Город белых куполов - Павел Чагин

Эстер где-то надыбала лютню, а Натали, к моему величайшему удивлению, принесла с собой флейту. Ой, что там началось! Венге от хохота чуть со стула не падала. Захмелев, да под музыку, Эва с Иолой устроили дикие танцы, забрызгав виноградом все стены вокруг. Я только и успевал, что оттаскивать полные ведра и подкидывать новые грозди им под ноги. Раз семь они устраивали передышку, сидя на краю чана и болтая ножками. Но когда я выгребал весь жмых и засыпал новое сырье, веселье неизменно продолжалось. Мелодии были однообразные, всего три — четыре мотива. Но вариации и темп исполнения значительно расширяли репертуар.

К вечеру второго дня, усталые, но довольные, мы ввалились в таверну. Взломав коробки, что Эстер прихватила со своих складов, мы вскрыли все деликатесы, которые нашли. Однако, большая часть из них либо испортилась, либо была уже в процессе.

— Ну вот… — чуть не плача всхлипнула Натали. — А я ведь ничего не готовила.

— Сейчас исправим, не переживай, — улыбнулся я загадочно.

— Как?

— Орсис? — обратился я в пустоту. — Ты не могла бы вернуть продуктам свежесть?

Ждать долго не пришлось. Под громкий свист и ликование, на стол посыпались дорогостоящие явства. Нашлось и вино, и коньяк, и ром, и даже шампанское. Ну, их аналоги в этом мире. Самой Эстер по вкусу пришелся вермут. Она по братски разделила его с Натали и Венге.

— Не думала, что делать вино так весело, — призналась Эва.

— А я не знал, что Натали играет на флейте.

— Правда? — удивилась она. — А говорил, что все про меня знаешь.

— Этот сюрприз был приятным, — признался я. — Должно быть родители обучали тебя музыке?

— В благородных домах это принято, сударь, — скромно улыбнулась она. — Но Эстер играет ничуть не хуже.

— Ну, так меня отец научил, — смутилась она слегка. — А матушка хорошо пела. Наш дом на отшибе, так что пошуметь мы любили…

— Кто-то идет! — насторожилась Венге.

И правда, снаружи послышались неуверенные шаги. В дверь постучали.

— Кто там? — спросил я.

Дверь скрипнула и на пороге таверны, оставляя за собой мокрый след возник капитан «Черного лезвия»

— Это я, рыба! — доложил он, отдавая честь.

— Да ладно… — вздрогнула Эстер. — Она тебя что, правда отпустила?!

— Мне стало интересно, и Шарк Раал стало интересно. Она не знает как живут люди. Хочет посмотреть, — он ткнул пальцем в свой большой жутковатый глаз.

Глава 12. Имя для капитана

Капитан рыба подошел ближе к столу и неумело поклонился.

— Кажется, нужно сказать, добрый вечер?

— И вам, капитан, — встав из за стола поклонился я.

— Можно вопрос, сир? — Капитан уставил на меня собственный глаз в то время, как акулий шарил по сторонам. — Все здесь?

— Все, кто прибыл за этим столом, капитан. Присоединитесь? — предложил я.

— Значит здесь враг… — ровно заключил капитан рыба. Его акулий глаз уставился в пустоту позади Натали.

За спиной скрипнула половица и барный стул зашатался так, словно его задели. В руке капитана мелькнул револьвер и прозвучал выстрел. Он сделала это молниеносно, наотмашь и не глядя за спину. Послышался звук упавшего тела и предсмертный хрип. Возле входной двери, очерчивая невидимы силуэт, быстро разрасталась кровавая лужа. Капитан сделал шаг и схватившись, а воздух, дернул его рукой. Сорвав невидимую пелену, он обнажил тело, содрогающееся в предсмертных конвульсиях.

— Венге?

— Нет, господин. Не стоит и пытаться. Я не смогу исцелить это тело. Взгляни на ее рану.

— Отличный выстрел, что тут скажешь… — я присел рядом и взглянул на шею. Пуля раздробила в позвоночник и порвала артерию. Передо мной ловила последние вздохи совсем молодая женщина. Лет двадцать, не больше. В глазах ее застыл не страх, но обида и отчаяние.

— Надо было ее допросить… Капитан, а вы не могли просто ранить?

— Пиратов приказано убивать, сир. Она выглядит как пират, одета как пират и пахнет как пират. Шарк Раал может ее съесть?

— Орсис! Почему ты не предупредила?! — я тихо выругался.

— Опасности не было, создатель. Предупреждать вас впредь? — беспристрастно осведомилась Орсис.

— Да, черт возьми! Ты можешь ее оживить?

— Без предварительной настройки системы это невозможно. Цикл перерождения уже запущен.

— Когда она переродится?

— Стандартное время одни сутки.

— Можешь сохранить ей память?

— Исполняю…

— А переродить ее здесь, как меня, в твоих силах?

— Необходим зарегистрированный обелиск.

— Так создай! — Я унял ненужное волнение и вновь обратился к Орсис:

— Скажи, а как появились храмы? Ты их построила?

— Храмы уже были, создатель. Они интегрированы в маяки. Но запрета на создание храмов и обелисков у меня, кажется, нет… — Орсис интонацией выказала удивление. — Создать маяк?

— Сделай… но небольшой. И обелиск там же, — я мысленно представил себе деревню и место возле горы. Орсис считала мои указания, и земля под ногами дрогнула.

— Шарк Раал видит странное! — всполошился капитан.

— Пусть она успокоится, это моих рук дело. Теперь у нас есть маяк.

— А что с ней? — Натали прощупала пульс девушки, но его уже не было. Губы ее посинели.

— Орсис, ее тело тебе нужно?

— Нет, создатель. Отдайте труп акуле, — ответил бесчувственный голос. — Этот трофей ее по праву.

— Можно забрать? — с робкой надеждой спросил капитан рыба.

— Забирай… твоя добыча.

С несвойственным ему проворством, капитан рыба схватил еще теплое тело, и оставляя дорожку из алых капель, выбежал за двери. Я мысленно приказал убрать кровь, и она тотчас превратилась в прах, растворившись в воздухе без следа. Натали отпрянула в сторону.

— Будто и не было ничего… — цепенея от страха проговорила Эстер.

— Кто это был? — спросил я запоздало.

— Разведчик, без сомнения, — Натали задумалась. — Но для пиратов такие накидки недостижимая роскошь. Я видела подобную вещицу лишь однажды, сир.

— Да хватит уже называть меня сиром! — вспылил я без причины. — Виктор мое имя!

— Виктор? — Натали медленно встала, темнея словно туча.

— Блин… Торвик, конечно же. Виктором меня звали раньше… в другой жизни. Я не со зла, прости, Натали. Не ждал, что такой вечер окончится смертью.

— Ты прав, вечер испорчен. Но враг — есть враг, — она развела руками. — Капитан сделал все правильно.

Пялиться на пустое место смысла не было, и мы снова расселись за стол. Каждый к своей выпивке. Первой тишину нарушила Натали.

— Торвик, зачем ты отдал ее этой твари? Похоронили бы по-людски…

— Верно, но ей уже все равно. Мораль такова, что у нас под боком дремлет хищный корабль, который питается плотью. Акула может не понять, за что у нее отобрали добычу.

— Тут он скорее всего прав, — подала голос Эстер. — Говорят, интеллект у акул как у пятилетнего ребенка. И обидчивы они как дети.