оказался в этой же категории людей. Но до тех пор, пока он не сможет представить какие-либо свидетельства, подтверждающие его рассказы или повествования о собственных военных подвигах, его история не заслуживает никакого внимания.

В то время как параноидальные рассказы Тангейта об угрозах ему в связи со случаем в Росуэлле можно считать дымовой завесой, некоторые сообщения об угрозах, которым подвергались люди, заслуживают внимания, учитывая характер этих людей и их положение. К таким людям относятся дочь шерифа Уилкокса, Филлис Макгуаер, радиокомментатор и владелец радиостанции, Гленн Дэннис из похоронного бюро, дочка пожарника. Угрозы, которым они подвергались, были вполне определенными… но с какой целью они применялись — остается проблематичным. Если все дело с «летающими дисками» было вызвано неверно истолкованными природными явлениями, то возможно, что ВВС просто несколько перестарались в попытке направить людей на путь истинный. Если же дело было связано со сверхсекретным экспериментом, то возможно, что использование угроз было оправданным. В конце концов, авиабаза 509-го авиационного полка была единственной в мире, где хранилось ядерное оружие, а к 1947 году восторг от победы союзников растаял, уступив место недоверию и паранойе «холодной войны». Вполне разумно предположить, что к угрозам прибегали, а под горячую руку могли прозвучать и угрозы насилия и даже смерти. Это свидетельство, которое может быть весьма косвенным, показывает, что происшествие в Росуэлле носило более серьезный характер, чем заблудившийся воздушный шар, рассказ о котором использовался для прикрытия подлинного события.

Память о былых угрозах до сих пор продолжает тревожить граждан Росуэлла,