Путь воина: Неофит - Людмила Перова

— Да ничего. — успокоила его девушка. — Я потерплю.

Гордей кивнул, он достал свёрток и разорвал платок, в котором Маженна хранила еду на две части и перевязал её руки.

— Когда я смотрела на то, как ты весишь связанный, то тоже поняла, что опутана невидимой верёвкой. — призналась девушка. — Но я не могла перерезать её сама.

Маженна чувствовала, как с каждым высказанным словом у неё исчезает чувство тяжелого кома в горле.

— Гордей, я не могу вернуться в деревню. Возьми меня с собою!

— Но ведь ты ненавидишь меня!

— Раньше ненавидела, но не теперь.

— Но ведь я…

— Пожалуйста! — взмолилась девушка. — Что мне делать если ты откажешь? Я одна! Я совсем одна в этом мире.

Маженна опустила голову, последнее время она так часто плакала, что слёз уже не осталось, только горечь.

— Я тоже. — тихо произнёс Гордей.

— Тогда ты должен знать, что я чувствую.

Гордей покачал головой.

— Но я не смогу сделать тебя счастливой. Я приношу только страдания.

— Гордей, мы оба одиноки, а страдания — это вся моя жизнь. Но если мы будем друг-у-друга, возможно нам больше не придётся страдать.

Глава 9

На холме окруженный земляным валом стоял белокаменный замок — Соловьиная крепость. Это было маленькое, но очень хорошо укреплённое городище с рынком, военной казармой, старинной библиотекой при школе рунического письма и населением в три тысячи душ.

Соловьиная крепость стояла на распутье трёх дорог: одна дорога вела к перевалу через Синие Горы, вторая к торговому городу Мэн, а третья к переправе на Артос. Каждый, кто хотел посетить столицу должен был пройти мимо Соловьиной.

Староста Ивека знала об этом не хуже других. Пускай неблагодарная Маженна и этот паскудник Гордей сбежали из деревни, куда бы они не решили направиться их путь будет лежать мимо крепости.

Ивека желала мести, эти двое сильно разочаровали её и староста не пожалеет ни сил, ни денег, что бы наказать предателей. Ивека знала, к кому обратиться, она снарядила повозку, запрягла в неё самую быструю лошадь, усадила Рыся на козлы править, а сама кряхтя и охая забралась внутрь повозки.

Около полудня Ивека уже была в крепости. Её повозка подъехала к большому жёлтому дому на центральной улице городища.

Ивека выбралась из повозки, на ней было её лучшее бархатное платье, с меховой оторочкой, на шее висели тяжелые коралловые бусы, а кисти рук были украшены серебряными браслетами. Выбравшись из повозки, Ивека накинула на голову и плечи расписной шёлковый платок. Подошла к крыльцу желтого дома, позвонила в колокольчик и стала ждать пока ей откроют.

На звон колокольчика к гостье вышла ладная рыжая деваха с весьма объёмной и крепкой грудью под тонким платьем василькового цвета. Большая грудь контрастировала с тонкой талией, которую перетягивал зелёный широкий пояс.

— Вы жена господаря Роньи? Хозяин дома? — поинтересовалась Ивека.

— Я их служанка. Дома, где ж им быть, после отстранения то? Чего изволите?

— Желаю увидеть господаря дознавателя. Передай, что к нему приехала староста из Белых Лип, Ивека.

— Добро. Ожидайте. — девица хлопнула дверью и поспешила докладывать.

Второй раз дверь перед Ивекой распахнул уже сам хозяин дома. Он был в несвежей рубахе навыпуск, а в руке у дознавателя был полупустой кувшин пива. Бравые солдатские усы обвисли, а подбородок покрыла неопрятная щетина.

— Вот уж кого не ждали, а вас черти принесли! — пробурчал дознаватель, он снова был немного пьян. — Чего припёрлась?

— Дело есть, на четыре монеты золотом. — язвительно ответила Ивека.

— Пошла прочь, старуха, я тебе ничего не должен! — рявкнул Ронья и уже начал закрывать дверь, но Ивека толкнула, не трезвого мужчину в грудь и сама вошла в дом.

— Я не просить пришла, а предложить тебе четыре золотых, за то, что ты поймаешь Гордея и мою бывшую невестку Маженну.

Ронья рассмеялся хрипло и искренне.

— А что, этот щенок опять сбежал?

— Сбежал. — зло выплюнула Ивека и прихватил с собою Маженну. Я заплачу четыре золотых тебе если ты принесёшь мне головы их обоих.

— Четыре золотых за две головы? Мне кажется, ты совсем не умеешь считать, карга. Десять. — Ронья отхлебнул из кувшина.

— Десять — это очень много. Восемь и по рукам. Идёт? — Ивека плюнула себе на ладонь и протянула её для пожатия дознавателю.

Дознаватель нахмурился, пустым взглядом посмотрел на пенистый харчок на руке старухи, потом сплюнул на свою ладонь и пожал протянутую.

— Идёт. Восемь золотых за две глупые молодые головы.

Гордей поднял Маженну на руки, перешёл в брод ручей и опустил девушку на мягкую траву. Они двигались очень медленно, но всё равно вскоре Маженна совершенно выбилась из сил и попросила Гордея о привале.

— Подожди, сейчас я принесу тебе попить.

Девушка кивнула.

Гордей вернулся к воде, зачерпнул полные пригоршни, напился сам и набрал воды для девушки. Донести удалось чуть больше половины, но и этого хватило что бы немного утолить жажду.

Сейчас Маженна восстановит силы и они продолжат путь, к вечеру Гордей надеялся добраться до Соловьиной крепости. Они не приближались к большому тракту, идя поверху, по холмам и Гордей надеялся, что так они не привлекут к себе внимания чужих глаз. Наверное, их побег устроил большой переполох в деревне, возможно уже сейчас их ищут в окрестных горах.

— Ты уже подумала, куда бы хотела отправиться дальше? — спросил юноша.

Маженна покачала головой.

— Сначала я хотела в Артос, что бы посмотреть в глаза Любомиру, но теперь поняла, что это напрасно. Наши судьбы разошлись, а может никогда и не были связаны. Наверное я выберу Мэн, я слышала там всегда требуются работники на кухне при храме Лада.

— Ты хорошо готовишь, они обязаны дать тебе работу. — согласился Гордей.

Они немного помолчали и, тут Гордей рассмеялся.

— Ты чего? — пихнула его в бок Маженна.

— Знаешь, стоит кому-то заговорить о еде, как я тут же хочу есть. Побудь здесь, я поищу грибов или ягод. Тебе надо подкрепиться, что бы дойти до крепости.

— Ладно. — согласилась Маженна. — Мне тоже есть захотелось стоило только вспомнить о кухне.

Гордей пошел вдоль ручья, прежде чем скрыться из виду он крикнул:

— Я скоро, никуда не уходи!

Гордей и не подозревал, что этот крик вспугнёт стайку птиц на деревьях у дороги, по которой как раз проезжал поисковый отряд людей вместе с дознавателем Роньей.

Оставшись одна, Маженна, разбинтовала руки, кровавые следы от верёвки воспалились и ныли. Маженна попыталась подняться. У воды рос куст змеевика и девушка