Грани лучшего мира - Антон Юрьевич Ханыгин

верить собственным глазам. Заминка была недолгой — комит колоний и бывший адмирал в одном лице оставался простоватым матросом, поэтому с легкостью отодвинул непонятные ему вещи на второй план и уверенно направился к Шеклозу, Амениру и их нечаянным спутникам. При этом он не забывал раздраженно бормотать себе под нос проклятия в адрес главы Тайной канцелярии. Для него это стало неотъемлемой частью жизни.

— Мы пришли? — спросил Мирей и еще раз окинул взглядом панораму кратера. — Нам туда?

— Да, но это может быть очень опасно, — ответил реамант.

— Значит, будем стоять и ждать, пока нас прижмут идущие по нашему следу уродцы? Если вы забыли, я напомню — нас взяли в клещи порождения ветров!

— Мы должны быть осторожны, — возразил Аменир. — Особенно сейчас, в шаге от успеха.

— Успеха… — проворчал комит колоний. — Сейчас мы ждем непонятно чего, теряем время понапрасну, а когда нас начнут теснить монстры — вот уж когда точно не до осторожности будет.

— Но мы понятия не имеем с чем столкнулись.

— Не сдвинемся с места — так никогда этого и не узнаем! А ветры снесут нас и здесь, если что.

— Нельзя рисковать людьми, бросая их против неизвестности. В итоге от этого может пострадать весь мир.

Голос Аменира предательски дрожал, лицо юноши покраснело от волнения, но он продолжал спорить с Миреем. Шеклоз предпочел не вмешиваться и стоял немного поодаль, молча наблюдая за беснующимся комитом колоний и молодым реамантом, оробевшим от дикого напора со стороны человека, который был вдвое старше и значительно выше по положению в обществе.

"То он уверенный в своих знаниях ученый, то сконфуженный юнец, — задумчиво хмыкнул шпион, посмотрев на Кара, и перевел внимательный взгляд на комита колоний. — А Мирей Сил мог бы сам первым спуститься в кратер и проверить — так ли там опасно, как предполагает реамант. Но нет, он не рискнет своей жизнью, пока не будет уверен, что меня настигнет заслуженная кара. То ли он безумец, то ли идеалист…"

— Может, сначала займем очередь-очередь там внизу, а потом будете спорить? — предложила Тормуна, подскочив к Амениру и Мирею. — Вам так весело! А Мелкой скучно, Ачек во всем соглашается со мной. Или не соглашается, это неважно. Вот если бы у меня было два рта, я бы могла спорить сама с собой…

— Какую очередь? — раздраженно сморщился комит колоний. — Что ты несешь, дурочка?

— Ну, там у половинки светящегося шарика люди стоят в линеечку-линеечку, — пояснила сектантка, слишком активно махая рукой в сторону купола. — Очередь стоит. Все хотят посмотреть на штуку, потрогать ее, наверное…

Теперь удивились уже все, кто слышал ее слова. Аменир напряженно вглядывался в центр кратера, но ничего там не видел. Однако в словах Аны был смысл — нельзя забывать, что она по-настоящему сумасшедшая, и искаженный мир перед ней предстает как-то иначе. Возможно, щупленькая девушка с кинжалом действительно смогла обнаружить нечто невидимое для человека в относительно здравом уме.

— Я тоже вижу, — заявил Ачек. — Обмотанный багровой шторой мужик и толпа людей перед ним.

— Хм, действительно, — согласился Шеклоз. — Культ Судьбы, значит. Странно, минуту назад их тут не было…

Аменир наконец увидел их. Нет, культисты все-таки были у купола минуту назад и даже намного раньше. Никто не мог их разглядеть только потому, что местные оптические иллюзии появились из ирреального, и увидеть скрытое за ними можно было, только когда человек узнает, что именно он должен там обнаружить. Наверное, именно так работает и то странное чувство восприятия всего мира, которое возникло у реаманта при столкновении с существенно пошатнувшейся реальностью. Получается, если он захочет и будет знать, что именно ему надо увидеть, то ничто не скроется от него в настоящей действительности. Интересно, неправдоподобно и очень сложно. Но на проверку догадки сейчас нет времени.

Но почему толпу культистов заметила только Тормуна? Ответ прост — она сумасшедшая. У нее искаженное восприятие реальности, но при столкновении с ирреальным сектантка видит его суть, игнорируя видимый эффект. Абсурд, но настоящие безумцы ближе всего подбираются к сути и настоящему облику вещей, когда все вокруг заполняет туман хаоса, в котором обычный человек практически не способен ориентироваться. Даже когда Ана впервые столкнулась с реамантией, увидев, как исчез Аменир в выделенном Академии домике в Новом Крустоке, она билась в конвульсиях, заглянув в зияющую дыру в мироздании, оставленную реамантом, а не от вида искаженного пространства. Ранкир тоже там был, но его защитило безумие Нгахнаре, поэтому он почти ничего не заметил. А что, если только сумасшедшие видят настоящий мир?

— Сейчас не самое подходящее время для размышлений о высоких материях, — Шеклоз легонько хлопнул Кара по плечу, заметив, как тот впадает в глубокую задумчивость. — В данной ситуации промедление — это не самая правильная стратегия. Но как бы то ни было, все упирается в ваше решение, уважаемый реамант.

— Я не собираюсь повиноваться мальчишке, — проворчал Мирей.

— Отчего же не возьметесь скомандовать наступление? — парировал шпион.

Комит колоний скрипнул зубами. Бросаться наобум, чтобы умереть, не убив Шеклоза, он не собирался. Но и стоять здесь — самоубийство в чистом виде. Нерешительность какого-то юнца ставило под угрозу существование мира. Впрочем, сам Мирей не слишком сильно от него отстал — он стал практически одержим своим желанием покарать главу Тайной канцелярии, даже если реальность потонет в кромешном хаосе. Обостренное чувство справедливости переросло в личное помешательство. Лишь зыбкая тень долга перед Алокрией не позволяла комиту колоний убить Мима прямо здесь и сейчас. Смерти, жертвы и лишения не должны оказаться напрасными, Комитет обязан хотя бы попытаться спасти этот порядком прогнивший мир.

— Вас пугает груз ответственности за принятое решение, уважаемый реамант? — спросил Шеклоз.

Его тон был очень строгим и холодным, но Амениру почему-то показалось, что в нем было нечто доброжелательное. Так шпион предлагал ему помощь?

— Возможно, — ответил юноша. — Наверное, да. Да.

— Но вы считаете, что нам нужно продвигаться к Куполу, однако не знаете насколько это опасно и готовы ли вы рискнуть всем, чего мы добились, хотя времени на раздумья уже не осталось, — продолжил глава Тайной канцелярии. — А еще вас несколько сбивает с толку культ Судьбы. Вы просто не понимаете, что делать со всеми этими людьми. Так?

— Я не знаю… То есть, наверное, да.

— Хорошо, я вас услышал, уважаемый реамант, — улыбнулся Шеклоз. — Мастер Мирей тоже не решается отправлять солдат туда, где их с огромной долей вероятности ожидает гибель. Просто вы хорошие люди и цените чужие жизни. Тогда командовать буду я. Мне уже никакая ответственность не страшна.

Сначала Аменир хотел возразить,