Вниз по течению. Книга 2 - Кирра Уайт

— Там осталось что-нибудь? — спросила она у Алексы.

— Не вижу, — прыснула Алекса. — Я такая пьяная, просто жуть! Не знаю, как к себе вернусь.

— А ты оставайся у меня, — она представила картину, как утром приходит Гай, а они валяются вповалку, и рассмеялась.

— Чё ржёшь?

— Представила, как наши наставники узнают, что мы зафрендились. Их удар хватит.

— Моя и так знает, — Алекса икнула, и закатилась от смеха.

Вот так-то… Всё-таки её подослали…

Мира ждала, пока соперница просмеётся. Очень хотелось протрезветь, но не получалось: комната "плавала", а стоило закрыть глаза, как перед глазами начинала кружиться темнота. И ещё сильно клонило в сон. Хотелось забить на всё и забыться. Она тряхнула головой, пытаясь согнать хмель, спросила:

— Значит, тебя Даяна ко мне отправила?

— Ага, — беззаботно подтвердила Алекса. — Ещё пить запретила. Сказала, надо быть с холодной головой.

Она зашлась от нового взрыва смеха. Мира тоже рассмеялась для компании.

— А про свидание тоже она тебе приказала рассказать? — спросила она.

Алекса уставилась на неё непонимающим взглядом.

— Ну, что у них с Гаем наладилось, — пояснила Мира.

Алекса мотнула головой:

— Рили наладилось. Чё я врать, что ли буду?

— Понятно.

Они замолчали. Мира закрыла глаза, и её будто закрутило на невидимой карусели — с каждым витком всё быстрее и быстрее, затягивая в центр. Та-а-ак, пора что-то делать. Это совсем никуда не годится, можно контроль над всем потерять. Она тяжело встала — комната накренилась под опасным углом — заставила себя выпрямиться и, придерживаясь за стену, направилась к лохани с водой.

— Э, ты куда? — пьяно возмутилась Алекса.

Мира махнула на неё рукой. Подойдя к лохани и вцепившись в её бока, задержала дыхание и окунула голову в холодную воду. Постояла так немного, чувствуя, как проясняются мысли, затем подняла. С волос на пол закапала вода — точно чьи-то маленькие ножки зашлёпали.

— Ты чё там делаешь? — невнятно спросила за спиной Алекса.

Повернув голову, Мира увидела, что соперница лежит на кровати, закрыв глаза. Её длинные худые руки свешивались на пол. Вытерев лицо ладонью, Мира подошла к девушке, села рядом на пол. Голова по-прежнему кружилась, но хотя бы ушла дикая сонливость.

— Я тут, — сказала она.

— Хорошо-о-о, — протянула Алекса. — Знаешь, чё я тебе сказать хотела?

— Что?

— Давай их обманем!

— Кого их? — Мира посмотрела на соперницу. В слабом свете лампы её лицо казалось заострившимся, обведённые тёмными кругами глаза запали.

— Наставников, хранителей, всех, — голос Алексы становился всё тише, а слова невнятнее. Казалось, вот-вот, и она уснёт.

— Как обманем? — спросила Мира.

— Зафрендимся.

— Мы ведь уже и так.

— А… Точно… — Алекса подняла руку, будто для рукопожатия, и тут же безвольно свесила её с кровати.

Мира ждала продолжения, но девушка, кажется, уснула. Её лицо приняло безмятежное выражение, рот приоткрылся, на белой шее чуть заметно пульсировала жилка. Глядя на неё, Мира вспомнила слова Гая: «Мне пришлось его убить. Надеюсь, тебе не понадобится поступать также. Гораздо лучше, когда с противником завершают его собственные кошмары».

Её охватила дрожь: неужели им с Алексой тоже придётся… Нет, нужно что-то придумать, постараться избежать этого. Что, если они просто откажутся убивать друг друга? Устроят игру по собственным правилам? Нужно будет поговорить об этом с Алексой, только на трезвую.

