Предатель. Точка невозврата - Марта Макова

Ещё не до конца проснувшись, накинула на пижаму халат, спотыкаясь на ходу, добрела до двери и шепотом ругая настойчивого утреннего гостя, открыла дверь.

— Маргарита?

Я удивлённо хлопнула сонными глазами и кивнула. За дверью стоял незнакомый мне мужчина. Не такой огромный, как Белецкий, но тоже мощный, кряжистый. И взгляд у него был такой цепкий, что я поплотнее укуталась в халат, пряча колючие мурашки, которыми покрылась под этим взглядом.

— Ваш завтрак. — протянул мне большой бумажный пакет мужчина.

— Возможно, вы ошиблись. — я перевела взгляд на протянутый мне пакет, потом вернулась к лицу мужчины. — Я ничего не заказывала.

— Я не ошибаюсь. — рискнул улыбнуться странный курьер, но добродушнее выглядеть у него не получилось, уж больно суровая у него морда была. — Приятного аппетита, Маргарита Романовна. И хорошего дня.

Пакет всё-таки перекочевал в мои руки, и чтобы не уронить, пришлось прижать его к животу.

— Спасибо. — ошарашенно пробормотала я, окончательно проснувшись и поняв, кто позаботился о моём завтраке.

Мужчина ушёл так же стремительно, как вчера Белецкий, а я вернулась в номер и поставила пакет на стол. Тёплые булочки, большой стакан с капучино, апельсиновый сок и красивое зелёное яблоко. Я смотрела на всё это, не понимая, как реагировать на неожиданную заботу этого упёртого, по сути совершенно чужого мне мужчины. Но есть хотелось зверски, поэтому, плюнув на сомнения и ненужные переживания, я с аппетитом позавтракала.

В офисе меня ожидал очередной сюрприз в виде большого букета нежных сиреневых эустом. Кажется, Белецкий считал, что всё должно быть такое же огромное, как и он сам. Машины, букеты, пожертвования и даже курьеры.

— Придётся принести из дома вазы для цветов. — хихикнула Катя, пытаясь впихнуть букет в единственную имеющуюся в офисе вазу.

— Сходи купи. — протянул помощнице карточку. — Не поместится же в одну.

Катя убежала, а я села за свой стол и набрала номер риелтора.

— Ох, Маргарита. — удручённо вздохнула девушка-риелтор. — Здесь такая ситуация… В общем квартиру на Фурштатской продают и даже уже покупателей нашли. Так что этот вариант отпадает.

Очень жаль. Мне эта квартира понравилась. Жалко было терять такой заманчивый вариант. Относительно недорого, центр города, метро рядом.

— А на Литейном? — потёрла я пальцем губу, рассматривая на экране компьютера карту города.

— Там вообще всё плохо. — фальшиво вздохнула риелтор. — В ней трубу прорвало. Паркет плавает, обои отклеились, сырость. Хозяева в шоке, соседи скандалят. Это теперь надолго.

— Мне срочно нужна квартира. — расстроено пробормотала я, откидываясь на спинку кресла.

— Вы не расстраивайтесь, Маргарита. Мы обязательно подберём вам хороший вариант. — утешала меня девушка. — Вот, например, меня сегодня попросили сдать квартиру на Крестовском. Новый дом, шикарная планировка, мебель. Полный фарш. Я правда ещё сама её не смотрела, если хотите, съездим вместе.

— Крестовский? — с сомнением протянула я. Заманчиво, но наверняка очень дорого.

— Там просто шикарные условия аренды. Я уже подумала, что может мне самой в неё переехать? — в голосе риелтора заскользили восторженные, даже немного ревнивые нотки.

— Но вам нужнее, Маргарита. Тем более я обещала найти вам лучший вариант из возможных.

— Хорошо. — неожиданно для себя, согласилась я. — Давайте вместе съездим и посмотрим.

— Вот и отличненько! — обрадовалась риелтор. — Тогда после обеда вас устроит? У меня ещё два показа на Парнасе сейчас.

Договорившись, что девушка заберёт меня у станции метро, мы распрощались довольные друг другом.

Оставалось поговорить с дочерью и всё-таки найти хорошего адвоката. Поисковик выдал мне с два десятка названий адвокатских контор, и я принялась изучать информацию о каждой из них и их специалистах. Мне нужен был настоящий профессионал. Акула в бракоразводных процессах, потому что я понимала, что Кир не шутил. Он действительно собирался оставить меня без средств к существованию. Но и отдавать драной кошке свой дом и всё, что мы нажили с мужем за шестнадцать лет, я не собиралась.

Ко мне Кир от неё пришёл без копейки в кармане, мы всё начинали с нуля, всё, чего муж добился за эти годы, было с моей поддержки. Я, в отличие от Ольги, не испугалась нищеты. Я верила в Кирилла, знала, что у него всё получится, что он сможет не только горы свернуть, но и лестницу до вершин построить. Почему я должна оставить всё это Ольге?

— Риточка Романовна! — заполошно влетела в кабинет Катя, тряся файлом с бумагами. — Риточка Романовна!

Я положила руку на грудь, ловя испуганно подпрыгнувшее сердце. С некоторых пор такие Катины порывы стали напрягать меня. Каждый раз, врываясь кометой в мой кабинет, помощница несла новости, выбивающие меня из колеи.

— Опять Белецкий, Кать?

— Вы не поверите! — удивлённо смотрела на файл в руках помощница. — Ни за что не догадаетесь!

Глава 23

Кирилл

— Даша! — отбил звонок классного руководителя дочери и устало уставился на телефон.

С экрана на меня смотрела жена. Пухлые губы, чуть изогнутые в улыбке, нежный овал лица, лукавый взгляд. Ох, Рита, Рита, не знаешь, что творишь. Вот уже и дочь твоя начала отбиваться от рук.

— Дарья! — взревел раненым носорогом. — Иди сюда! Быстро!

— Ну что? — появилась на верхней ступеньке лестницы дочь

Твою мать! Это что за прикид на ней? Не то юбка, не то пояс, вся задница наружу. И губы накрашены, как у шлюхи, алой помадой.

— В кабинет, быстро! — пошёл, не оборачиваясь, зная, что никуда не денется, придёт следом.

Плюхнулся в кресло и уставился на дверь. Ну и где она? Решила не спешить?

Через минуту дочь появилась в дверном проёме, и меня перекосило.

— Что это на тебе надето, Даш? Ты решила сменить имидж? — так и хотелось добавить "на прости Господи", но сдержался. Дашка ещё совсем ребёнок. Пятнадцать ещё, в голове каша.

— Что тебе не нравится, пап? — Дашка накрутила на палец прядь волос, надула пузырь из жвачки и с громким хлопком лопнула его.

— Во-первых, выплюнь жвачку. — постучал я пальцами по столешнице. — Во-вторых, сотри это безобразие с губ. Этот цвет помады не для девочек-подростков.

— А мне нравится. — нешуточно рисковала дочь.

— Мне не нравится. И этого достаточно, чтобы ты метнулась приводить себя в порядок.

Дочь не шелохнулась, только подхватила пальцами следующую прядь и начала накручивать её на палец.

— Я жду! — добавил металла в голос, и дочь не спеша приблизилась к моему столу. Взяла из стопки бумаги верхний лист, вытерла им губы и выплюнула в него жвачку.

— Так лучше? — фыркнула недовольно, решив довести меня до бешенства.

— Лучше, но ненамного. У тебя, весь