Ниндзя с Лубянки - Роман Ронин

– Наша сегодняшняя встреча не случайна. И то, что вы увидели, обычным людям видеть нельзя. Это специальные курсы, на которых готовятся настоящие патриоты, которые потом покинут стены академии, чтобы уехать в Китай или Корею. Многие из нас уже были там… в командировках. Ваш старший друг Вакаса, несмотря на молодость, уже успел побывать в Корее и Владивостоке, в Харбине и районе Трехречья. Хотя его меч пока не обагрен кровью врагов, в искусстве владения тростью он очень хорош, а для разведчика трость важнее меча. Он даже успел стать преподавателем в японском додзё в храме Хонгандзи во Владивостоке. Там находится тайная база нашего общества, нашей школы, и оттуда нити нашей паутины тянутся на все русское Приморье. Основные наши агенты во Владивостоке – продажные женщины. Вакаса – красавчик, и не случайно он лучший в работе с проститутками. Он умеет доходчиво объяснить им, как и какую информацию они должны получать от нужных нам клиентов. Все они приходят в храм Хонгандзи и приносят туда тайны глупых русских офицеров – пьяных и похотливых. Вакаса еще научит вас искусству работы с женщинами-агентами, но не сейчас, позже. Пока же мы займемся более простыми, но хорошо укрепляющими боевой дух вещами – искусством боя, убийства и реанимации. Это просто тренировки, но прошу вас отнестись к ним со всем подобающим вниманием. Это важно.

Нас никто не должен знать в лицо, поэтому мы приходим на занятия в эту школу по отдельности, а тренируемся в платках. Конечно, это слабая мера предосторожности. Со временем, я надеюсь, наши курсы переведут из центра Токио куда-нибудь подальше – в Омори или вообще в Накано, но пока нам надо работать, и мы будем заниматься этим здесь. Те, кого вы видели, не просто разведчики. Это ниндзя, синоби – люди, прошедшие специальное обучение на основе методик древних кланов, существовавших еще до эпохи Мэйдзи.

Тут Вакаса приосанился и придал своему лицу важное выражение. Это было лишним. Юноши и так его уже почти боготворили. А сэнсэй тем временем продолжал:

– Но техника борьбы – далеко не главное. Ни один синоби не справится с группой специально обученных солдат противника, если тем дадут задание его поймать, а их командир не будет горьким пьяницей, как это часто бывает у русских, или вором, как нередко случается у китайцев…

– Тогда первого надо будет просто напоить, а второго подкупить? – вдруг перебил сэнсэя Сакамото и, вспыхнув от стыда, резко согнулся в поклоне, упершись лбом в стол и вскрикнув: «Я виноват! Мне нет прощения!»

Сэнсэй недовольно поморщился, но прощающе гукнул и продолжил, и только тогда багрово-красный студент разогнулся:

– Да, их надо нейтрализовать. Это несложно. Сложнее понять, как именно надо нейтрализовать каждого конкретного человека или организацию, систему. Всему этому вам придется научиться…

– Нам? – в один голос переспросили Ода и Сакамото.

– Почему вы удивляетесь? Впрочем, я знаю почему. Вы до сих пор не задумывались о том, что Японии вновь придется воевать в Китае, а о самих себе. Если бы вы внимательнее относились к себе, то давно поняли, что ваша судьба там – перед Амуром и за Амуром, на крыльях Черного дракона. Вы лучшие в своем колледже, но даже Кёику дайгаку – всего лишь один из лучших университетов империи, где есть еще и императорский – Тэйкоку и Школа пэров – Гакусюин. Но вы еще и лучшие в изучении русского языка. Правда, мы получаем хороших переводчиков и разведчиков из русской семинарии, – сэнсэй коротко глянул на Вакаса – тот почтительно слушал, даже дрожанием ресниц не выдавая своих эмоций, – вы хороши и в борьбе, но есть Кодокан, вырастивший великого героя, искреннего врага России Хиросэ Такэо, который когда-то мечтал о такой школе, как наша, но не успел ее увидеть.

Получается, что вы можете стать лучшими уже по трем направлениям. Это кое-что, но и этого пока мало. Надо, чтобы вы стали лучшими по восьми направлениям. Лишь тогда вы будете действительно великими воинами, настоящими синоби. И самое сложное из них, самый длинный и тяжелый путь – путь самопознания. Мы с вами будем заниматься очень разными техниками, но пока вы должны понять главное: чтобы одолеть противника, надо сначала изучать себя. Познать себя. Человек – большая загадка. Особенно, если он иностранец. Но даже японец, чей организм, чей разум – плоть от плоти, кровь от крови нашего божественного народа, нашей страны, расцветающей под лучами великой богини Аматэрасу, – все равно загадка. Загадка для многих, но прежде всего для себя. Случалось ли вам слышать, как звучит ваш голос? Нет? Певцы и актеры удивляются, когда слышат свои голоса, записанные на граммофон. Конечно, техника немного искажает человеческий голос, но посторонние легко узнают его. А сам певец узнать не может, потому что его разум занят лишними и неверными представлениями о себе.

Человек, если он специально не обучен, не знает, как выглядит его фигура, его походка. Каждый из нас, подходя к зеркалу, выпрямляется, стараясь увидеть там не то, что существует на самом деле, а то, что ему хочется видеть. Когда обычный человек смотрит в обычное зеркало, он видит не себя. Он видит свои мечты. Это не мир истины, а мир грёз, фантазии, синематограф. Только божественные зеркала в местах обитания духов – камидза – способны отразить истинное. Но и это возможно, если только воин готов увидеть это истинное, если его сознание не замутнено. Нормальный же человек слаб и неспособен объективно оценить себя, свои способности и недостатки, понять свой характер. Если же он ничего этого не может, то как ему совершенствовать их?

Сэнсэй внимательно обвел взглядом слушавших его молодых людей и коротко завершил мысль:

– Думайте о себе и познаете противника. Думайте о противнике, познавая себя, тренируйтесь. Тренируйтесь. Тренируйтесь! Учитесь убивать и оживлять, следить и уходить от слежки. Учитесь лгать – всем, всегда и везде. Лгать во имя вашей службы! Во имя императора и Великой Японии! И… добро пожаловать в школу шпионов Общества реки Черного дракона.

Глава 6. Танцы на татами

Несколько