Неожиданно противница вздрогнула всем телом и, не открывая глаз, пробормотала:

— А знаешь, чего я боюсь больше всего? — спросила она.

— Знаю, — тихо ответила Мира. — Ослепнуть.

— Нет, ещё больше.

— Чего?

— Вдруг они врут нам, и отсюда нельзя вернуться домой. Чтобы не сделали — всё одно нельзя.

По её бледным щекам потекли слёзы.

Чувствуя, как зачесались от подкативших слёз глаза, Мира зажмурилась. Снова закружилась голова — так сильно, что перехватило дыхание. Её затягивало в водоворот, всё быстрее и быстрее.

…

Неподалёку раздавался голос Гая:

— Ещё раз спрашиваю, кто к ней приходил?

— Говорю же, не знаю! — жалобно воскликнул юношеский голос. — Я закрыл дверь на ключ и ушёл. Что было дальше, не знаю! Вы не приказывали, чтобы я караулил её всю ночь.

— Не приказывал, — проворчал Гай. — Ладно, иди отсюда. Или нет, подожди. Принеси-ка настойку поставина. Будем приводить её в чувство.

— А где? — начал юноша, но, тут же, осёкся и коротко сказал: — Сейчас.

Шорох, стук двери, быстрый удаляющиеся шаги.

— Вставай, — рявкнул Гай прямо над ухом у Миры.

Она испугано вскинулась, не удержалась на краю кровати и рухнула на пол, ударив локоть. Потирая ушибленное место, огляделась. Алексы не было, бутыли тоже. Гай стоял, облокотившись на стол и смотрел на неё… Ой, как нехорошо смотрел!

— Где взяла бухло? — спросил он.

Мира решила сделать вид, что не услышала. А потом, может, Гай передумает спрашивать… Надо попить водички. Господи, как же болит голова! Она встала, мысленно прочертила линию до корыта с водой и пошла, стараясь никуда не сворачивать. Но почему-то упёрлась лбом в закрытую дверь.

«Нужно сконцентрироваться», — сказала она себе и сползла по двери на пол.

— Где взяла бухло, я тебя спрашиваю? — рявкнул Гай над ухом.

Вздрогнув, Мира подняла голову. Он стоял, глядя на неё сверху вниз. Как он так бесшумно…?

— К-какое бухло? — сбивчиво спросила она.

Его взгляд размазывал по полу.

— А это… — пролепетала она. — Вчера с Алексой посидели немного.

— С Алексой? Посидели? — переспросил он, глядя так, что Мира отодвинулась. — Ты что, совсем дура?

Она отодвинулась ещё немного. Двигаться дальше можно было только сквозь стену. Мире было бесконечно стыдно за то, что перебрала ночью и не успела протрезветь, и за то, что сидит сейчас на полу, как алкашка у метро.

— От кого-кого, но от тебя не ожидал, — презрительно бросил Гай.

Мира молчала, прикусив губу.

— Ну, и что ты ей рассказала? — спросил Гай. В голосе звучала плохо сдерживаемая ярость.

— Н-ничего…

— Не ври.

— Правда, ничего! Что я совсем ненормальная? И вы это… зря ругаетесь. Встреча нужна была, чтобы узнать планы врагов…

— И как? Много узнала? — насмешливо спросил он.

Мира напрягла память. Что собиралась выведать информацию-бомбу она помнила, а вот, получилось ли это — нет. Более того, она не помнила, о чём сама рассказывала Алексе.

Удушливой волной накатили стыд и страх. «Ну же, вспоминай!» — приказала себе Мира.

Ха! Если бы это было так просто! В памяти появилась Марианская впадина, почти Бездна Челленджера. Последним воспоминанием были слова Алексы о том, что Гай и Даяна — муж с женой, и что у них свидание. Но не говорить же сейчас об этом!

Зачерпнув ладонью воды из корыта, Мира сделала несколько глотков, умыла лицо.

В комнату робко заглянул страж,