Римские древности - Дионисий Галикарнасский

LXI. О том, что троянский народ по большей части принадлежал к эллинскому и некогда выселился из Пелопоннеса, отмечено у некоторых старинных писателей и будет поведано вкратце мной. Суть легенды такова. Первым царем в нынешней Аркадии был Атлант, обретавшийся близ Таумасийской горы[171]. У него родилось семь дочерей, которые ныне, как говорят, находятся на небе под именем Плеяд. Одну из них, Электру, взял в жены Зевс и произвел от нее детей — Ясона и Дардана. 2. Так вот, Ясон остался холостым, Дардан же женился на Хрисе, дочери Палланта, от которой у него родились дети — Идей и Деймант. В то время когда они, восприняв власть Атланта, правили Аркадией, во всей стране произошло страшное наводнение, равнины оказались залиты водой и на долгое время непригодны для земледелия. Людям пришлось жить на горах, с трудом добывая себе пропитание. Тогда по зрелому размышлению они пришли к заключению, что оставшейся в их распоряжении земли не хватит всем для прокормления, и разделились на две части. Одни из них остались в Аркадии, выбрав царем Дейманта, сына Дардана, а прочие, собрав пожитки, отправились в дальнее странствие из Пелопоннеса. 3. Плывя вдоль европейского побережья, они достигают Меланского залива и случайно пристают к какому-то острову близ Фракии — не могу сказать, был ли он ранее заселен или необитаем. И они наделяют его прозвищем, составленным из имен человека и места — Самофракия. Ведь островок относился к Фракии, а основателем колонии был Самон, сын Гермеса[172] и нимфы Киллениды, которая звалась Реной. 4. Недолго странники оставались на острове из-за тяжкой доли, ибо им приходилось бороться со скудной землей и бурным морем. Поэтому они, оставив на острове немногих поселенцев, в большинстве своем возобновили путешествие в Азию, где сделали основателем колонии Дардана (поскольку Ясон, как гласит молва, скончался на острове от удара молнии, ибо возжелал взойти на ложе Деметры). Сойдя с кораблей в Геллеспонте, они осели в краю, позднее названном Фригией. Идэй, сын Дардана, с частью воинства обосновался в горах, которые теперь в честь него зовутся Идэйскими. Там он воздвигнул святилище Матери богов и учредил таинства и празднества, кои справляются во Фригии и по сию пору повсеместно. Дардан же основал в Троаде город своего имени, поскольку выделил ему для этого землю Тевкр[173], отчего и земля эта в старину звалась Тевкрией. 5. Многие однако, в том числе Фанодем[174], написавший «Аттические древности», приписывали ему переход в Азию из Аттики в качестве правителя дома ксипетэев, и приводили немало свидетельств в пользу этого предания. А Тевкр, повелевая страной обширной, благодатной и мало населенной, охотно принял Дардана и прибывших с ним эллинов в надежде на союз с ними в войнах против варваров, а также чтобы земля не оставалась безлюдной.

LXII. Однако необходимо прояснить происхождение самого Энея; что я и сделаю кратким отступлением. Когда пришел срок скончаться Хрисе, дочери Палланта, которая подарила Дардану первых детей, он женился на Батиэе, дочери Тевкра. От нее родился у него Эрихтоний, который, как говорят, оказался благополучнейшим из всех людей, так как унаследовал власть от отца и деда по матери. 2. От Эрихтония и Каллирои, дочери Скамандра, произошел Трос[175], который и передал народу свое имя. От Троса и Акаллариды, дочери Эвмеда, родился Ассарак; от него и Клитодоры, дочери Лаомедонта, — Капис; от Каписа же и наяды Гиеромнемы — Анхис; а от Анхиса и Афродиты — Эней. А об исконных эллинских корнях троянского рода я уже сообщал.

LXIII. Существуют иные мнения разных авторов о времени основания Лавиния. Мне представляется, однако, более вероятными те, что переносят это событие на второй год исхода из Трои. Ведь Илион пал уже летом, за семнадцать дней до летнего солнцеворота и в восьмой день до конца месяца Таргелиона[176] по афинскому летоисчислению, поэтому в том году выпали лишние двадцать дней, наступившие после солнцеворота. В течение тридцати семи дней после падения Трои ахейцы, я думаю, расселились по окрестностям, приняли посольства от переметнувшихся к ним племен и обменялись с ними клятвами. 2. На следующий же год после падения Трои около времени осеннего равноденствия троянцы, с молитвами, снимаются с места, переправляются через Геллеспонт и, добравшись до Фракии, зимуют там, принимая в свою среду товарищей по изгнанию и готовясь к дальнейшему плаванию. С началом весны они из Фракии совершают промежуточный морской переход до Сицилии. Бросив там якорь, троянцы проводят лето и вторую зиму на острове, участвуя в заселении городов вместе с элимами. 3. Когда же открылся сезон мореплавания, троянцы покидают остров и направляются в Тирренское море. Наконец, в середине лета они достигают Лаврента на побережье племени аборигинов. Заняв местность, троянцы основывают в ней Лавиний на второй год после пленения Трои. И мое мнение об этом уже изложено выше.

LXIV. Эней же, устроив в городе святилища и другие живописные сооружения, большая часть которых сохранялась еще и по сию пору, в следующем году — на третий год от исхода — стал править одними троянцами. На четвертый же год, после смерти Латина, Эней принимает и его царство по причине как свойства по супружеству (ибо Лавиния стала наследницей Латина), так и ожидавшихся стычек с соседями. 2. Ведь от латинов вновь отложились рутулы[177], избрав себе предводителем некоего перебежчика по имени Тиррен[178], родственника супруги Латина Аматы. Тиррен порицал своего свойственника Латина за замужество Лавинии, потому что та пренебрегла узами родства, вступила в брак с чужеземцем, да и Амата подстрекала своего родича, нашлись также другие пособники. В результате Тиррен с возглавляемым им войском присоединился к рутулам. 3. Поскольку из-за этих козней разразилась война и жестокая битва, уже после смерти Латина, то Тиррена и всех прочих одолевают все те, кто был с Энеем. С этого момента Эней и принимает царскую власть, оказавшуюся у него ранее благодаря свойству. Процарствовав три года после смерти Латина, он погибает во время войны. 4. Дело в том, что рутулы единодушно двинулись против Энея, а с ними царь тирренов Мезенций, опасавшийся за свои владения. Ему было отчего беспокоиться, наблюдая за усилением и численным