Заряна. Укрощаю любовью - Люсинда Миллер

Дом предков находился в этом городе и конный клуб. А сам я жил там же где и Заряна.

— Потому и предложил довезти.

Я улыбался своей маленькой победе.

— У меня нет выбора. Вези, — покорно согласилась и вышла за порог.

Мы вышли из дома, когда мартовское солнце стояло высоко в небе и грело как в последней декаде мая. И только спустя пять минут поездки в машине Заряна сообразила, что я ее развел.

— Ты мне соврал?! — накинулась на меня собакой.

Эх, детка, ты еще большего не знаешь. Но смолчу.

— Почему же соврал, — выдерживал строгость тона я. — Мой отчий дом в Черкесске. А сейчас я здесь живу, — повернул голову в сторону пассажирки.

— И все равно ты меня разыграл. Я и правда поверила. Ведь "Буцефал" находится на территории этой республики.

— Зато ты согласилась со мной на поездку. В любви как говорится все средства хороши.

— Хм, любви, с твоих уст звучит слишком пафосно и фальшиво. Скажи прямо: похоти.

— Откуда тебе знать о моих чувствах, а? — я начинал злиться.

Заряна все мои поползновения сводила к одной только интимной теме. И да, она тоже мною двигала, но не в том виде, что ей представлялась.

— Мы приехали, — я остановил авто напротив ее квартиры.

Вроде бы Зарянка сейчас проживала с бабушкой, а с матерью и отчимом были какие-то проблемы.

— Спасибо. До свидания, — попрощалась и хлопнула дверцей.

Я не удержался от последнего слова, крикнув в открытое окно:

— Тебе спасибо, Зарянка. Ночь была неповторимой!

На что она лишь подняла голову и закатила глаза в непритворном ужасе.

Глава 16. Приютил

Заряна.

Этой ночью мне некуда было идти. И снимать номер попросту не нашла время. Работы оказалось под завязку, чтобы обзванивать объявления на авито. Тем, что успела позвонить, оказались заняты или сдавали на четверо суток минимум. Обращаться к отцу я тоже не хотела, оберегая свою гордость. Если стану просить помощи у него, так никогда не стану независимой. А это с недавних пор стало основным желаемым в моей жизни. У коллег я уже не раз проводила ночь и не хотела обременять. Открыла список контактов и первым кто стояли в списке были Аглая и Амир. Подруга отпадала. Находясь на сносях, еще за меня ей переживаний не хватало. А Амир? Амир уже однажды уложил в свою постель. Правда я ничего не помню о том, что между нами происходило, но не смотря на стыд, после совместной ночи дискомфорта не испытала. Если предложить ему услуги домработницы, кухарки и барменши? Хотя бы на время, пока не подберу по цене себе квартиру. Набрала его номер и напряженно стала ждать ответа. На моё счастье, абонент ответил сразу.

— Надо же кому я понадобился! Неожиданно, — вместо приветствия прозвучало с уст Амира.

Я уже начала жалеть, что позвонила ему. Но, сцепив зубы от безвыходности, прямо спросила:

— Привет, Амир. Ты в городе сегодня ночуешь?

— Так-так, разговор мне уже нравится, продолжай, — издевался. — Да, в квартире.

— Один или…, — запнулась, боясь, что подтвердится моя мысль и тогда я просто останусь на улице. — С кем-то?

Затаилась в ожидании ответа.

— Ну и вопрос, удивила. Желаешь повторение недавней ночи, только по — трезвому? Ты же не пьяна сейчас, а Зарянка?

Амир умел давить на ахиллесову пяту, но я упорно не поддавалась на его подразнивание. Почему просто не спросить о причине, по-человечески, а не подтрунивать надо мной? Негодяй. Захотелось нажать отбой и удалить контакт из списка. Но мой инстинкт самосохранения призывал не сдаваться и идти к намеченной цели: мягкой, уютной постели. Ничего большего и лишнего. Только человеческий сон.

— Нет, Амир, я трезва. Просто мне некуда идти сегодня ночью.

Сказала и закрыла глаза от стыда, что приходится унижаться и просить его. Чувство незащищенности, ненужности и тупика охватило грудь в тиски, не давая полностью вздохнуть. Валиев видимо от моих слов выпал в осадок и замолк. Секунд десять длилась пауза и мне показалось, что связь прервалась или он раздумывает как мне отказать, но нет, заговорил.

— Ты где, в клубе?

— Да.

— Я приеду за тобой. И без глупостей, Зарян, окей?

— Спасибо, Амир.

Амир.

Звонок от Заряны порадовал и вопрос о ночлеге у меня прокатился сладостным волнением в душе, эхом отдавая в чресла. Картинки сплетенных тел на постели, разнообразные позы, вздохи и стоны замелькали перед глазами. Но причина, что она озвучила, спустила с небесных высот на землю обетованную: ей попросту необходим был ночлег. Я не знал о ней многого и почему она позвонила именно мне удивило. Но и польстило. Девушка мне доверяла. Приятно. И теперь моя афера с якобы переспали грызла стыдом и давила на признание. Нет, не сейчас. Не сегодня, позже. Иначе доверять перестанет, а я еле заполучил его и то благодаря ее бытовым трудностям.

Сорвался с "Черкесских терм", торопясь успеть застать девушку на рабочем месте, опасаясь, что кто-то другой перехватит ее на ночлег. Уже за то, чтобы она находилась на моей территории, готов пожертвовать своим покоем.

Воительница сменила образ на послушницу и скромно стояла на крыльце "Козодоя" в ожидании спасителя в лице меня. Я усмехнулся. Покорная она мне нравилась больше, хотя и заводила со страшной силой своей строптивостью и дерзостью. Припарковав свой чернильный Мустанг напротив крыльца, не выходя из салона, крикнул:

— Зарянка, твой такси прибыло.

Девушка окинула взглядом машину, не узнавая меня сразу. Спустилась по ступеням и заглянула в открытое окно. Обойдя машину спереди, еще раз посмотрела на логотип "бегущий мустанг" и покачала головой, будто не веря, что за рулем я.

— Не хилое такое такси, — произнесла, залезая в салон. — Ты "жеребца" одолжил? — спросила, повернувшись ко мне лицом.

— Почему это одолжил? Он мой, — удивленно поднял брови. — Такому жеребцу как я, под стать и лошадь, — подмигнул самодовольно и рассмеялся своей шутке. — У меня две машины. Одна для повседневных перевозок, другая девочек выкатывать.

Специально сказал так, чтобы позлить. Не так уж и часто катал. Хотя желали они меня зачастую именно из-за тачки, а та, что я желал, лишь скривилась от недовольства. Не впечатлял ее ни я, ни мой конь.

— Мажор! — сказала пренебрежительно и отвернулась к окну.

— Надеюсь, ты меня причислила к офицерскому званию у вооруженных сил Франции, иначе я обижусь и высажу тебя.

Заряна резко обернулась в испуге, поверив в мою угрозу. Но и я не желал терпеть ее