Войны. Мир. Власть - Иван Степанович Алексеев

Однако все это на тему – зачем Вселенная нужна человеку. С другой стороны – зачем человек нужен Вселенной?! Что он в ней должен делать? Какова взаимосвязь? Пока она односторонняя, что называется, в одни ворота: Вселенная сделала человека, а человек все делает для себя.

Разве не удивительно, что наука до настоящих времен не ставила себе задачей рассмотреть все устройство и всю деятельность человека в неразрывной, совокупной, взаимной, двусторонней связи со всем устройством и всеми процессами Вселенной?

Между прочим, исходя из поведения человека на протяжении многих тысячелетий можно прийти и к такому жутковатому выводу: смысл жизни Человечества в том, чтобы, уничтожив эту давшую ему жизнь Вселенную, создать Новую Вселенную. Правда, может сил не хватить и отпущенного времени.

О друзьях, истине и удачах

Известна притча о философе Платоне. У него было много друзей. Под влиянием его же учения они стали говорить: “Платон мне друг, но истина дороже”. Платон задумался и решил отправиться на поиски соперницы-истины. Долго искал, а когда вернулся, друзья пили древнегреческое вино и пели древнегреческие песни. Усталый, грязный, постаревший Платон спросил: “Так кто вам дороже – друг или истина?” Друзья упрямо повторили: “Платон мне друг, но истина дороже”. – Философ вздохнул, снял с плеч мешок и вытряхнул на стол Истину. Звякнули разбитые черепки, пролилось вино. – “Ну?” – спросил Платон. Друзья мрачно молчали. Потом один сказал хмуро: “Уходи, Платон. Ты нам больше не друг”.

Вывод: есть большие сомнения, что истина обязательно кому-то облегчит жизнь или даже что она всем нужна.

Дурное, ошибочное понимание истины не уничтожает самой истины.

В. Белинский

Истину нельзя рассказать так, чтобы ее поняли; надо, чтобы в нее поверили.

У. Блейк

“Какая удача, какое счастье,” – восклицает поэт, написавший гениальный стих. “Чего ты радуешься, – пожимает плечами обыватель, – вот если б ты хорошую машину в подарок получил, а так – кому это надо”.

“Я завоевал всех”, – гордо объявляет император. “Все равно через сто-триста лет все это развалится, а сам ты скоро умрешь от язвы желудка, – усмехается мудрец, – все яства не съешь, во всех дворцах одновременно жить не будешь, всех женщин не перецелуешь, ты уже вообще импотентом стал в этих походах и волнениях”.

Все человеческие ценности условны, эмоции преходящи. Если же они кончились, то скорее всего и делать никто ничего не будет: мало кто захочет делать то, что необязательно, для выживания не нужно, не дает никакой радости, никакого удовлетворения.

Однако вернемся к важнейшему: для чего живет человек.

Есть ли радость в поиске смысла?

Говорят, обретение смысла жизни увеличивает силы, стимулирует к активной деятельности: человека вдохновляет, что от него тоже в этом мире кое-что зависит, имеет значение, желанно и нужно.

Один врач втолковывает другому: да ты что, у нас самая благородная работа в мире, пусть сами мы и грешные, но мы лечим людей, избавляем от страданий, спасаем от смерти. Когда я смотрю в глаза матерей, детей которых спас, я понимаю, что мы делаем прекрасное, необходимое дело, и в этом великий смысл нашей жизни! Второй ему горько возражает: но, может, те же спасенные нами или их дети будут помыкать ближними и доставлять им страдания – пороки мира исправить мы не в силах, и нет в нашей работе по большому счету большого смысла.

Кто прав? Оба правы. Кому легче? Тому, кто постиг почти непостижимое и от того наполнился радостью, а не печалью.

Единственная честная дорога – это путь ошибок, разочарований и надежд. Жизнь есть выявление собственным опытом границ добра и зла.

С. Довлатов

Выдающийся французский математик XIX в., основатель современной алгебры Эварист Галуа в ночь перед дуэлью спешно записывал математические формулы (не для себя, для нас) – то был великий принцип жизни двадцатилетнего ученого. И в этом смысле она удалась, хотя и оборвалась в том поединке.

Когда летчик сажает неисправный лайнер с сотней пассажиров, со смыслом жизни у него все в порядке. Наверное, с трудом справляясь со штурвалом, обливаясь потом от сверхнапряжения, он об этом не думает, но потом в каком-нибудь разговоре он может сказать: смысл в моей жизни есть, я для того, видимо, и был создан, чтобы в безнадежной ситуации спасти жизнь сотни человек.

У каждого свои ценности и счастье

Абсолютные ценности трудно найти. Если миллионер полагает, что его миллионы нужны только ему самому для хорошей жизни, то в один прекрасный день он может ощутить отсутствие смысла в своей жизни, и тогда в лучшем случае он отправится к психотерапевту и начнет принимать антидепрессанты, а в худшем – покончит с собой.

Если же он полагает, что он дал работу десяткам или тысячам людей, внес свою лепту в движение экономики, которая без таких, как он, пришла бы в упадок, тогда он имеет основания утверждать, что в своей буржуйской деятельности он нашел смысл своей жизни. Нервничает, инфаркт наживает, но для него лично жизнь его осмысленна.

Но если ты не можешь делать то, что тебе нравится – пусть тебе нравится то, что ты делаешь.

А как определить, сколько именно здоровья, денег и успеха надо человеку для счастья? Где мера?

Бессмысленное занятие, скажет кто-то: счастье у каждого свое. Кто ж этого не знает. Кому чего надо.

Страдающий от жажды в пустыне нашел полную канистру – а в ней спирт. Вот несчастье! Страдающий с похмелья алкоголик нашел канистру – а там вода. Вот горе! Им бы для счастья находками обменяться. Каждому свое.

Счастье – это только сон, а горе – действительность.

Ф. Вольтер

В принципе можно считать, что представление о счастье у всех одинаково. Как правило, счастье связывается с обстоятельствами внешними – здоровье, деньги, слава, любовь. Но одни и те же внешние обстоятельства одного могут радовать, а другого печалить.

Если это зависит от индивидуального количества потребных благ, кому сколько, то люди должны быть более-менее равно счастливы тем, насколько удовлетворены их реальные потребности. Вместо этого люди более-менее равно неудовлетворены тем, что они имеют, хотя уровень притязаний может быть разный. У всякого свое горе: одному еда не нравится, у другого бриллиант не так сверкает.