Таверна на прокачку 2 - Алексей Сокол

Я снова опустился на дно и оттолкнулся.

Слишком долго длится подъём, слишком медленно я выплываю. Лёгкие горели огнём, я чувствовал, что по телу идут судороги. Хотелось вдохнуть, но я понимал, что тогда я захлебнусь, а это верная смерть.

Поверхность приближалась, но в глазах темнело. Я больше не видел блики на волнах. Последним ощущением была вода, хлынувшая в горло.

И чья-то рука, вцепившаяся мне в плечо.

Сознание покинуло меня снова.

* * *

— Что здесь происходит⁈

Голос ударил по ушам, как раскат грома. Низкий, хриплый, грозный. Я узнал бы его из тысячи.

Это был Коготь.

— Ты что сделал, Коготь, зачем ты его из воды вытащил? — услышал я возмущённый голос Варвары.

— А ну стоять! — Я услышал тяжёлый топот сапог по песку. — Вы что, совсем рехнулись? Что устроили, я спрашиваю?

— Это ведьмино отродье, Коготь! — Варвара перешла на визг. — Он всех наших мужиков опоил и заколдовал! Его топить надо!

— Я тебе дам ведьмино отродье! — рявкнул Коготь так, что, кажется, вздрогнули даже ивы на берегу. — Я тебя саму утоплю, карга! Вы что натворили? Ему ещё ужин готовить!

— Не позволю! — взвизгнула Варвара. — Он у меня всех клиентов увёл! Все теперь к нему ходят, ко мне ни одна живая душа!

— Да потому что готовить надо лучше! — рявкнул Коготь.

— Он Сёмку заколдовал, — начал было Гришка, но его оборвал звук увесистой затрещины.

— Пошли вон! — ревел Коготь. — Все! Живо! Сапоги оставь, урод! Не твои! А увижу ещё раз рядом с парнем, так по заднице надаю, что неделю сидеть не сможете!

Я снова услышал топот ног. Следом визг и ещё одна затрещина, женский вопль, удаляющийся мат.

Я открыл глаза, мир плыл перед глазами. Грудь сдавило, и я скрючился, выхаркивая из лёгких воду. Отдышавшись, поднял взгляд.

Надо мной стоял Коготь, мрачный как туча, и дёргал узлы на моих запястьях. С него ручьями текла вода. Похоже, он прыгнул в воду прямо в одежде.

— Ну ты, парень, горазд проблем на свою задницу находить, — буркнул он.

Верёвка ослабла и упала на песок. Я потёр покрасневшие запястья.

— Спасибо, — сказал я. Голос показался хриплым и чужим.

Коготь не ответил. Протянул мои сапоги и дождался, пока я их натяну. Придержал за плечо, помогая мне подняться.

Меня мутило от речной воды, перед глазами плыло. Я пошатнулся, и Коготь подхватил меня.

— Что это было, вообще? — покачал он головой..

— Происки конкурентов, — ответил я.

— Совсем обезумели…

Вы проявили силу духа и смогли пережить смертельную опасность.

Укрепление тела +5

Коготь хмыкнул. Что-то мелькнуло в его глазах, не то усмешка, не то злость.

— Ладно. Идём сушиться. И тебя перевязать надо, эти идиоты тебе голову разбили.

Я кивнул и осторожно потрогал затылок. Тут же зашипел от боли.

— Сам идти сможешь?

Он отпустил меня, и я сделал пару неуверенных шагов. Затылок гудел, волнами накатывала тошнота. Коготь цокнул языком, подхватил меня под руку и повёл в сторону от реки.

И тут я вспомнил про панду.

— Где Ника? — хрипло спросил я и оглянулся.

Снова попытался ощутить её присутствие внутренним чутьём.

— Кто? — спросил Коготь сердито. — Не было тут никого, кроме идиотов этих.

— Панда… то есть кошачий медведь, — пояснил я. — Мой зверёк. Ты не видел её?

— Потом найдёшь, — буркнул Коготь и потащил меня дальше.

Но я вырвался из его хватки и крикнул:

— Ника!

Оглянулся, прислушался. Где-то на самом краю сознания ощутил слабый ответ, и сердце застучало чаще. Жива!

— Ника!!!

Спотыкаясь и пошатываясь, я двинулся обратно к берегу. Коготь, ругаясь сквозь зубы, последовал за мной. На песчаной полосе у берега панды не было. Я по наитию побрёл к ивам, которые купали листья в речной воде.

Я не переставал звать Нику и каждый раз чувствовал в ответ её отклик.

Наконец на корне у самой воды, я увидел мокрый и дрожащий от холода комок шерсти. Панда смогла выбраться из реки, но не убежала. Маленькая, перепуганная и обессиленная, она ждала, когда я тоже выплыву на берег.

Я подошёл, опустился на колени и протянул руку. Ника ткнулась носом в мою ладонь, и я ощутил её страх. Но она боялась не за свою жизнь, а за меня.

— Дурочка, я живой, — прошептал я, беря её на руки и прижимая к груди.

Она затихла, прижавшись дрожащим тельцем. И я почувствовал, что она успокаивается.

— Ну? — грубовато спросил за спиной Коготь. — Теперь мы можем идти?

Я поднялся на ноги и кивнул. Возвращение Ники словно придало мне сил, и я двинулся по тропинке уже без помощи Когтя.

Через несколько минут медленной ходьбы я спохватился и спросил:

— Зелье, что дал Антоний, где оно?

Коготь молча полез в поясной кошель и вытащил склянку. Целую. Тёмное стекло, плотная пробка. Он протянул её мне на раскрытой ладони.

— Я думал… — начал я и осёкся.

— Что думал? — Коготь посмотрел на меня исподлобья.

— Ничего. Спасибо, что принёс.

— Не за что. — Он отвернулся и зашагал к деревне. Потом, не оборачиваясь, бросил: — Я когда к Марии днём заходил, мы поговорили. Ей уже лучше, но она злится на тебя. Говорит, что ты слишком много на себя берёшь.

— Знаю, — устало согласился я.

— А я вот думаю, — Коготь помолчал, — может, и правильно, что берёшь. Кому-то же надо.

Я остановился. Коготь прошёл ещё три шага, прежде чем понял, что я отстал. Обернулся.

— Чего встал?

— Ты это серьёзно?

Коготь скривился, будто ему в рот засунули лимон.

— Не обольщайся, парень. Я по-прежнему считаю, что ты сопляк и лезешь не в свои дела. Но… — Он с трудом выдавил из себя: — Варить ты умеешь. И зелье я тебе принёс. А дальше Виктор разберётся.

Он развернулся и пошёл дальше, не дожидаясь ответа.

Странный день. Утром меня кормили комплиментами. Днём — обвиняли в колдовстве. Вечером — чуть не утопили. А спас меня человек, который два