Детский сад. Книга 8 - Ульяна Каршева

Наверное, он эгоист. Просто раньше этого не замечал. Ну, кроме того случая, когда дрался с одичавшими оборотнями, когда драться не надо было… С того времени как за спиной оказались Мирт и Мика, он то и дело думает: будь он в этом лесу один, может быть, он давно бы выбрался из этого местечка. Ну… Если бы не надо было спасать братьев. Он бы пошёл за теми тремя, которые приковали его к капищу, и убил бы их. Убить легко: что — что, а некромагические силы собрать здесь можно в любом объёме, после чего послать смертоносное заклинание в спину его личным убийцам. И здесь он уверен, что имеет право бить в спину. С таким противником играют по его же правилам… А потом, когда они бы умерли, он так же легко снял бы с них информацию, где он находится и как отсюда выбраться. И выбрался бы… Но зов братской крови заставил его застрять здесь. И приходится тратить силы, выручая слабейших.

Мимо будто прошёл Джарри и усмехнулся: “Мой старший сын так жалок и слаб, что готов свалить вину за своё положение на братьев?”

Коннор чуть не споткнулся.

И тут его поразила странная мысль: почему — слабейших? Про Хельми, например, этого не скажешь. А значит, он, Коннор, просто более везучий?

… Углубившись в странные для себя размышления, видимо навеянные монотонным бегом или шагом, Коннор не заметил, что ливень ненадолго перешёл в более спокойный дождь, но затем рванул с новой силой. Впрочем, заметить какие-либо изменения сейчас стало трудно: по инстинктивным впечатлениям, наступила глубокая ночь. Так что тьма, будто лившая вместе с дождём с неба, в любом случае стала непроницаемой.

Коннор, поневоле застрявший на полпути к следующему капищу из-за решительно преградившего путь поваленного дерева, слишком длинного, чтобы обойти, уже несколько минут разбивал кулаками и ногами его податливый, мягкий от гнили ствол, когда неожиданно, а главное — почему-то сбоку услышал:

— О-о!.. О-о!..

Не сразу понял, что кричат его имя.

Отвернувшись от наполовину разбитого ствола, он бросился назад. Про себя удивлялся, когда это ребята успели отстать. Шли-то чуть ли не в пяти-шести шагах от него. И угрюмо подумал, что теперь трудно будет найти тот короткий путь, которым они следовали только что. А значит, он зря терял время и силы, стараясь пробить дерево не только необъятного обхвата, но и неимоверной длины. Хотя… Заставил себя пошевелить заледеневшими губами — прочитал заклинание “обратного пути”. Может, и сработает.

В густом ливне он здорово врезался пальцами ноги во что-то твёрдое и только зашипел от боли, как внезапно в трёх шагах от себя, слева, услышал плачущий голос Мики, явно стоявшего к нему спиной:

— Он нас бросил! Мирт, я больше не могу идти!

И заплакал в голос.

Даже ливень не мог заглушить этот отчаянный плач.

Поначалу оцепеневший, Коннор отступил на шаг, а потом закричал в холодную чёрную завесу дождя:

— Ми-ирт! Мика-а! Где вы-ы?!

— Коннор, мы здесь! — тоже чуть не плача, правда уже от радости, закричал Мирт. — Был такой страшный ливень, что мы немного потерялись и заблудились! Даже испугались немного! Ты, наверное, далеко ушёл!

Самый пронизывающий магический взгляд позволил Коннору подойти к братьям поближе. Первым делом он схватился за плечо вздрагивающего Мики — и в ответ чуть не получил удар “зонтиком” из бумбума, когда мальчишка-вампир попытался чуть скособочить его.

— Чего трясёшься, Мика?! — крикнул Коннор.

Мика, наверное, был единственным в их команде, кто мог сказать то, что думал, напрямую, без излишних реверансов с извинениями:

— Я замёрз и устал! — сипло выкрикнул он, продолжая вздрагивать. — Я больше не могу идти! И Мирт больше не может мне помогать, хоть он тебе и наврёт, что может! Коннор, давай посидим немного? Хоть чуть-чуть отдохнём, а?..

По инерции мальчишка-некромант хотел ответить, что они-то вдвоём всего лишь идут за ним, прокладывающим дорогу. И застыл с полуоткрытым ртом — теперь словно рядом прошла Селена, мимоходом спросив: “Думаешь только о себе?”

И мысленно оглянулся. Заклинание “обратного пути” сработало: он видел смутно светящиеся следы от своих ног даже сквозь струи дождя.

— Идите за мной! — велел он.

Мирт тут же шагнул к нему, но Мика уселся прямо в грязь и, снова разревевшись, замотал головой.

— Нет! Не-ет!

Коннор хмыкнул про себя и вздохнул. Наклонившись к младшему брату по крови, он прокричал:

— Мне говорить много не хочется, Мика! Там, впереди, большое дерево! Нам с Миртом понадобится несколько минут, чтобы продолбить в нём дыру! Как недавно мы с тобой сидели! Помнишь?! Отдохнём без дождя над головой! Согреемся! Слышишь?!

— Та-ак бы сразу и сказа-ал! — заикаясь, крикнул в ответ мальчишка-вампир.

Мирт помог ему встать. Коннор хотел отвернуться, чтобы начать возвращение к павшему стволу. Но с места Мика не сдвинулся, а торопливо принялся что-то делать с руками. Пришлось шагнуть к младшему брату и рассмотреть: Мика снимает с кистей повязки. Коннор ещё удивился: зачем? Да, раны мальчишки-вампира зажили, после того как Коннор напоил его своей кровью, но повязки могли бы и подождать. Или они мешают ему, наполненные водой? Но Мика не только снял тряпьё, но и поддёрнул его по длине — честно говоря, не слишком большой, в один узел связал кончики и протянул Коннору.

— Держи! А я буду держаться за другой конец!

— Зачем?!

— Чтобы нам не потеряться! — свирепо ответил Мика.

Его это успокоит — понял Коннор и кивнул, а потом сообразил, что в черноте ночного ливня его кивка никто не видел, и добавил:

— Хорошо! Буду держать!

Идти пришлось гораздо дольше, чем тогда, когда Коннор прошёл тот же путь в одиночестве: Мика постоянно спотыкался и падал, так что Мирт не выдержал и взял его на спину, замедлив этим живым грузом свой шаг. Но даже из-за спины мальчишки-эльфа Мика упрямо держал свою “верёвочку” и не собирался отпускать её. Когда добрались до ствола, в котором Коннор “прорубил” середину, Мирт усадил Мику на свой “зонтик” и помог взяться за второй — в качестве крыши. И подошёл к Коннору. Они осмотрели начатое вминание древесной гнили и договорились, каким образом создадут пещерку в этом стволе.

Коннор работал и всё время, оглядываясь на то место, где сидел невидимый Мика, думал о том, что сегодня, точней — прямо сейчас, младший братишка