Иди ты... в жёны - Тата Кит

Рыжая ведьма умеет не только трепать мои нервы, но и стесняться?

День открытий!

- А как они с Никиткой баню и дом и Занозиных тушили? – люди ушли в воспоминания далеких лет. – Вот повезло Занозиным, что у Любки с Никиткой тогда свидания допоздна были. Так бы сгорели и даже не заметили.

- Свидания? – мои брови поползли наверх. Захотелось сыграть ревнивца, особенно учитывая то обстоятельство, что нас здесь все считают парой. – И что это за Никитка такой?

- Ой, Саш, у них такая любовь была! Такая любовь! Мы же даже думали, что они поженятся, – мечтательно вздохнула одна из женщин, чьё имя я так и не запомнил. – Сосед, кстати. Петькин сын. Каждое лето детей привозит сюда. Кстати, скоро, наверное, опять привезет.

- Как интересно, - ехидно ухмыльнулся я, глянув на Авдееву, которая делала вид, что её это не касается. – И долго у них любовь была с моей Любовью?

- Да года два, наверное... – ответили мне, ненадолго задумавшись. - Они ж только летом виделись, когда обоих в деревню привозили.

- Ясно, ясно, - протянул я, вновь глянув на Авдееву, которая взглядом давала понять, что идти мне далеко и надолго со своим ревнивым спектаклем.

- Да ты не ревнуй, Сань, - поддержал меня Ваня, хлопнув по плечу. Да так сильно, что я аж немного вздрогнул. – Иди домой и покажи ей, кто её действительно любит. Только хорошо показывай. Как в первую брачную ночь.

Все поддакнули и гыгыкнули.

Меня это покоробило. Не терплю, когда обсуждают личное и интимное, да ещё так – при всех.

Вот он минус этой их открытости и простоты – всё с добавкой «слишком».

- Ага, - кивнул я, натянув улыбку. – Вы тоже не отставайте. Всю ночь. Жена оценит.

- Эх, Сань, - вздохнул Ваня и приобнял меня за шею тяжелой увесистой рукой тракториста. Чуть подался к моему уху и тихо добавил. – Ты когда-нибудь в бильярд веревкой играл?

- Не получится же.

- Вот и я о том же, Сань.

Глава 15. Санька

Глава 15. Санька

Мы, всё же, остались на берегу в компании местных. Дети, накупавшись, ушли по домам, остались только взрослые.

Я не понял, в какой момент мы оказались дома у Вани. Он жил ближе всех к реке, и вся компания как-то незаметно под песни «Руки вверх!» и «Ласкового мая», игравших из колонки, перекочевала в большую беседку у его дома.

Музыка всё продолжала играть. Ваня разжег новый мангал, а женщины, как из воздуха, будто никуда и не уходили, вдруг накрыли стол.

Салаты, сало с чесночком, отварная картошка, щедро политая домашней сметаной и посыпанная свежей зеленью. Рыба соленая, рыба копченая, овощи… И что самое для меня поразительное – это всё домашнее. Всё это они сами вырастили, выловили и приготовили.

Я столько в жизни не объедался, как сегодня. Не удивительно, что местные мужики имеют такие животы. Чтобы хотя бы попробовать всё это нужен внушительный резервуар.

Я уж молчу о всяких их домашних наливках, настойках, и, конечно, про самогонку. На чём они только эту самогонку не гонят! Их послушаешь, так понимаешь, что любая часть любого дерева сгодится для этого.

- Обалденно! – я ел окрошку на сыворотке и нахваливал её, видя любопытный взгляд затаившейся рядом хозяйки.

- Освежает, да?

- Угу, - с полным ртом приходилось активно кивать.

- И калорий мало. Ты, смотрю, за фигурой следишь. Так что, если что, можешь ещё тарелочку навернуть. Хуже не будет. редиска свежая, своя. Огурчики тоже свои уже пошли.

- Не хотите поваром в ресторан русской кухни пойти? – поинтересовался я у женщины.

Она в ответ лишь махнула рукой и скромно улыбнулась:

- Да куда мне, в ресторан-то? Я их только на картинке да в фильмах видала. А внутрь зайти – лицом не удалась.

- У тебя есть ресторан русской кухни? – с удивлением спросила Авдеева, почти весь вечер меня игнорировавшая.

- Будет, - на уверенных щах кивнул я.

- И всё у вас прекрасно с лицом, - Авдеева вдруг решила поднять женщине самооценку. – Одни только глаза чего стоят. Шикарные! Яркие такие! Будто бирюзовые. Да, Титов?

Я аж немного вздрогнул. Не думал, что ко мне обратятся, да ещё так громко. Вроде, женский междусобойчик начался. Без меня должны были обойтись. Но Авдеева так не считала.

Проглотил очередную порцию и посмотрел на смущенную нашим вниманием женщину.

Глаза у неё, и правда, были красивые. Даже немного пугающие своей яркостью и прозрачностью. Но чего-то завораживающего в них было больше. В молодости она, по-любому, была той ещё завидной невестой.

- Красотка! – сказал я, поддакивая Авдеевой и подмигивая женщине. Имя её я, к сожалению, среди вереницы всех имён людей, с которыми сегодня познакомился, не запомнил.

Вечер подходил к концу, солнце давно уже спряталось за горизонт, а наша компания начала расходиться. Только старички оставались на лавочке у забора и тихо пели, пока один из них играл на маленькой гармошке.

- Ой, Любка! – повисла на её плечах, пьяно обнимая, бабка. – Хорошего ты себе жениха нашла! Красивого, доброго. Был бы ещё богатым, вообще бы цены ему не было.

- Так я богатый.

- Ой, Санька, не смеши, - рассмеялась она, махнув на меня рукой. – Богатые в трусах из райповского магазина не ходят.

Авдеева засмеялась, но тут же поспешила спрятать улыбку за ладонью. Только искрящиеся весельем глаза выдавали, что она с удовольствием продолжила бы надо мной смеяться.

- Ну, ладно, баб Маша. Мы пойдём. Поздно уже, - Авдеева приобняла бабку. Быстро и чётко. И пошла к выходу со двора.

Я тоже так хотел. Но оказался крепко прижат к бабке, которая не спешила меня отпускать. Хлопала и гладила по спине, покачиваясь вместе со мной.

Я, согнутый почти пополам, аккуратно, кончиками пальцев постукивал её по покатым плечам, пока она несдержанно меня нахваливала:

- Эх, Санька! – вздыхала она громко. Как с театральной сцены. – Где мои двадцать лет? Я б тебе как дала бы…

- Не надо, пожалуйста.

- Ладно, всё. Иди, - она, наконец, отпустила меня. И даже слегка оттолкнула. Будто это я к ней прилип, а не