Матабар V - Кирилл Сергеевич Клеванский

Все же, по какой-то причине, Арди вертел в пальцах ключ и не знал, что с ним делать. Он не мог, даже пытаясь этого не делать, все равно не мог не находить сходства данного ключа с тем, что ему когда-то отдал прадедушка.

Нет, внешне они отличались столь же разительно, как пес и собака, но…

Очередное «но».

Обыденное, такое заезженное и в равной степени утомительное.

Прозвучали знакомые, тяжелые, немного «перекатывающиеся» шаги, как если бы тяжелый вес постоянно переносили с ноги на ногу. Келли не говорил об этом, но Арди достаточно насмотрелся на скелеты и кадавры в Большом, чтобы понимать, что у шерифа проблемы с коленями. А если учесть, что от него пахло не только сигарами, а еще и больничным, весьма узнаваемым запахом, то об этой проблеме хорошо знал и сам Келли, только не хотел ни с кем делиться. Не считал нужным обременять остальных.

Арди теперь его понимал.

Гулко ухая, напоминая филина, Келли уселся на соседний стул и притянул к себе пепельницу, лежавшую на стеклянной столике.

— Тесс играет с Кеной, а Эрти помогает матушке на кухне, — прогудел Келли, делая глубокую затяжку.

— Да, я знаю, — кивнул Арди.

Шериф немного удивленно вздернул брови.

— Слышишь? — он поднял руку и постучал по стене. — Даже сквозь три слоя кирпича?

— Окна открыты, — дернул плечами Ард, продолжая крутить в пальцах ключ.

Келли хмыкнул и, снова затянувшись, раскинулся на кресле, заставляя плетеные прутья заскрипеть под немалым весом. Бывший шериф смотрел на яркую россыпь звезд и о чем-то думал. О чем-то своем, о чем могут думать только такие люди, как он. Звучало странно. Когда-то. Теперь Арди понимал еще и эту фразу…

— Я всегда знал, что меня это ждет.

Теперь уже пришел черед Ардана с удивлением повернуться к своему… сожителю? Второму мужу матери? Он не знал, как правильно сказать. Ни отчимом, ни, уж точно, «приемным отцом» он Келли не только называть не собирался, но и никогда не думал про него в подобном ключе.

Келли это просто… Келли.

— Колени, — бывший шериф указал сигарой на ноги. — Из-за службы в кавалерии. Знал, что с ними не все в порядке. Я вижу, как ты на них смотришь, здоровяк. Не забывай, что я, все же, работал на весьма специфической работе, так что… — Келли протянул руку и закрыл окно. — тоже что-то могу. Не так, конечно, как Плащи, но получше маршалов.

Арди кивнул.

— Давно? — задал он короткий, обрубленный вопрос.

Келли ненадолго повернулся к нему, а через несколько тяжелых ударов сердца отвернулся обратно к звездам.

— Еще когда ты приехал в прошлый раз, — ответил он не просто сухим, а будто высушенным голосом. — Когда я сказал, что подозреваю, что наш садовник вовсе не садовник, ты совсем не удивился. Ну а мне, Ард, не так и сложно отличить мозоли, оставленные тяпкой от мозолей, которые получаешь, когда постоянно тренируешься с револьвером. Вон, у твоего брата уже скоро такие же появятся и не могу сказать, чтобы я был сильно этому рад.

— Тогда запрети ему ходить на стрельбище.

Келли снова хмыкнул.

— Ты ведь понимаешь, что это глупая идея?

— Понимаю.

— Тогда зачем предлагаешь?

Арди ненадолго прикрыл глаза.

— Потому что волнуюсь за Эрти, — ответил он через некоторое время. — И потому, что не хочу с ним конфликтовать на этой почве. А подобный конфликт вызовет не просто спор, а нечто большее.

Келли поднял пепельницу и положил ту на свой начавший разбухать живот.

— Подставишь под удар меня? Чтобы использовать для достижения своей цели, но при этом сделать все чужими руками?

Арди ответил мгновенно, без тени сомнений и без малейшего укола совести:

— Да.

— И не потому, что меня не жаль, а просто Эрти тебе куда больше дороже, чем я?

Арди вспомнил, как в детстве не сомневался, что если смертельная опасность будет угрожать Кене и Эрти, то он в первую очередь спасет брата, а уже затем сестру. И данное осознание его тяготило с того самого дня.

Но что касательно Келли — тот стоял в очереди на спасение на самом последнем месте. Нет, Арди бы помог им всем, просто кому-то с куда большим волнением и самоотдачей.

Так что он ответил честно.

— Да.

Густые усы Келли дрогнули, намекая на не очень-то радостную, но улыбку.

— Ты честен, Ард. Уж что-что, а это мне всегда в тебе нравилось, — бывший шериф поднял сигару перед глазами и вгляделся в красный ободок, постепенно сжигающий листья табака. — Военный следователь или следователь второй канцелярии?

Ардан промолчал.

— Садовник уже второй раз пропадает в тот же день, когда ты приезжаешь. А еще ты носишь посох без чехла, вообще не переживаешь, что кто-то может задать какие-то неудобные вопросы, ну и, чего греха таить, твой взгляд поменялся окончательно и, наверное, бесповоротно.

— Взгляд?

Келли кивнул.

— Помнишь, когда ты приезжал зимой, я говорил, что он стал холоднее, но сохранил свою наивность.

— Помню.

— Ну, — протянул Келли, продолжая разглядывать сигару. — не могу сказать, что наивность совсем уж пропала из твоих гляделок, но что скажу точно… я успел повидать такие глаза, Ард. Глаза людей, которые выяснили и при помощи собственных рук убедились, насколько хрупка чужая жизнь. И как легко её оборвать. Одним выстрелом из револьвера. Одним ударом ножа или кулака, — Келли искоса глянул на Арда. — Одним заклинанием… Н-да. Год назад из Эвергейла уезжал мальчишка в теле мужчины и с повадками зверя, а теперь передо мной военный маг.

— Не военный.

— Значит — Плащ?

Арди кивнул.

Келли выругался. Грязно и некрасиво. Так, как Ардан ни разу не слышал, чтобы шериф ругался.

— Я не стану говорить тебе, что произойдет с твоей матерью, если в какой-то день на нашем пороге окажется человек в черном костюме и с черной шляпой, который передаст ей твои погоны и похоронную записку, — бывший шериф глубоко затянулся. Глубже, чем обычно. — Но теперь, Ард, тебе придется постараться, чтобы похоронку не получила не только Шайи, но и та очаровательная девушка, которая в данный момент возится с твоей сестрой и только слепой идиот не увидит, насколько сильно Тесс любит