Этот русский рок-н-ролл - Александр Рыжков / Тарантино

«Медблок, не иначе. Карболку, абы - где, лить не будут».

- Лицом к стене.

«Три полста первый» привычно замер, мозоля зрачками бетон, а конвоир нажал кнопку звонка.

За двойными дверями обнаружилась комната с керамическим полом и панелями из агломерата на стенах. Звук вяз в них ватой, становясь глухим, будто в ковровой лавке. Тупиковое помещение не имело окон, но воздух был свеж, без привычной тюремной вони. За столом, перед монитором, сидел человек и «втыкал» в экран сквозь толстые линзы очков. «Моргающие» светодиоды малевали на белом халате сидящего затейливую «цветомузыку». Даже Индеец не сразу понял, что к чему.

Рядом с приборной коробкой крутился настольный вентилятор и дул на какой-то сложный физический интерфейс.

«Уйма портов и клубок проводов с концевыми датчиками...»

- Присаживайтесь, - человек в очках указал рукой на кресло, не отрывая взгляд от монитора. Индеец так и сделал, зажмурил глаза и отдался кожаной роскоши, стоявшей спинкой к экрану.

«Иди ж ты... Такое только для начальственных жоп!»

- Снимите робу. Обнажите торс и руки, - голос за спиной начал инструктаж.

Стянув одежду через голову, «три полста первый» обнаружил белохалатного, стоящим прямо перед креслом. Его руки, обтянутые перчатками, держали склянку с чем-то прозрачным и кусок ваты. Пахло спиртом.

- Будет укол? - недоверчиво поинтересовался арестант.

- Вопросы задаю я. Вы отвечаете односложно. Я понятно для вас говорю?

- Безусловно.

Очкастый принялся разматывать провода и ставить присоски на индейское тело.

«Полиграф! Так вот зачем они ополовинили мою пайку! Исключить излишний эндогенный алкоголь. В интернете процесс показали не столь мудрёно».

Арестанта готовили к допросу на детекторе лжи. Эндогенный алкоголь всегда имеется в крови после обильного приёма пищи. Закончив устанавливать датчики-присоски, белый человек подкатил микрофонную стойку на колёсиках. Микрофона не было. В держателе матово светился продолговатый прибор.

«Ох ё... Ёмкостный датчик! Такие фиксируют изменение объёма. Они что, и поверхностное дыхание будут рисовать?»

- Расслабьтесь, откинувшись на спинку кресла. Руки свободно положите на подлокотники. Расслабьте также мышцы пресса и мимические мышцы, - халат продолжал бубнить инструктаж, фиксируя матовый датчик совсем близко от грудины. - Всё понятно?

- Да. Мимические мышцы. Те, что на лице.

- Сидите расслабленно и не шевелитесь.

Наконец, выкатился и замер перед креслом видеосканер на штативе. А укол всё-таки был. Крохотным, однокубовым шприцем в плечо.

- При сообщении сведений о себе вы что-либо умышленно скрыли или исказили?

- Нет.

- Отвечая на вопросы данного теста вы испытываете стресс или беспокойство?

- Нет.

- Вы родились в Донецке? Ответьте правдиво.

- Да.

- Вы родились в Донецке? Ответьте ложно.

- Нет.

- Вы гражданин Украины?

- Донецк - не Украина.

- Отвечайте односложно. Вопрос о гражданстве. Вы гражданин Украины?

- Да.

- У вас есть счета в украинских банках?

- Да.

- Вы пользовались ими в течении последнего календарного года?

- Нет.

Скосив зрачки в сторону, Индеец увидел ещё одну камеру. Сбоку.

«Снимает профиль... Обложили со всех сторон!»

- Вы держали в руках боевое оружие?

- Да.

- Вы стреляли на поражение?

- Да.

Сердце предательски ускорило бег.

«Хорошо, что односложно. Мычал бы логоневрозом...»

- Имеете ли вы судимость?

- Нет.

- Находились ли вы в заключении?

- Да.

- Татуировки имеете?

- Да.

- Сейчас лето?

- Нет.

- У вас есть долги?

- Нет.

- А перед Родиной?

- Да.

- Вы поступали хотя бы раз нечестно по отношению к друзьям?

- Да.

- Умеете врать?

- Да.

- Вы гей?

- Нет.

- Вы спите с женщинами?

- Да.

- А за окном все так же стонут прово...

- Да.

- У вас миссия?

- Да.

- Куратор говорит по-русски?..

Часы на стене показывали половину десятого.

«Как так? Я не помню последний час... Я же не сплю?»

Индеец «плыл» за манящим голосом, словно за дудочкой Нильса. Потом музыка стихла и всё остановилось.

- Мы закончили. Отсоедините присоски и оставьте их на подлокотнике кресла. После - одевайтесь, - голос за спиной затих, сменившись скрипом офисного стула.

А звон в ушах не затихал. Натягивая робу, «три полста первый» даже поймал себя на том, что не может попасть рукой в рукав.

- Что это был за укол? - его вопрос рассыпался на выдохе.

Сфокусировать взгляд не получалось, как и застегнуть пуговицу.

- Одевайтесь.

После полиграфа, пропахшего карболкой, «пациента» отконвоировали обратно в камеру, где его ждал новый сюрприз:

«Деточкина» не было, его вещей - тоже. Снова один, говорить не с кем. Случайности возможны, но маловероятны. Особенно в Лефортово.

«Что ж, пусть будет так».

Вдоволь наотжимавшись и просушив мозг, арестант проглотил вечернюю еду и лёг спать.

Быстро. Быстрее. Ещё быстрее! На раскачку времени не было. В коридоре заскрипели знакомые шаги, с «чирком» на левой ноге (каблуки конвойных ботинок берегли маленькие подковки). Индеец протер глаза и приготовился.

Опять Онегин. Только на этот раз он собран, краток и вежлив. Даже чересчур.

- Заполните, пожалуйста, вот эти тесты, - и положил перед арестантом два анкетных листа.

Выудив из настольного органайзера две одинаковые гелевые ручки, Индеец принялся заполнять листы. Два одновременно. Двумя руками. Амбидекстрия сработала как надо: молодой фээсбэшник наблюдал за чудом, приоткрыв рот. Онегин даже закурил, сбивая пепел нервно на пол.

Потом - по кругу: конвой - «гулочка» - мысли - отжимания - сон.

А вот с четвёртым допросом всё было иначе. Дежурный повёл на другой этаж и к стене не ставил. За большой ореховой дверью Индейца поджидал «директорский» кабинет.

«Дорого - богато. Кожа, рожа, все дела».

«Рожа» была ещё та. Во главе монументального стола сидел костюмный человек с лысым черепом и колючими глазами. Бритые щёки, изрезанные глубокими морщинами, походили на кору дуба.

« Волчара... Лет шестьдесят, не меньше».

Позади - триколор на стене, а чуть выше - известный портрет. И руки. Узловатые руки, опасные...

«Такими пальцами банки сардин открывать без ключа...»

- Располагайся, - «директор» кивнул подбородком на кресло, стоявшее перед самым столом. - Зовут меня Рамиль Асхатович. Я полковник ФСБ РФ. Твоё имя мне известно. Малёванное в хохляцкой ксиве - тоже. И первое, и второе тебе больше не понадобятся. С делом знаком, хотелось увидеть